Видимо, я родилась рыбой.Видишь мои изгибы,не обоснованные евклидовой геометрией?Видишь мой блеск,на солнце обманчиво яркий?А тыодновременно приманка, рыбак и суша:одинаково гибельный во всех трех ветхозаветных ипостасях.Как я могла на месте остаться?я не золотая,меня тянет к тебе, магнитом;мы могли бы вместе разделить мой однокомнатный аквариум.Но твоё течение, слишком холодное,непригодно для моего комфортного проживания,другое дело земля обетованная.Знаешь, каждая рыба немного Иисус:я помню вкус греха,сочный как яблоко.И пусть моей эре приходит конеци венец передается водолею,я не сожалею о проведенном с тобой времени:в моём измерениирыбы изначально были созданыхолоднокровными.
Среда обитания
Городу
Отпусти меня, город. Город,Ты был слишком давно мне дорог.Я в твоих магистралях, город,Так боюсь потерять себя.Я глотаю твой грязный воздух —Я задумалась слишком поздно,Что в твоих бесконечных стройкахНе смогла полюбить тебя.Отпусти меня, слышишь? Слышишь,На твоих чуть покатых крышахСонмы ангелов чутко дышат,Забирая чужую грусть.В твоих венах бензин и копоть,Ты смешал в себе мёд и дёготь.Отпусти меня, милый город.Я уйду незаметно пусть.
Пьяные
А пьяные пятиэтажки падали в прелые листья.Лица лениво лились на сырые холсты.Холодом клёкот хохлатой неведомой птицыПлавно укутал сожжённые мной мосты.Я наблюдала неспешно назревшие ссоры,Сны и скандалы соседних по дому семей.Думалось: дышат дырявые грязные шторы,Шубы и шали когда-то ушедших людей.
«Мне городские приелись пейзажи…»
Мне городские приелись пейзажи:Серые дома, серый асфальт, серые люди;Ты забываешь не то что друзей, а дажеСобственные имена. Всё остальное – прелюдииК тому, что случиться с тобой, возможно, не в праве.Но если я завтра умру, то кто тогдаПодарит тебе часы в золотой оправе,Которые отмеряют оставшиеся года?А на них всё меньше и меньше числа —Однажды им суждено остановиться совсем.Я подбираю слова в семантических полях. СмыслаПусть в этом мало, но всё же чуть больше чемНичего. Только нам и этого не хватает.Время неумолимо тянется вспятьИ на ресницах, как снег в помещении, тает.Но наш Карфаген всё равно никому не взять.Я стою перед Рубиконом [автострадой]В нерешимости, без приказа и желания переходить.Сказала же – мне осточертели городские пейзажи.Теперь твоя очередь говорить.
«Дороги манят, зовут, пленят…»
Дороги манят, зовут, пленят.Попросят душу – не разменятьНа что-то меньше.Таков тариф.Уходишь молча.Не заплатив.
Возвращаюсь
Новые краски добавлю в альбом —Золотом осень украсит страницы.…я возвращаюсь в родительский дом,Чтобы от боли укрыться.Я возвращаюсь – и пусть рухнет мир,А я вместе с миром тоже.Мать мне поможет – мать сохранитДушу под тонкой кожей.Там холода меня не найдут —Осень замрёт у двери…Я возвращаюсь в родительский дом.Туда, где в меня верят.
Будни
Серые будни: кофе в стакане,Смята бумага, разодраны ткани,Очищены мысли, заляпаны чувства.Пусть прошлого много, но в памяти пусто.И губы в улыбке. Забыто про время.Но солнце садиться… Слова не по темеБросаешь в пространство. Оно, вроде, слышит.За окнами ветер деревья колышет.Ломает границы, стирает запретыВчерашнее эхо. Звонки без ответовДавно уже норма – всё это привычно,Все серые будни идут как обычно.
17
Мне сегодня семнадцатьИ небо – вот это да!Расчесать южный ветер —Да спутался в ломких пальцах.Провожаю в дорогу бродячие поезда,Обещаю до осени не возвращаться.Собираю рюкзак,В плацкартный вагон билет.Мне в попутчики юность,А значит уже не важно,Сколько там провести беспокойных в дороге летПо пути от себя, утомленной свободы жаждой.Мне сегодня семнадцать.Разреженный воздух пьян.Вот целую я солнце —В ответ оно лижет кожу.Усмехаюсь судьбе – мне семнадцать и я жива.И пока ничего в этой жизни меня не гложет.
Взрослею
Взрослею.А может быть это уже даже старость:проснёшься – свинцово навалит усталость;когда с неохотой выходишь из дома,туда, где всё серо, привычно, знакомо;когда покупать не спешишь шоколадку,хоть в жизни и так всё не слишком и сладко;когда по родителям сильно скучаешь,звонишь – просто так, рассказать всё, что знаешь;гулять не идёшь – так как дел слишком много,а к дому друзей позабыта дорога;ворчишь на прохожих, как старая бабка,и как мотивация – мысль, что ты – тряпка.Заботы, заботы, заботы, заботы, заботы,с начала недели и вплоть до субботы.Потом, в воскресенье – полдня как убитый,и вновь понедельник делами забитый.Конечно, взрослею. Обратно бы в детство.Но только теперь никуда мне не деться.
Быть одиночкой
Трасса и ветер. И быть одиночкой просто.Волком степным, чтобы выть по ночам на луну;Шляться всегда по каким-нибудь перекрёсткам,Миру всему тет-а-тет объявлять войну.Город и шум. От машин, от людей, от мыслей —Просто в толпе затеряться и потерять.Если один, и не ждёшь никого в этой жизни,Легче вперёд от себя на закат убежать.Кухня и утро. И кофе. И простыни всмятку.Гложет тоска самым лютым из диких зверей…Ты приходи, чтобы вместе со мной просыпаться,Я – одиночка, но вместе с тобой я сильней.
«Нам дорого обходятся дороги…»
Нам дорого обходятся дороги:За каждый шаг приходится платить.Своей души мы оставляем крохиВ пути.Нам дорого обходятся дорогиИ вслед за встречей зиждется печаль.Чужие перешагивать пороги —Так жаль.Билет, перрон, купе, на верхней полкеВо сне чужая мнится нежность рук.А поезд плачет монотонно«Тук-тук».
