Чтение онлайн

– Кое-что упустил, - Яссуд обворожительно улыбнулась. – Твой глупый поступок не такой уж и большой конфуз для высшего руководства, зато очень хороший повод напомнить о моём существовании дорогому папочке и попытаться легализовать наш бизнес.

Ты, быстрей всего, просто не обратил внимания: из всего персонала нашей станции только я и витус Потанн потомственные дворяне, все остальные с плебейской косточкой. Знали, кого набирать.

Шансы твоей полной реабилитации довольно высоки. Все эти годы ты исправно трудился. У тебя осталось много незаконченных исследований и недописанных отчётов. Где гарантия, что твой сменщик будет лучше тебя, таким же проницательным и трудолюбивым. Ведь над ним, словно дурное предзнаменование, будет летать твой призрак, твоя несчастная судьба. Вдруг новичок окажется тупым лентяем или мне как мужчина не подойдёт? Как ты понимаешь, без тебя научная работа станции съехала в кювет.

Я поручусь за тебя. Второго шанса помочь ицонгам у тебя не будет.

– Это почему? – недоверчиво спросил Нав.

– Твое преступление очень хорошо продемонстрировало силу твоего ума. Твой план сработал в первую очередь благодаря тому, что ты подстраивался под обстоятельства, долго и терпеливо ждал удобного случая. Большинство преступников сыплется как раз на том, что пытаются переделать обстоятельства под себя. Если бы в тот день у меня не заболел живот, сколько лет ты бы ещё ждал?

– Верно, - невесело улыбнулся Нав. – Если потребовалось бы, хоть пять, хоть десять.

– Скажи, - Яссуд резко сменила тему, - тебя огорчает перспектива стать породистым жеребцом?

– Ничуть. Да и какой из меня породистый жеребец, - Нав развёл руками. – Быстрее, я дикая лошадка.

– Не хотела тебе говорить, но… я проверила тебя – у тебя отличная генетическая карта. Будь ты женщиной, то вполне мог бы оказаться в гареме моего отца. Из тебя получилась бы отличная геноносительница, - Яссуд поднялась с кровати и поправила съехавшую с плеча лямку. – Я знаю точно – амбиции в тебе есть.

Про «Охотничий домки» я уже говорила. После того памятного утра, когда ты хитростью выведал о моём благородном происхождении, - Яссуд особо выделила последнее слово, - ты стал относиться ко мне совсем, совсем по-другому. Смешно, конечно, но ты не можешь нарадоваться тому, что трахаешь дочь самого светлейшего князя. Теперь ты относишься ко мне, как к безумного дорогой игрушке, боишься ненароком разбить или поцарапать. Я права?

Нав смущенно улыбнулся.

– Я точно знаю, ты совсем, совсем не прочь пожить как все нормальные люди. Не трястись над каждым тватом, не отправляться каждое утро на постылую работу с проклятием на устах. Тебе очень хочется посмотреть галактику. Войти в истории, наконец.

– В историю можно войти, а можно вляпаться, - упрямо возразил Нав.

– Многие готовы и вляпаться, лишь бы в историю, лишь бы на века, - усмехнулась Яссуд.

– Яссуд, - натужно просипел Нав. – Ты – дьявол искуситель. Шесть лет я носил этот тяжкий камень в своей душе. Я устал, очень устал торговаться с собственной совестью. Ты бы знала, какое я почувствовал облегчение, когда меня арестовали. Я сделал всё, что в моих силах. Остальное – в руках Создателя.

Но вот явилась ты и начала искушать меня. Ты хочешь взвалить на меня ещё большую моральную глыбу. Но уже на всю оставшуюся жизнь, без малейшей надежды на реабилитацию.

Нав тяжело перевёл дух. Эмоции всегда требуют массу сил. Но… Яссуд не рассердилась, не закатила истерику, она даже не стала топать ногами или размахивать руками. Вместо этого она громогласно расхохоталась.

– Ты чего? – подозрительно произнёс Нав.

– Нав, ты дурак, - Яссуд смахнула слезинку. – Ты гениальный учёный, но, как и все гениальные учёные, в чём-то наивней годовалого младенца.

– Продолжай, - пришибленно произнёс Нав.

Яссуд чертовски умна. Может быть не так часто и не всегда, но она умеет проникать в суть вещей.

– Твой гениальный ум так и не смог связать между собой несколько очевидных фактов.

Во-первых: - Яссуд загнула пальчик. – Лефон, как резервная столица государства Вицон, рассчитана на проживание пяти сотен тысяч ицонгов в течении двух - трёх сотен лет. Гениальность аборигенов в том и заключается, что две трети из этих сотен живут за пределами Лефон.

Во-вторых: сколько бы не осталось топлива для ядерных реакторов, они продолжают исправно работать вторую сотню лет и по-прежнему выдают заложенные по проекту мегаватты электричества.

И в-третьих: кибершпионы собирали не только информацию, а ещё биологические образцы.

Нав так и замер на стуле. Биологические образцы, это же… слюна, кровь, пот и прочие выделения тела. Чёрт побери, Яссуд права: очевидные факты прошли через сознание каждый по отдельности, но так и не связались между собой в логическую цепочку исходных условий и конечного вывода. Неужели…

– Вижу, - Яссуд самодовольно улыбнулась, - догоняешь, к чему я клоню. Впрочем, тебе простительно: ты не генетик, не биолог и даже не врач. А я илая, знаешь ли. Окружающая среда, которую ицонги доблестно загадили, убивает их! – резко, как будто выстрелила, заявила Яссуд.

Даже если они успешно построят электроводородный генератор и запустят его в массовое производство, водородная энергетика не спасёт их. С каждым новым поколением, с каждым новым годом, ицонги сами, своими собственными руками, пускают под нож всё больше и больше новорождённых младенцев – вот она главная причина стабильного снижения численности населения.

Ицонги вырождаются, гниют изнутри, мутируют. Их генофонд потерял устойчивость и пустился в пляс. Ещё двадцать лет назад они убивали всех без исключения мутантов. Теперь же количество ицонгов в масках уже перевалило за двадцать пять процентов, и это только начало.

У них куча электричества. По-крупному счёту, электроводородные генераторы им совершенно ни к чему. У них нет самого главного – здорового потомства. Лет через пятнадцать, а то всего через десять, ицонги пройдут точку невозврата, когда у них родится последний относительно здоровый младенец с полноценным разумом.

Как просто и как очевидно. Нав аж замычал от гнева и бессилия. Столько надежд, страхов, трудов и всё впустую.

– Ицонги вымрут, и никто не в силах спаси их, - Яссуд присела рядом на кровать. – Единственное, что в твоих силах, Нав, это сохранить о них добрую память. Пусть люди запомнят их не как глупцов, которые уничтожили сами себя в ядерном безумии, а как талантливых художников и скульпторов. Давай вместе сделаем это.