Чтение онлайн

А как насчет прыжка через недоверие, который ей так рекомендовала совершить Ребекка? Тело Джульетты пронизала нервная дрожь, показавшая, что она пока не готова к такому прыжку. Однако она дала слово, что на этот день забудет о своих сомнениях, и постаралась разделить веселье Джеффри.

– Что было так смешно?

Она почувствовала, как он провел щекой по ее волосам. А еще – она не была в этом уверена, но так ей показалось – он легко поцеловал ее в макушку.

– Это даме слышать не подобает.

– Откуда ты знаешь, что он говорит? Солдаты говорили нам, что научиться их языку невозможно!

Джеффри вздохнул, словно она глубоко его разочаровала.

– Я уже почти четыре часа провел в обществе этого человека, Джульетта. Помнишь, что я говорил тебе о моем даре к языкам?

– Полученным прямо от Бога.

Она спрятала улыбку, коснувшись щекой его плеча, а он прижал ее к себе крепче, выражая свое одобрение.

– Да. Хотя должен признать, что пока я толком не понял, как зовут этого парня. Придется спросить его еще раз.

Джеффри обменялся с индейцем еще одной стремительной серией щелкающих и гортанных звуков, после чего снова расхохотался.

– Кровь Господня, но он так остроумен – и при этом даже не улыбнется! А может, все так, как мне показалось: его зовут Хромой Селезень. Если бы меня отец наградил таким имечком, я был бы обречен никогда не улыбаться.

Джульетта искоса взглянула на Хромого Селезня, который действительно смотрел перед собой с совершенно непроницаемым лицом. Она часто думала о том, как бы интересно было поговорить с индейцем, но несмотря на ее решение вести себя непринужденно, момент казался неподходящим.

– Когда вы уходили из города, его с вами не было. Откуда он взялся, Джеффри?

– Он мой пленник, захваченный в разгар боя. А может быть, именно из-за этого он и боится улыбаться. Но он же знает, что я намерен получить за него выкуп! В этом городе для человека моего круга очень мало возможностей заработать деньги, несмотря на то что я сказал земельному агенту под клятвой.

Джеффри говорил настолько спокойно, что Джульетте понадобилось несколько секунд, чтобы разобраться во всем, что подразумевалось в его словах. Значит, был настоящий бой. Индейцы выступили против ее горожан на стороне приграничных разбойников. Трезвомыслящая и практичная вдова Уолберн сейчас начала бы бесконечные расспросы, потребовала бы объяснений. А Джульетта вместо этого сразу же подумала о том, что Джеффри негде будет поместить своего пленника, кроме как в собственном дерновом доме, и спросила:

– Это значит, что мы сегодня ночью не сможем остаться вдвоем?

– По крайней мере еще несколько часов, – ответил Джеффри. Вздох его говорил о разочаровании, но глаза блеснули предвкушением. – В конце концов, еще ведь предстоит хвастовство.

Действительно, несколько часов ушло на то, чтобы каждый из участников боя встал и поведал о своих подвигах во время стычки с разбойниками. Женщины ахали по поводу каждой раны, начиная от царапины на плече у Джеффри, оставленной скользнувшей шальной пулей, и разбитого камнем лба Джозайи до занозы, которую Честер Тэтчер всадил себе в палец из древка собственного копья.

Джульетта сидела на полу рядом с Джеффри. Оба прислонились спиной к дерновой стене. Джульетта смотрела на оживленные лица горожан, и ее сердце переполнялось чувствами, которые она не могла бы выразить. Они казались такими счастливыми, такими дружными! И Джульетта чувствовала себя спокойной и уверенной, и это не имело никакого отношения к тому, что удалось прогнать разбойников, но было связано с сидевшим рядом с ней мужчиной.

Она незаметно вложила свои пальцы в руку Джеффри.

В его легком пожатии и в чуть понурившейся голове Джульетта чувствовала огромную усталость, но Джеффри не делал попыток завершить общее ритуальное хвастовство. Наоборот, казалось, он стремится его растянуть, напоминая то одному мужчине, то другому о забытых ими подвигах, об особо отважных поступках. Можно было подумать, он не хочет, чтобы день закончился.

Казалось, этого не хотят и все остальные жители Брода Уолберна. Но сначала заснули младенцы, а потом младшие ребятишки перестали разыгрывать сценки, посвященные только что услышанным подвигам. Даже те юнцы, которые мужественно сражались вместе с отцами, устало свернулись рядом с матерями, а мужчины, обычно проводившие дни в одиночестве, за плугом, охрипли от непривычно долгих разговоров и один за другим замолчали. У Джеффри опустились ресницы и темными тенями легли ему на щеки.

Джульетта приготовилась было встать и приказать реем расходиться по домам, когда на середину комнаты вышла миссис Эббот, размахивая письмом от своего сына Германа. Джульетту охватило острое чувство вины. Похоже, миссис Эббот мало было прочитать это письмо детям горожан. Теперь, когда все жители собрались вместе, наступил удобный момент покончить с этим делом. Она даже заставит себя прислушаться – ведь несмотря на то что миссис Эббот целый день читала письмо сына вслух, Джульетта не слышала ни единого слова.

Но для этого на минуту надо будет забыть свою озабоченность по поводу того, удастся ли ей остаться с Джеффри наедине, не погубив окончательно своей репутации. Ей совершенно не улыбалась мысль быть с ним, когда в доме будет находиться его пленник. И она, конечно же, не останется здесь, когда горожане начнут расходиться. Даже если Джульетте удастся убедить Джеффри отбросить щепетильность и на этот раз прийти к ней в дом, он кажется настолько усталым, что ей претит мысль о том, что ему придется одному идти через прерию, после того как все разойдутся. Но еще сильнее ей претила мысль о том, что придется провести эту ночь – вообще хоть еще одну ночь – без Джеффри.

Миссис Эббот откашлялась.

– Ну вот, наступил ваш момент, друзья. Все здесь, и на то, чтобы прочесть письмо, надо всего пять минут.

Кое-кто застонал, но поскольку расходиться всем еще не хотелось, никто не стал мешать матери выразить свою гордость. Она развернула письмо и начала читать.

– «Дорогая ма, надеюсь, мое письмо застанет тебя в добром здравии…» и так далее и тому подобное. – Замолчав, она обвела взглядом присутствующих. – Если вы не возражаете, я не буду читать ту часть, которая интересна только для матери и сына. Гм! «Лейтенант Айвз пишет историю наших исследований, которая наверняка поразит мир. Я попросил у него разрешения поделиться кое-какой информацией с моей милой мамочкой, и он, конечно, согласился».

Покраснев, миссис Эббот обвела всех взглядом, словно для того, чтобы удостовериться, все ли заметили, как ласково обращается к ней сын.

– «Наша экспедиция, которую ведет Иритаба, индеец племени моджавов, воспользовалась новыми рейсовыми фургонами мистера Била, чтобы добраться до этих потрясающих каньонов. Ты, конечно, помнишь мое предыдущее письмо, в котором я объяснил тебе, как мистер Бил вдобавок к своим обязанностям инженера начал экспериментировать с верблюдами, чтобы использовать их как вьючных животных. Мы регулярно прочесываем пустыню, разыскивая тех немногих, которым удалось сбежать. Однако я отвлекся.