Чтение онлайн

Об инциденте было доложено министру обороны и президенту. К тому времени Хьюстон попытался связаться с «Магелланом», которому пора было вынырнуть из радиотени, и не нашел его на орбите. Стало ясно, что таинственный объект — именно «Магеллан», по какой-то причине совершающий нештатную посадку на свой страх и риск. В таком случае он направлялся на базу «Черри Брэнч», являвшуюся резервной для аварийного приземления.

Но почему экипаж шаттла не вышел на связь со станцией «Маунтин», которая немедленно оповестила бы Хьюстон, мыс Канаверал и «Черри Брэнч»? Сразу все передатчики, надежнейшие, снабженные продублированными системами резерва, выйти из строя не могли. Что произошло?

По неизвестной причине замолчала и сама станция «Маунтин», не отвечая ни на вызовы по телефону, ни на радиозапросы. База «Черри Брэнч» была приведена в состояние полной готовности к аварийной посадке. Сотни самолетов и вертолетов искали заблудившийся «Магеллан» в небе Америки. Но он пропал, исчез, словно испарился бесследно.

Бригадный генерал Уилсон, срочно вызванный к президенту, высказал предположение, что инцидент с «Магелланом» мог быть как-то связан с «Черным Принцем». Но если и так, это ни к чему не вело, ведь о «Черном Принце» никто ничего не знал. Не существовало никаких данных, помимо крайне нечеткой телевизионной картинки, переданной с «Магеллана». На ней «Черного Принца» можно было с равным успехом принять и за осколок небесного тела, и за техногенный объект. И даже второе ни о чем не говорило. Сколько их, этих объектов — космического мусора, старых спутников, отработанных узлов ракет и прочего, — крутится теперь на орбите? Всего не учесть. Слово же «инопланетный» не произносилось в официальных коридорах даже шепотом. Столь безответственное фантазирование могло дорого стоить серьезным людям, да такое попросту и не пришло бы им в голову.

— «Маунтин», у нас проблемы, — сказал Джералд Холт. — Не можем выпустить шасси. Консультации со специалистами в Хьюстоне невозможны — нет связи ни с кем, кроме вас.

— Понял вас, «Магеллан», — ответили со станции. — Мы ретранслируем вас в Хьюстон, они в курсе, ждем их ответа… Сейчас меняйте курс на сорок пять градусов к востоку и срочно снижайтесь до минимально возможной высоты. В вашем районе идут маневры военно-воздушных сил, возможно столкновение.

— Маневры, — пробурчал Прист, меняя курс. — Они что, не знают о нашей экстренной посадке?

Он говорил тихо, для себя, но оператор станции услышал его.

— Обычные нестыковки между НАСА, ВКС и ВВС… Вы успеете снизиться, все в порядке. Подождите секунду… Есть ответ из Хьюстона! Будете садиться на воду в Мексиканском заливе, триста миль восточнее Галвестона. Там вас встретят вертолеты. Не падайте духом, ребята, ситуация под полным контролем. Мы выведем вас на место по точечным координатам. Оставайтесь на линии.

Лучи рассветного солнца коснулись сверкающих далеко впереди морских волн. «Магеллан» шел уже на столь малой высоте, что связь с «Маунтином» прервалась из-за естественных преград рельефа. Но это уже не имело значения, координаты места посадки были заданы. Гордон Прист сбавил скорость:

— Что-то я не вижу никаких вертолетов…

— Смотри на приборы, — произнес Холт.

Сама по себе посадка на воду не представляла никакой опасности для нового шаттла — конструкторы предусмотрели и такой вариант. Другое дело, что производилась она в необычных условиях. Ни один корабль в истории полетов шаттлов еще не приземлялся так: без самолетов сопровождения, без связи, под контролем (частичным, не до момента посадки!) лишь одной наземной станции… Дебют «Магеллана», подумал Холт, едва ли восстановит подорванную репутацию программы «Спейс шаттл», как это предполагалось.

Под крыльями «Магеллана» проносился сплошной зеленый ковер густого леса, покрывавшего побережье. Он простирался до самого обрыва в океан, а дальше блестели гребни серебристых волн Они выглядели холодными и неподвижными. Задача состояла в том, чтобы посадить корабль точно там, где указал оператор станции «Маунтин», иначе можно было налететь на подводные скалы или отмели. Холт не считал ее сложной — навигационные системы корабля создавались в расчете и на такие задачи.

«Магеллан» продолжал снижение. Хлопнули купола тормозных парашютов. Нос корабля задел верхушки волн, подняв тучу брызг, подпрыгнул, и шаттл проутюжил поверхность океана. Вода шипела и испарялась под горячими плитами обшивки. Корабль все медленнее двигался по океанской глади и, наконец, неподвижно замер. Термостойкая броня слегка дымилась, на корпусе застыли капли расплавленного металла сгоревших выносных кронштейнов. Земная гравитация, от которой успели отвыкнуть, затрудняла дыхание.

— Поздравляю с благополучным завершением полета, — сказал Джералд Холт.

Все молчали. «Магеллан» покачивался под углом к береговой черте. Их никто не встречал.

— Где же цветы, где шампанское? — не выдержал Кейд, отстегивая замок ремня.

От ремней освобождались и остальные.

— Не все сразу, — откликнулся Прист. — Им понадобится время…

— А кто-нибудь еще мог слышать наши переговоры со станцией «Маунтин»? — спросила Шерон. Холт покачал головой:

— Вряд ли. Все переговоры велись по узконаправленному радиолучу. Чтобы его перехватить, теоретически надо находиться прямо на его линии, хотя…

— Что это?! — воскликнул вдруг Шевцов. Корабль медленно кренился на правый борт. Холт пробежался пальцами по клавишам компьютера, облегченно откинулся на спинку кресла.

— Ничего страшного. Просто раскрылись створки правого люка шасси. Думаю, замкнуло там что-то при посадке…

— Мы не утонем? — забеспокоилась Шерон. Командир засмеялся:

— Конечно нет. В полость войдет немного воды, воздух наверху сожмется и задержит ее. Мы в безопасности. Действительно, угол наклона более не увеличивался.

— Смотрите, смотрите! — Девушка указывала в открытое море сквозь левый иллюминатор. Из воды поднималась темная рубка субмарины.

— Забавно, — прокомментировал Карсон. — Моряки успели быстрее летчиков.

— Во всяком случае, наши проблемы позади, — бросил Вирджил Кейд. — Ребята, а кто как думает провести уикэнд? Есть предложение…

Прист прервал его, будто не услышал:

— Странно, что так близко от берега достаточно глубины для подводной лодки…

— Мы на самой границе так называемой Аппалачской впадины, — сказал Холт. — Справа от нас мелко, как в болоте, зато слева — подводный обрыв до трех миль.

— Значит, они смогут подойти вплотную? — обрадовался Прист и полез к замку, чтобы открыть кабину.

— Подожди, — остановил его командир. Пилот в недоумении обернулся. Рубка субмарины показалась из-под воды на три четверти.

Человек, называвший себя генералом Барли, снял наушники, отключил аппаратуру и вошел в комнату, где вдоль стен с поднятыми руками стояли под дулами автоматов дежурные операторы станции «Маунтин».

— Вот и все, — сказал Барли. — Наши дела как нельзя лучше. Сейчас мои ребята там режут кое-какие кабели, ну и вообще заботятся, чтобы вы не устроили трезвон после нашего отъезда. А вы молодцы, сидели тихо. Пришла пора прощаться.