Рыцарь
Шрифт:
Ребята, закрепившиеся на стене, попали под перекрестный огонь правой и левой башни. А башни у Альфаро были — дай Боже. За трое суток непрерывного обстрела катапульта только чуть-чуть расковыряла левую. Чуть-чуть.
В общем, нас выбили со стены. Наемники полезли снова. Их снова выбили.
Как-то незаметно подступил вечер. Все устали. Атака стала вялой. Было много раненых. Я приказал трубить сигнал отступления. Пока наемники уходили с поля боя и уносили раненых (об убитых никто уже не думал), башни продолжали огрызаться.
Крюк и один из передвижных сарайчиков во время штурма сожгли. Передвижную башню подпалили, но ее еще можно было восстановить.
Мы потеряли около тридцати человек убитыми. Раненых было вдвое больше. У Альфаро потерь было меньше раза в три.
Штурмовать такие замки в лоб — самое последнее дело. Куда эффективнее обложить замок блокадой. Но долгую блокаду мы не могли себе позволить.
Остается только слабая надежда, что Алонсо удастся договориться со своими бывшими подчиненными. А если не удастся? Тогда гарнизон Менханьо явится сюда и ударит нам в спину.
…На следующий день ко мне подошел один из солдат Хайме:
— Господин, вас спрашивает какой-то человек…
…Окраина села. Трое всадников придерживают коней и останавливаются, чтобы осмотреться. Рыцарь, паж и дама. Так кажется на первый взгляд. Но если присмотреться… или снять с пажа шапочку… длинные светлые волосы мигом выдадут настоящий пол этого мнимого «пажа».
Итак, две девушки и всего лишь один вооруженный мужчина. Необычная компания.
Девушка-паж показывает мужчине на мавра, копающегося на огороде рядом со своим домом. Через несколько минут мавр, понукаемый рыцарем, подходит к ее лошади.
— Не так давно здесь должен был проезжать франкский рыцарь со своим слугой, — говорит девушка. — Ты видел их?
Мавр не отвечает. Это существо — он так и не может понять, девушка это или красивый мальчик, — не нравится ему. Зеленые глаза… Дьявольские глаза.
О рыцаре, который расспрашивал его об Анне Альгарис, а потом прятался в его доме от ищеек графа Альфаро, мавр решает ничего не говорить. Он отрицательно мотает головой.
— Ложь, — говорит девушка-паж. И обращается к своему спутнику: — Подведи его поближе.
Рыцарь подтаскивает несчастного мавра вплотную к ее сапогу. Мавр недовольно рычит.
— Вы уверены, госпожа? — спрашивает вторая девушка, испанка по виду.
— Он что-то знает.
Она смотрит мавру в глаза, и тот замечает, как зелени в ее взгляде становится больше. Он хочет отвести взгляд…
Нет, не хочет.
Хочет смотреть на нее.
Хочет говорить.
Под ее взглядом он начинает рассказывать. Поспешно, сбиваясь, захлебываясь словами…
Глава десятая
— …Дон Альфаро, взгляните на это!
Граф ловко, как кошка, взбегает на стену.
Солнце светит вовсю, но воздух душен, и где-то на горизонте громоздятся огромные черные облака-башни. Будет буря.
Со стены. Альфаро де Кориньи видит долину и лагерь наемников. Андрэ, кажется, готовится к новому приступу.
Но Альфаро видит еще кое-что.
В полумиле от лагеря из небольшого леска вылетают всадники. Они слаженно организуют строй и обрушиваются на наемников Андрэ, оказавшихся совершенно неподготовленными к этой атаке. Всадников не слишком много, но действуют они четко и уверенно. Его враги в беспорядке мечутся туда-сюда.
Смерть собирает богатый урожай, после чего появившаяся конница отступает к лесу. А из леса выползает пехота. Между тем и врагам Альфаро наконец удается кое-как собрать собственных солдат. Пустое пространство между появившимся отрядом и наемниками усеяно окровавленными телами. Все они — солдаты Андрэ. Из атаковавшего их отряда пока не погиб ни один человек.
Альфаро, напрягая зрение, наконец узнает штандарт. Менханьо. Ну конечно же. Они должны были появиться раньше всех.
В ту же секунду — по изысканным доспехам — он узнает и предводителя Умберто Кенсоло, которого он три года назад поставил начальником гарнизона вместо Алонсо де Виллярробледо.
Прибывших из Менханьо всего около семидесяти человек. Видно, что они куда лучше организованы, чем наемники, но людей у Андрэ много больше. Тем не менее Умберто не собирается отступать.
Граф находит взглядом Ортоньо.
— Выводи людей. Быстро!
Ортоньо отдает приказ трубачу. Крепость оглашают пронзительные звуки рожка.
В начале осады у Альфаро было сто десять человек, способных держать оружие. У Андрэ — вдвое против того. После позавчерашнего штурма разница сократилась. Пока размен был выгодным для Альфаро. Андрэ, видимо, не знал, что осаждать такие замки, как Кориньи, следует имея, как минимум, тройное численное превосходство над противником.
Сейчас же вместе с людьми, прибывшими из Менханьо, их войска почти сравнялись в числе.
Лошадей в крепости мало. Придется полагаться на пехоту.
Ворота крепости распахиваются. Граф сам возглавляет своих людей.
Между тем в долине люди Умберто и наемники Андрэ сталкиваются снова. Последние так заняты, что замечают приближающееся к их тылу воинство в самый последний момент. Пытаются создать заградительный строй, но не преуспевают в этом. Альфаро с легкостью опрокидывает их. Наемники начинают разбегаться. Жизнь все-таки дороже, чем деньги.
Отряд графа разрезает войско наемников, как раскаленный нож — масло.
Граф улыбается. Он и не сомневался, что так будет. Рано или поздно.
Он улыбается до тех пор, пока кавалерия Менханьо, к которой они вышли, разделив армию Андрэ, не обрушивается на его собственный отряд. В первую секунду Альфаро не понимает, что происходит, и тщетно пытается остановить атакующих. Они что, так увлеклись, что приняли их за врагов? Альфаро сдирает с головы шлем. Пусть видят, что…
На дальнем конце поля начинают подниматься мертвые. Погибшие после первой атаки кавалерии Менханьо. Их одежда выпачкана в крови, но двигаются они слишком бодро для покойников.