Чтение онлайн

– Ну ладно, ладно…

Александр махнул рукой, снова усаживаясь на лавку и принимаясь за кашу.

– …Тогда неси ещё эля. Будет хоть чем эту отраву запивать.

– Много эля вредно, – отозвался повар. – Будешь потом всю ночь на двор бегать.

И он расхохотался.

– А это уже не твоя забота, – строго сказал Александр. – Говорю, неси ещё эля…

Повар хмыкнул, потом махнул рукой и сделал знак мальчишке. Тот кивнул, забрал со стола пустые кружки, ушёл в дальний угол и появился оттуда пару минут спустя уже с полными.

– Зачем ты с ними так? – спросил Бертрам.

Александр, казалось, не сразу понял его.

– В каком смысле?

– Ну… так грубо…

Приятель усмехнулся.

– Зато действует. Не сомневайся, если бы я стал просить, до сих пор сидели бы голодными. Он же слуга и привык подчиняться. В смысле, когда ему приказывают. Иначе решит, что ты ниже его по положению, и пальцем не шевельнёт.

И он снова принялся за кашу.

Голод слишком сильно давал о себе знать, Бертрам, скрепя сердце, начал есть, хотя ему приходилось буквально заставлять себя проглатывать эту кашу, в которой не было ни капли масла, ни кусочка мяса, и совершенно никакого вкуса. К тому же в памяти вдруг снова всплыли события сегодняшнего дня, и видение обезглавленного тела в сожжённой деревне возникло перед ним. Как и тогда в лесу, в голове застучало, стало трудно дышать.

– Ты чего это, братишка? – спросил Александр, облизав ложку, с которой доел остатки каши. – Что случилось?

Бертрам помотал головой.

– Да так… ничего…

– Вижу, что ничего, – рассмеялся Александр. – Опять сам не свой. Теперь-то что?

– Да ничего, – пробормотал Бертрам. – Только я это… Я подумал, те люди…

– Какие?

– Ну, которые в лесу… Их убили?

Александр сдвинул брови, вопросительно посмотрев на Бертрама.

– Ну, убили. И что?

– И ты…

Начал Бертрам, но не договорил, уставившись на Александра так, будто видел его впервые. Но перед глазами был не Александр, перед глазами снова возникли заросли орешника и мёртвое тело в траве.

– …Ты убил его? – спросил он.

– Кого?

– Того, который… с которым ты там…

– А-а…

Приятель взял со стола кружку с остатками пива или эля, как называли здесь этот напиток, отхлебнул большой глоток и снова посмотрел на Бертрама.

– …того парня что ли? Да вроде убил. А что?

Бертраму показалось, что у него кружится голова. Видение мёртвого тела не покидало его, к горлу подступила тошнота. Каша, и без того комом лежавшая в желудке, просилась наружу.

– Э, ты чего? – встревожено спросил Александр, заметив, вероятно, какое-то изменение в лице Бертрама. – Ни фига себе! – продолжал он. – Ну-ка давай, пойдём…

И встав, он подхватил Бертрама подмышками.

– …пойдём на воздух. Тут у тебя сейчас… тепловой удар будет…

Только оказавшись за дверями кухни, Бертрам почувствовал себя чуть лучше. Свежий воздух оказал положенное воздействие, тем более, что в кухне и правда было душновато. В общем, съеденная каша осталась в желудке, хотя едва не покинула его под воздействием той каши, которая возникла у Бертрама в голове.

– Ну вот…

Услышал он голос Александра.

– …и щёки порозовели. А то я уж испугался. Что это на тебя нашло?

– Да я, это… – пробормотал Бертрам, – я о том, что ты… Как ты… Как ты убил его?

Приятель пожал плечами.

– Не знаю. Ну, убил и убил, что такого?

Он пристально посмотрел на Бертрама.

– Слушай, ты случайно не пел в хоре?

– В каком хоре?

– Не знаю… в церковном…

– Не взяли.

– А ты хотел?

– У меня друг один есть, он поёт. Ну и я пошёл с ним за компанию. А меня завернули. Сказали…

– Медведь на ухо наступил?

Тошнота совсем прошла, Бертраму стало гораздо лучше, он даже рассмеялся.

– Ага, на оба.

Рассмеялся и Александр.

– Не беда. У меня тоже с этим плоховато…

– А с чего ты вдруг про хор заговорил?

Александр снова усмехнулся.

– Ну, ты такой… щепетильный…

Он похлопал Бертрама по плечу, потом глубоко вздохнул.

– Хотя я тебя понимаю. Не часто в один день столько трупов на дороге попадается. Да, похоже, здесь это обычное дело. Придётся приспосабливаться. И вообще, жизнь – такая штука… Я это давно уяснил. Мы раньше в таком районе жили, где без ножа на улицу не выйдешь. Правда-правда. Народ… все либо пьяные в дым, либо обкуренные. И тут я такой весь из себя, книжки английские читаю… Ничего, выжил. А могли и зарезать. Ни за что, за книжку… Я потому и пошёл борьбой заниматься и фехтованием. Потом на пентатлон перешёл…

– На что?

– Пятиборье. Не знаешь, что ли? Очень полезный вид спорта. Там и фехтование, и бег, и скачки с препятствиями… Будто знал… Теперь, похоже, всё это пригодится…

Повеяло прохладой. Солнце уже зашло. В длинной хибаре, прилепившейся к внутренней части стены, горел неровный огонёк, оттуда слышались голоса, перемежаемые хохотом. Повар отворил дверь кухни и выплеснул что-то за порог из большой лохани.

– Ну как, очухался? – спросил Александр, положив руку Бертраму на плечо. – Тогда пошли обратно.

Когда они вернулись, на столе их ждала ещё одна плошка, теперь уже со свежей кашей, и деревянное блюдо, на котором лежало несколько кусков мяса.

– Вот видишь, – шепнул Александр, – я же говорил, иначе тут нельзя. Закон джунглей.

И он просто набросился на мясо, которое пришлось брать руками. Кроме деревянных ложек никаких других столовых приборов тут, надо полагать, не водилось.

Они едва успели доесть, когда в кухню вошёл тот самый пожилой слуга, который привёл их сюда.

– Пожалуйте к хозяину, – сказал он.

– Это ты кому? – спросил Александр.

– Так это, вам, – шамкая, ответил старик. – Его милость велели, чтобы вы шли к ним прямо сейчас.

– Мы оба?

Старик не сразу понял вопроса.

– Что говорите? А нет, так его милость только вас велели позвать. Вот, сказали, который постарше. А на счёт кого другого никаких приказаний не было…

Бертрам немного растерялся. Оставаться одному в компании повара ему никак не хотелось.

– Не знаю, чего тебе там приказали, а мы или пойдём вместе, или вообще никуда не пойдём, – сказал Александр.