Рыжик
Шрифт:
– Правильно! Так что изучает гравиразведка?
– А-а-а...
– Ну-у-у?..
– А-а-а...номалии силы тяжести!
– Ну вот, а вы боялись! Давайте зачётку...
Даже не глянув на оценку, Люда устало поплелась на выход. За дверью она, как положено, тут же попала под перекрёстный допрос: "Как?!" "Что?!" "Сколько?!"
– Не знаю, - только и буркнула расстроено.
– Э-э-э?!
– не поверили ей и отобрали зачётку.
– Так - "добре"!
– Ну вот!..
– неизвестно с чего Люда расстроилась ещё больше. То ли от незаслуженности, то ли от того, что единственная четвёрка по спецпредметам... Но сокурсники её не поняли.
– Ты чё, дура?!
– объявили ей, и с благородным осуждением отвернулись от "зажравшейся" зубрилы. Только Надька посочувствовала. И как тогда начала, так до сих пор не могла остановиться...
– Да ты ещё нормально ответила! Спроси любого, эти их геофизические "матюки" никто ва-а-аще...
– Центростремительная редукция с ПО-О-ОЛНОЙ поправкой Буге...
– задумчиво вставила Люда.
– Шо?
– не поняла Надька.
– ...имела ВОЗ-МУ-ТИТЕЛЬНО гравитирующую потенцию, - серьёзно закончила Люда.
– А, ну да... Ты ж у нас поэт!
Люда собралась обидеться на "поэта", но тут бандитствующие элементы бросили петлять меж стволов и с криками-воплями вынеслись на поляну.
– С дороги!
– Куда лезешь, идиот?!!
Люда даже удивиться не успела, как со своевременным "по-о-оберегись!" ей шибанули кроссовкой по затылку, едва не оторвав её "лисий хвост".
– Э! Полегче!
– взвыли они с Надькой напару, но виновники опять скрылись в лесу.
– Эй люди, сделайте шо-нибудь!
– возмутилась Надька. И тут Людке пришла в голову Дикая Идея... Дикая, но сымпатышная.
– ЩАС, - сказала она с выражением, схватила ведро и метнулась к роднику.
А когда банда придурков вернулась, их ждал небольшой сюрприз.
– Т'ты чего?
– стопорнулся Тимоха об Людкину худосочную фигуру, выросшую поперёк дороги с подозрительно тяжёлым ведром в руках.
– ...Эть! ...Йеть!
– врезались Юлька с Эдиком в Тимохину спину, но, узрев композицию "Девушка с ведром", моментально забыли про погоню.
– Лю...уськин! Рыжая, ты это брось!
– забеспокоились они, выглядывая из-за Тимохиных плеч.
– Сей-час...
– сразу согласилась Люда и начала раскачивать ведро.
– Раз! Два! Три!!!
– Хлобысь!
– и окатила всю троицу холодненькой ключевой водицей.
– Ёть!!! Дура!!!
– рванулись в стороны Эдик с Тимохой, но Юлька замешкалась, и большая часть удовольствия досталась ей.
– ЫЫЫЫЫ...
– натужно втянула она чуть не весь запас воздуха лесной поляны, дала немного "взбродить" внутри... и выдала обратно в удесятерённом количестве: - ИИИИИИИИ!!!
Юлька обтекала, растопырив руки, и визжала так, что у всех позакладывало уши нафиг. А когда капель с ультразвуком пошли на убыль, она опустила на Людку взгляд, которому позавидовала бы и сама Богиня Мести:
– НУ-У-У ВСЁ!
"Рятуймося, бо ми того варт! [прим.
– "спасаемся, бо мы этого стоим"]" - поняла Люда и, с лихим разворотом - аж собственный "хвост" хлястнул по носу - кинулась тикать.
Остановилась она, когда поняла, что за нею никто не гонится. Остановилась, перевела дыхание и огляделась вокруг. Да так и замерла с приоткрытым ртом в попытке то ли вдохнуть, то ли выдохнуть, то ли сказать что-то эпическое. Ибо потомственному обитателю городских закоулков было тут чему удивиться.
Вокруг был лес. Даже больше - Царство Леса, накрытое где-то в вышине пеленою развесистых крон. Среди этих деревьев, наверное, ещё предки прятались от татарских набегов. Огромные стволы-колонны, покрытые надписями, как байкеры татуировками, своей серостью создавали ощущение туманной дымки. Под ними даже не росло ничего крупнее чахлой травки. И только в одном месте...
– Бе-е-едненький...
– невольно вырвалось у Люды, когда её взгляд нашёл единственный тонкий ствол в округе, да и то повреждённый. Деревце, словно в родительских объятиях, притулилось между мощных корней одного из патриархов, но это его не спасло. Стволик был сломан в нижней трети и жиденькая крона бессильно провисла до земли.
– Мммать-перемать...
– не удержалась Люда.
– И каким варьятам [тут - "придуркам"] нечего было делать!
Она подошла и присела рядом на корточки. Попробовала, не удастся ли поднять обратно, подпереть чем-нибудь... Но всё было напрасно. Оно ещё жило, ещё зеленели листья, ещё гладкой была тонкая молодая кора и гибкой древесина в месте скола, но деревце было обречено.
– Бе-е-едненький. Как же ты так...
– погладила его Люда.
Под порывом неслышного внизу ветра грозно загудели далёкие кроны. Возникло явное чувство, что на неё смотрят, причём со всех сторон. Люда непроизвольно огляделась, но сумерки векового леса оставались такими же серыми и пустыми.
– Тьфу ты, напугал!
– шуганула она неизвестного "глядуна" и вернулась к своему нещастику.
– И что ж с тобой делать?
– Словно в ответ стволик доверчиво прикорнул на её ладони и одновременно стих угрожающий гул леса. Теперь налетавший порывами ветер вызывал лишь волны спокойного и какого-то даже ласкового шелеста.
– Забрать бы тебя с собой...
– задумалась Люда.
– Только как?..
"Только как?"
"КАК?"
Не успев понять, чья это мысль бьётся набатным колоколом в её голове, Люда вдруг ощутила, что висит в пространстве - цветном, словно калейдоскоп, струящемся пространстве. И непонятно куда подевался окружающий лес со всей, так и не выученной ею силой притяжения.
ДА ТВОЮ ЖЕ!..
...Чья-то ладонь хляснуло её по щеке... потом по другой, и снова - бамц, бамц! Несильно, но голова обидно замоталась из стороны в сторону. Люда возмущённо встряхнулась и открыла глаза - прямо на неё, чуть не нос к носу, смотрело безумно вытаращенными глазами чьё-то страшное лицо в чёрных разводах.