Чтение онлайн

– Понял, - хрипло сознался Власко, - и я тоже… не хочу розни, - в сердцах добавил он и отвёл смущённый взгляд от венета.

Вальдс вспыхнул, зарделся. "Хорошо, ох как хорошо, что ты признался", подумал он.

– Так что же мне сказать Ромульду?
– спросил он и обречённо подумал: "Как жаль, что не задать этот вопрос нельзя и на одного Ромульда эту участь не взвалишь. Горе-посланники!"

Власко вгляделся в лицо венета и тихо ответил:

– На ладью и в путь! К Гостомыслу в гости! Небось, старый ждёт не дождётся!
– Он не справился ещё с приливом того волнения, которым невольно заразил его венет, и голос его прервался.

Вальдс вдумался в ответ словенина, душой принял его трепетность и доброту и кивнул в сторону Ромульда:

– В гости так в гости… Я так и передам ему. Ромульд стоял настороженный и выжидательно вглядывался в лицо подходившего венета. Рядом с варяжским полководцем стоял взволнованный Олаф и обеспокоенно поглядывал то на одного, то на другого. Вальдс подошёл озабоченный.

– Прежде чем мучить людей тяжким путём, надо всё обдумать самим, хмуро проговорил он своим военачальникам.
– На горячую голову нельзя предпринимать ни одного шага, - глухо, будто самому себе, приказал Вальдс и опустился на берег, поросший мягкой зеленью.^ - Садись, Ромульд! Садись, вождь!" - предложил он и Олафу.

Те молча повиновались.

– Псков - это горячая дума Рюрика. Я чую, её надо похоронить, - с трудом проговорил Вальдс, не глядя на Ромульда. Тот дёрнул плечом.

Вальдс, ни на кого не глядя, немного помолчал, что-то обдумывая.

– Влас предлагает погостить у Гостомысла, - как-то вяло сказал он чуть погодя.
– Всё худо получается… - зло проворчал он и посмотрел на знатного секироносца.
– Ромульд, раскрой душу!

Ромульд пожал плечами и тихо, медленно изрёк:

– Ежели Гостомысл с Власием осели накрепко в Пскове, то что там делать мне?

Вальдс сгорбился, покрутил в раздумье головой и стал рассуждать вслух:

– Гостомысл только сбежал в Псков. Так?
– спросил он самого себя и сам ответил: - Так! Его спугнул гнев Рюрика по Вадимову заговору, - медленно продолжал он и вдруг оживлённо добавил: - Но! Ныне всё спокойно? Спокойно! А у Власия нет постоянной дружины!
– обрадованно заключил он.
– У него только ополчение воев.
– И, развернувшись в сторону Ромульда, он предложил: - Есть смысл рискнуть и занять Псков. Всё равно его надо охранять!
– быстро проговорил он, не дав возразить секироносцу, и весело добавил: - Край от Изборска до конца Чудского озера велик, и мне одному там не управиться!

Ромульд метнул удивлённый взгляд на Вальдса и задумался.

– Какова твоя дума, Олаф?
– спросил Вальдс, веселее поглядывая на своих друзей, словно самого себя уже в чём-то убедил да и уверовал, что остальным от этого тоже будет легче.

– Я бы оставил Ромульда при себе, - важно ответил бывший вождь, глядя на знатного военачальника.
– Он мне очень по нраву, - пояснил Олаф без улыбки.
– А в Псков рискованно плыть. Могут поднять новую смуту, - заявил он.

Ромульд переглянулся с Вальдсом, но улыбку сдержал: иногда и юность глаголет дело.

– Да! Чего маять дружину и себя! Мы поплывём в Ладогу, а ты - в Изборск, - рассудительно сказал брат Эфанды и важно добавил: - Нужда будет, пошлют за Ромульдом! "Неужели нельзя так просто дела вершить!" - говорил его молодой, горячий взгляд.

– Правда Олафа, - тяжело вздохнув, заметил Ромульд.
– Сын Верцина истину глаголет. Я плыву с ним.

Олаф улыбнулся широко и радостно и быстро вскочил.

Вальдс в сомнении покачал головой:

– Так я буду один у кривичей?
– хмуро спросил он, оглядывая друзей.

– Ты забыл о Власе!
– засмеялся Олаф.
– Власий!
– закричал он вдруг что было сил.
– Иди к нам!

Власко хлестнул бурого коня и, гонимый любопытством, в мгновение ока предстал перед варягами.

– Ты настоящий богатырь, Власий!
– приветствовал его Олаф, слегка склонив голову перед красивым словенином.

Власко в ответ смущённо улыбнулся и выжидательно молчал.

– Влас, я плыву с тобой только лишь попутчиком, - вздохнув, сообщил ему Вальдс и поднялся с земли.

– А Ромульд?
– нахмурившись, спросил Власко.

– Ромульд плывёт в Ладогу со мной!
– гордо объявил Олаф.

– Но ведь у меня нет дружины, - возразил Власко.
– Кто же будет охранять Псков?
– резко спросил он.
– Ты бросаешь нас?
– обратился он к Ромульду.

Варяги молча переглядывались, не зная, что ему ответить.

– Вальдс, мы же порядились: плывём в гости к Гостомыслу! О чём вы тут речи длинные вели?
– возмутился Власко, оглядывая варягов каждого по очереди.

– Для гостей путь слишком тяжёл, - заговорил смущённо Ромульд, - да я и не прыток, - просто объяснил он и поднял хмурый взор на словенина. Влас недоумённо молчал, а Ромульд, глядя ему в глаза, тихо добавил: - Передай низкий поклон Гостомыслу и сердечное спасибо всему Пскову за помощь. Я не поплыву в ваш Псков до тех пор, пока городская община не позовёт; меня. Вальдса кривичи давно зовут, - объяснил он, не лукавя, - а меня Рюрик… Ну да ладно, - тяжело вздохнув, проговорил Ромульд, - всё уже молвлено, и не раз. Не держи гнев на меня, добрый молодец!
– ласково попросил он, глядя в открытое лицо сына Гостомысла, протянул руку Власку для прощания и низко склонил перед ним голову.

Власко принял руку, тепло её пожал и ответил глубоким поклоном знатному варяжскому полководцу.

Фэнт разбил чудь заволочскую и поселился в Белоозере с Сигуровой дружиной.

Аскольд с Диром разбили южных мадьяр и осели в Полоцке, среди полочан родственников кривичей…

Наконец-то Аскольд вздохнул свободно. Теперь он не просто поселенец глава волохов-варягов, теперь он Рюриков посланник и будет бдить покой и порядок на всей речке Полоти. Да, он будет наведываться в Новгород к своему князю, будет выделять ему часть своей дани, как и уговорено, но теперь он не будет слушать его военные советы и не станет внимать его наказам, как усмирить плоть свою. Теперь он сам себе голова и сам себе хозяин! А это ой-ой-ой как дорого!..