Рюрик
Шрифт:
Стремительный удар меча,
укол стрелы, блеск топора, -
и мир исчез в твоих глазах,
и моря нет, и нет друзей,
и ты один.
Но ты один на краткий миг,
Валгаллы луч бежит к тебе.
Дорога дивная небес,
она тверда, она верна,
как меч, как викинга рука.
По ней летит могучий конь,
он бел, как снег, он чист, как свет.
На нем валькирия спешит,
с ней Один шлет тебе привет.
Тебя он ждет, он ждет тебя,
готово место для тебя.
И вы взлетаете, как дым,
как легкий пар, как облака, -
ты и посланница небес.
дружно орали две сотни глоток, стуча по дубовым столешницам чашами и кулаками.
Чрезмерные возлияния возбудили двух викингов – Сигвальда с Янгом, сорвав со стены по мечу, оба вскочив на стол, принялись рубиться. Под хохот и улюлюканье их тут же стащили, не дав уйти в Валгаллу*, заломив руки, связали и увели спать в конюшню.
На следующее утро после завтрака, состоявшего их сыра меда и яиц, Вестейн знакомил вновь обретенного сына с тем, что имел. Получив по наследству и заработав мечом с торговлей. Для начала, выйдя из ворот охраняемых двумя стражами, прошли к причалу, у которого тихо шуршал прибой, и стояли приведенные в порядок драккары. Чуть покачивая химерными головами на длинных шеях, словно приветствуя хозяина.
– Вот тот, «Змей», – показал ярл на левый. – Построен два года назад в Скирингссале* Может взять на борт сотню викингов в броне и запасы на месяц плавания. Это «Ворон» (похлопал по черному борту), остался от отца. О вон тот, что на подпорках – «Вепрь» захвачен мной весной у свейского ярла.
– И сколько все три могут нести воинов? – с интересом оглядел суда новый Рюрик.
– Больше двух сотен, – последовал ответ.
«Целую дружину» подумал про себя. «Это не наши кочи».
Далее они вместе обошли горд и новый отец показал, где что находится, отдавая по ходу распоряжения вставшим раньше Фроуду и слугам. В завершение зашли в жилище рабов. Оно было пустое (с восходом солнца их уводили на работы), в углу на соломе бредил худой изможденный человек с железным ошейником.
– Почему он здесь? – обернулся ярл к управителю.
– Болеет. Уже неделю.
– Выбросить в залив на корм рыбам.
– Слушаюсь господин.
Далее, приказав оседлать коней, Вестейн показал вновь обретенному сыну водяную мельницу в соседней с фьордом низине, где в море впадала бурная река и созревающие по берегам овсяные с ячменными поля, на которых трудились трэллы.
– Приносит неплохой доход, – показал ярл на мельницу с вращающимся колесом. – Из соседних фьордов к нам привозят молоть зерно.
«Да, богат мой новый отец» без особой радости подумал Велибор – Рюрик.
Глава 4. Жертвоприношение. Бой в фьорде
По выцветшему небу в теплые страны тянул журавлиный клин, с полей собрали урожай, наступила осень. Дни становились короче, ночи длинней, чаще штормило море.
Одним таким, на восходе солнца, из западных ворот горда выехал отряд. Впереди ярл с сыном, за ними Астрид с Хелли и служанкой, телохранители, кормчие и десяток воинов. Замыкал его вьючный караван из пяти лошадей, на одной сидел молодой крепкий раб со связанными руками.
На ночь остановились в усадьбе Агвида, следующим утром, ставшая больше группа двинулась дальше. Слышались оживленные разговоры, шутки и смех.
К полудню достигли опушки священной рощи, на которой уже шумел стан: десятки шатров с палатками, меж которых расхаживали и беседовали множество празднично одетых людей. Здесь были ярлы с викингами, бонды и хускарлы* с женами и без них. Все собрались на осенний праздник жатвы, возблагодарить своих богов. Таких, как уже знал Рюрик, у местных племен имелось предостаточно. И все в отличие от словенских жестокие.
Главными были Один с Тором и Фрейр. Первый являлся богом войны, второй, защищал других от великанов с чудовищами, а последний являлся богом плодородия. Все без исключения любили кровь и жили в заоблачном чертоге, именующемся Валгаллой. Туда могли попасть только викинги погибшие в бою, чтобы пировать с богами, вновь сражаться и умирать, а потом воскрешать и любить красавиц. О такой смерти мечтал каждый из морского племени.
Пока воины, развьючив лошадей, ставили шатер для семьи господина и палатки для себя, он вместе с Рюриком подошел к группе ярлов и после взаимных приветствий представил вновь обретенного сына. На побережье уже разошелся слух о чудесном подарке, и теперь он подтвердился.
– А ведь похож, – сказал самый старший из воителей Адальмунд, владетель Курс-фьорда и побратим Вестейна. Остальные взирали на нового Рюрика с суеверием.
– Ты должен возблагодарить богов за столь щедрый дар, клянусь валькириями* -заявил второй, по имени Эйнар, владетель фьорда Гандвик.
– Сегодня я это сделаю, – кивнул Вестейн. – Боги будут довольны. А почему не вижу среди вас Олафа?
– В начале лета он отплыл со своими драккарами в Византий*, предложить свой меч ромейскому императору. Неужели не слышал?
– Нет, я в то время был на Груманте.
Беседу ярлов нарушил протяжный вой волка, донесшийся со стороны капища. На самой высокой ноте он смолк, а в разных концах стана раздались возгласы, – Провидец призывает! Находящиеся там пришли в движение и стали втягиваться в зеленый коридор. Впереди шли ярлы с женами и викинги, за ними бонды и хускарлы с домочадцами, позади вели двух жертвенных коней и трэлла.
Миновав проход меж деревьями, толпа разошлась по сторонам, опоясав плотным кольцом поляну. В центре ее, рядом с идолом величаво стоял главный жрец в белом одеянии, по бокам два помощника, сзади сидел волк.