Чтение онлайн

— Добро пожаловать во взрослую жизнь, — сказал Максим. — Тебя ждет в ней много веселого и удивительного. Поздравляю с боевым крещением. Уже нет желания быть официантом? Завтра на работу не идешь?

— Пойду, конечно. Куда мне деваться. Другие же как-то терпят все это. Придется и мне. Ничего другого пока не придумала. Но буду искать варианты, — сказала Алиса. — Видела, кстати, сегодня хозяйку нашего ресторана. Представляешь, твоя ровесница, не старше тридцати. Такая расфуфыренная цыпочка с варениками вместо губ и силиконовой грудью. Ухоженная; наверное, не вылезает из салонов красоты. Вот кто хорошо устроился! Ее муж, девчонки говорят, один из начальников какой-то госкорпорации. Открыл ей три ресторана. Да и машинка у нее…

Алиса вздохнула.

— Рыжик, не думай ни о чем, ложись спать. Ты устала. Шок, который ты испытала сегодня на работе, скоро пройдет. Завтра все окажется не таким уж плохим.

— Как ты меня назвал? — сказала Алиса.

— Рыжик.

— Это потому, что рыжая?

— Не только. Помнишь лису Алису из «Приключений Буратино»? Алиса, лиса, рыжая лиса, Рыжик. Как-то так. Тебе не нравится?

— Не знаю. Меня так еще не называли. Рыжей — да. Но не Рыжиком. Ладно. Мои уже дрыхнут. Буду и я спать. Завтра мне опять в рабство. Созвонимся.

4.

В понедельник Марго на работу снова не вышла. Вместо нее пришла Варя.

Не появилась на рабочем месте и Анжела, хотя в этот день была ее смена. Причину ее прогула никто не знал. Директор пытался к ней дозвониться, но ее телефон был весь день отключен.

1.

На следующий день Максима разбудили очень рано. На улице только рассвело, когда сигнал домофона известил о приходе Алисы. Похоже, девушка выехала к Максиму на первом же утреннем поезде метро. Максим открыл дверь и, переминаясь с ноги на ногу, дождался, когда девушка поднимется на его этаж.

Алиса ворвалась в квартиру, как небольшой ураган. На мгновение замерла, рассматривая Максима.

— Смотрю, ты уже разделся, — сказала она. — Это хорошо. Возвращайся в постель. У меня для тебя есть важное дело. Очень, блин, важное! На работе меня два дня обижали. Меня нужно срочно утешить!

Тусклый свет одинокой лампы предавал потолку и стенам ванной комнаты болезненно желтый оттенок. Грязно-белая кафельная плитка на полу и над ванной, вся в трещинах и разноцветных пятнах. Чуть покосившаяся раковина со сколами эмали. Слегка покачиваются в углу у потолка нити паутины. Рядом с раковиной стоит табурет с двумя телефонами и бутылкой колы. В заполненной водой почти до краев большой чугунной ванне разместились Максим и Алиса.

Волосы девушки растрепаны, похожи на пламя костра, ноги ее покоились на плечах Максима, пятками прижимаясь к его шее.

— … Допивает шестой коктейль, и блюет прямо под стол. Потом один за другим выпивает оставшиеся четыре, бросает три пятитысячные и молча уходит. Представляешь мою реакцию? Я была в шоке, не понимала, что делать. Под столиком настоящий кошмар. На столе куча денег. Нести сдачу? Или звать охрану? Окосевший мужик уползает все дальше, я, обалдевши, смотрю ему вслед. А эти, блин, ржали! Они знали, что так будет! Специально меня отправили его обслуживать. Этот тип заходит к ним регулярно, всегда утром, и каждый раз происходит одно и то же. Они лишь спорят между собой, после какого по счету коктейля его стошнит. И ведь никто меня не предупредил! Сволочи! Интересно им было увидеть мою реакцию!

— Весело у вас там, — сказал Максим, наглаживая Алисе ноги. — У тебя коленки холодные. Может добавить горячей воды?

— Не надо. Будет совсем душно.

— Как скажешь. Во второй день работалось уже легче?

Алиса поморщила носик и изогнула губы, подобно маленькому ребенку, решившему заплакать. Ее руки собирали около груди островок из остатков мыльной пены.

— Я так не считаю. Не мое это все-таки, не мое. Совсем не об этом я мечтала.

— Будешь уходить?

— Пока, нет. Еще не время. Помучаюсь. Она сказала, это хороший старт. Там бывает много разных людей. Можно обзавестись знакомствами, да и деньги очень нужны прямо сейчас. Не знаю пока другого способа их заработать.

— Кто сказал?

— Что? А… Ты ее не знаешь. Родственница, блин. Вот скажи, Максим, а о чем ты мечтаешь? Я о дальнейшей жизни. К чему стремишься? Какова твоя цель? Ведь не хочешь же ты всю жизнь простоять за стойкой?

— Я хочу нормальную семью. И детей. Хотя бы двоих. Чтобы ходить с ними гулять на площадку, в лес за грибами, на рыбалку. Водить их в сад, провожать в школу, делать с ними уроки. Вот какая у меня мечта. А где я при этом буду стоять — за барной стойкой или у какого-нибудь станка, мне без разницы.

— Хорошая мечта. Правильная. Мне за свою даже стыдно стало.

— А ты чего хочешь?

— Денег хочу, — сказала Алиса. — Много. Надоело, блин, нищенствовать. И дом свой хочу где-нибудь в престижном районе, крутую машину. Еще хочу быть независимой и сильной. А вот замуж совсем не хочу. Да и о детях мне думать еще рано. Слушай, Максим, а я тебе нравлюсь?

— Конечно.

— Я вот все думаю, а почему, когда я пришла к тебе в первый раз, ты не пытался ко мне приставать? Я была слишком пьяная? Или ты не хотел изменять этой своей бывшей? Я не заметила ни одного намека с твоей стороны. Ты вел себя так, словно я твоя маленькая сестренка. Как-то, даже обидно было! Это очень сильно снизило самооценку. Мне впервые пришлось самой соблазнять парня. Да что там соблазнять — чуть ли не насильно заставила со мной переспать!

— Прости, Рыжик. Мне тогда казалось, что мы просто друзья.

— Мы и сейчас друзья. Но я девушка, а ты мужчина. То, что мы переспали, не значит, что мы больше не дружим.

— Может ты и права.

— Я права. Секс — это просто секс. Он ни к чему не обязывает. То, что мы вместе спим, не значит, что мы должны пожениться. Или ты считаешь иначе?

— Раньше считал.

— Хочешь сказать, что если ты с кого-то снимал трусики, то был обязан сыграть с ней свадьбу?

— Нет. Я просто не снимал раньше трусики с той, на ком не собирался жениться.

— Даже так? Не знаю, радоваться ли мне или огорчаться. Получается, я у тебя такая первая? Нарушила все твои принципы и традиции? И сколько же у тебя было тех, кого ты согласен был взять в жены?

— Трое.

— У тебя до меня было три женщины? Включая эту твою… бывшую?

— Да.

— И больше ты ни с кем ни-ни?

— Ни с кем.

— Очуметь! И ты говорил, что с каждой спал не больше двух недель? Сколько тебе лет? Двадцать восемь? Сколько раз у тебя был секс до меня?

— Десять раз.