Чтение онлайн

— Вы хотите сказать, что ведьма может получить и второй дар?

— Нет, — сказала Белла. — Второй получить невозможно. Но ты не думал о том, что у той же Арбатской могло быть и две, и три внучки?

— И все они могли бы стать ведьмами?

— Вероятность этого велика.

— Так делают?

— Делали.

— А сейчас?

— Теперь с этим возникли некоторые сложности.

— Какие?

— До сорок первого года тюрьма для ведьм располагалась на Кольском полуострове. Но потом, сам понимаешь, оставлять ее на прежнем месте побоялись. В самом начале войны ее спешно эвакуировали в Якутию. Не было больше всевозможных красивых табличек с именами, ведьм складывали в пронумерованные ящики, фиксируя кого, куда на бумаге, и грузили на корабль. Так и повелось. На склепах ведьм с тех пор ставился лишь номер. Во время войны, особенно в самом конце, когда Красная Армия победно шагала по Европе, тюрьма значительно пополнилась немецкими, польскими и прочими ведьмами. А когда в пятидесятых Европа затребовала своих ведьм обратно, пусть хотя бы просто их дар, вдруг оказалось, что архив тюрьмы пуст. Списки ведьм таинственным образом исчезли.

— Что за списки?

— Раньше не было электронных носителей. Все писали на бумагу и помещали в архив. В том числе и то, под каким номером в хранилище числится та или иная ведьма. Тогда не делали тесты ДНК, и восстановление лиц по форме черепа — тоже. Это сейчас стало проще, и часть ведьм, возможно, уже опознана. Но, думаю, не все. Сомневаюсь, что хотя бы половина.

— И что, без этих списков нельзя заполучить чужой дар?

— Без них не узнать, чей именно дар пытаешься получить.

— Есть разница?

— Конечно, — сказала Белла. — Возьмем, к примеру, ту ведьму, о которой я тебе говорила вчера. Ее линия, все носительницы этого дара, тысячелетиями улучшали свое изделие, получившее название «Когти ведьмы». Нет, эта линия могла и многое другое, но их уникальность заключалась именно в «Когтях». Для того чтобы заполучить этот дар, желающих в одночасье можно найти сотню, если не больше. Но как узнать, в какой из мумий он спрятан? Думаю, даже современные технологии не помогли это определить. А иначе бы по Москве уже ходили новенькие комплекты заговоренных игл.

— Но ведь главное — получить дар, который поможет обрести долголетие.

— Это для тех, кто претендует на дар. А для СК и властей важно не выпустить на свободу кого-нибудь из монстров.

— Каких еще монстров?

— Ты думаешь, среди тех ведьм, что заперты в «Морозной обители», только невинные жертвы? Нет, Максим Иванов. Там есть и такие представительницы нашего рода, при мысли о которых даже у меня мурашки бегут по коже. Несколько тысяч лет назад мы не прятались в норках, как сейчас. Мы правили людьми. Мы были полубогами. В каждом даре есть упоминание о тех временах. И не каждая линия ведьм смирилась с фактом, что те времена прошли. Почитай, какие раньше случались стихийные бедствия, эпидемии. Они возникали не сами по себе. Великие разрушения и миллионы людей, умерших в одночасье, могли бы погрузить человечество в хаос и тьму. И у ведьм появился бы шанс вновь возвыситься.

— О чем это вы?

— Я говорю о тех ведьмах, которые посвятили себя разработке не невинных безделушек, наподобие «Когтей ведьмы», а действительно серьезных ритуалов, способных навредить человечеству. Вся их ненависть к людям сохранена в даре. И она передается новым носителям. Никто не хотел бы, чтобы линии этих ведьм вернулись. Я не стала бы не возражать, если бы их и вовсе уничтожили.

— Ясно. Ну, а причем здесь Алиса?

— Ее бабка имела доступ к архивам тюрьмы. И вполне могла в свое время завладеть этими списками. Из-за чего, по-твоему, ее дом на Арбате в свое время СК разобрала по кирпичику? Думаю, не в поисках денег, как шушукались тогда по всей Москве.

— Но, если эти списки не нашли тогда, откуда они возьмутся у Алисы?

— Думаю, они есть, — сказала Белла. — Если Арбатская приложила руку к их исчезновению, пытаясь скрыть какие-то свои махинации, она не позволила бы им совсем затеряться. Мне кажется, они существуют. Но не на бумаге. Алла могла сохранить их, не боясь потерять, только в одном месте: в своем даре. Служба Контроля, полагаю, считает так же. До полного слияния девчонки с даром, они ее никуда не отпустят. А если и тогда не получат того, что им нужно, могут попытаться и вовсе забрать у нее дар.

— Это как?

— Передать преемнице.

— Вы хотите сказать, что ее могут попытаться убить, чтобы отнять дар?

— А почему нет? Я бы так и сделала, — сказала Белла. — Так что ты можешь выбросить мысли о ней из головы, Максим Иванов. Любишь ты ее или нет — больше не имеет значения. У вас в будущем не может быть ничего общего. Подумай об этом, мальчик. И сделай правильный вывод. А чтобы тебе было легче думать, и ты не отвлекался на всякие глупости, мы повторим вчерашнюю «процедуру». Артур!

Близнецы вошли молча. На лице Первого читалась скука. Второй же смотрел на Максима с явным предвкушением. Его скула опухла, правый глаз казался уже, чем левый.

— Белла обещала, что сегодня будет стриптиз, — сказал Максим. — Я почему-то подумал, что женский. Мужики, только не надо раздеваться! Я не смогу смотреть на то, как вы танцуете. Или вы на самом деле девочки?

3.

Весь день Максим лежал на кровати. Изредка листал «Уголовный кодекс». Но чаще просто смотрел в потолок или дремал.

После вчерашнего второго «общения» с близнецами каждый участок тела, кроме лица и гениталий, посылал в мозг болевые импульсы. Хоть мучители и старались выполнять инструкции, данные Беллой еще позавчера, но Максим сомневался, что у них это получилось. Судя по ощущениям, его кости если и не сломаны, то уж точно покрыты трещинами.

Смартфон отобрали еще в первый день. Артур повертел его в руке, оценивая, и засунул себе в карман. Часы, чудом пережившие близкий контакт с кулаками близнецов, Максим убрал в шкаф с одеждой, спрятав в карман своих брюк. Других часов, как и окна, в комнате не было. О том, сколько сейчас времени, Максим имел очень приблизительное представление. Единственными точками отсчета служили посещения его комнаты Артуром. В последний раз тот приходил, доставляя поднос с обедом. И было это давно. С тех пор Максим успел проголодаться. А значит, вечерняя встреча с Беллой уже скоро, как и очередная «процедура».

Едва Максим успел об этом подумать, как дверь в комнату распахнулась, и вошел Артур. Волосы аккуратно уложены, глаза задорно блестят.

За его широкой спиной маячат фигуры близнецов.

— Белла сегодня не придет, — сказал Артур. — Говорить с тобой ей больше не о чем. Да и не до тебя ей сейчас. Просила лишь уточнить: не поменял ли ты свое решение?

Он положил на прикроватную банкетку два небольших чемоданчика, на одном из которых красовался красный крест.

— Какое решение?