Чтение онлайн

– Что вы имели в виду, говоря о ценности? – поинтересовался Казим.

– Мой агент также сообщает, что ООН направила для их спасения специальное тактическое подразделение.

На секунду Казим ошеломленно замер, но быстро пришел в себя:

– Сюда прибывают специальные войска?

– Вероятно, они уже в пути, поскольку мистеру Питту удалось связаться со своим непосредственным начальником. – Массард вновь глянул в сообщение. – Согласно сведениям моего агента, имя начальника – адмирал Джеймс Сэндекер.

– Что ж, значит, не удалось вас одурачить.

Изящно обставленная комната плавучего дома охлаждалась воздухом кондиционера, и Питт непроизвольно дрожал после паровой бани в трюме. Но больше всего его тревожил холод неизвестности. Его потрясло, что Массард был посвящен во все тонкости их задания. Питт пытался представить, кто же их предал, но сразу на ум ничего даже и не приходило.

– Хорошо, хорошо, хорошо, мы уже не умничаем и не демонстрируем равнодушие, после того как наша тайна раскрыта, не так ли, дружище? – Казим налил себе еще стакан великолепного шампанского Массарда. Затем резко поднял взгляд от бокала. – Где была запланирована точка встречи с силами ООН, мистер Питт?

Питт не стал стараться изобразить человека, страдающего амнезией. Тут был тупик. Совершенно очевидно, что захвату подвергнется аэропорт Гао. Питт не мог подставить Ганна.

Оставалось только попробовать выстрелить с дальним прицелом – в надежде на то, что Казим глуп, как об этом говорит его внешность.

– Это аэропорт Гао. Они прилетают на рассвете. Мы должны были ждать у западного конца посадочной полосы.

Казим короткое мгновение таращился на Питта, а затем вдруг ударил его в лоб стволом «беретты».

– Лжец! – рявкнул он.

Питт быстро наклонил голову и уткнулся лицом в руки.

– Это правда, я клянусь.

– Лжец, – повторил Казим. – Посадочная полоса в Гао тянется с севера на юг. У нее нет западного конца.

Питт сделал долгий бесшумный выдох и очень медленно покачал головой.

– Наверное, мне нет смысла запираться дальше. Рано или поздно вы все равно выбьете это из меня.

– Да, к несчастью для тебя, у меня есть для этого способы.

– Очень хорошо, – сказал Питт. – Адмирал Сэндекер проинструктировал, чтобы после уничтожения яхты мы двинулись на юг от Гао, к широкой, неглубокой ложбине, которая будет примерно в двадцати километрах от города. Вертолет должен прилететь из Нигерии.

– Каков сигнал, что можно безопасно приземляться?

– В сигнале нет нужды. Окружающая местность пустынна. Мне сказали, что вертолет, прежде чем забрать нас, обследует этот район прожекторами.

– В какое, время?

– В четыре часа утра.

Казим посмотрел на него в долгой задумчивости, а затем едко сказал:

– Если ты опять солгал, то глубоко об этом пожалеешь, – Он сунул «беретту» в кобуру и повернулся к Массарду. – Нельзя терять времени. Я должен приготовиться к церемонии встречи.

– Затеб, вы должны бы понять, что от ООН надо держаться подальше. И я настоятельно советую вам не связываться с их тактическим подразделением. После того как они не обнаружат Питта и его приятеля, они просто вернутся обратно в Нигерию. А сбить вертолет и уничтожить всех – это только разворошить осиное гнездо.

– Но они же вторгаются в мою страну!

– Да бросьте, – махнул рукой Массард. – Не ставьте знак равенства между собой и национальной гордостью. Потеря источников финансирования и помощи вашим, будем говорить прямо, гнусным программам не стоит утоления кровавой жажды. Пусть уберутся невредимыми.

Казим криво улыбнулся, а затем сухо и безрадостно рассмеялся.

– Ив, вы лишаете меня главного удовольствия моей жизни.

– А взамен этого кладу вам в карманы миллионы франков.

– Что да, то да, – неохотно согласился Казим.

Массард кивком указал на Питта:

– Кроме того, для ваших забав остаются этот тип и его приятель. Я уверен, они расскажут вам все, что захотите.

– Они заговорят еще до полудня.

– Нисколько не сомневаюсь.

– Спасибо за то, что смягчили их в парилке машинного отделения.

– Не стоит благодарности. – Массард двинулся к боковой двери. – А теперь, если позволите, я должен вернуться к гостям. Я, кажется, слишком надолго покинул их.

– Как пожелаете, – ответил Казим. – Кстати, если вас не затруднит, пусть мистер Питт и его неугомонный друг посидят в вашей парилке подольше. Мне бы хотелось, чтобы оставшийся в них боевой пыл немного остыл, прежде чем я перевезу их в мою штаб-квартиру в Бамако.

– Как вам будет угодно, – согласился Массард. – Я немедленно прикажу, чтобы мои люди вернули мистера Питта в трюм.

– Спасибо вам, Ив, за то, что захватили и передали их мне. Я вам крайне признателен.

Массард склонил голову:

– Рад доставить вам удовольствие.

И прежде чем за Массардом закрылась дверь, Казим уже смотрел на Питта. Черные глаза горели торжествующей яростью. Питт только один раз до этого видел такое злорадство на человеческом лице.

– Счастливо оставаться в душном трюме, мистер Питт. А потом вы будете так страдать, как вам и в кошмарах не снилось.

Если Казим ожидал увидеть, что Питт затрясется от страха, то этого не произошло. Более того, Питт выглядел невероятие спокойным. Его лицо светилось счастьем, как у человека, который только что выиграл джекпот у игрового автомата. Питт радовался про себя, потому что генерал, сам того не желая, способствовал осуществлению плана побега. Ворота слегка приоткрылись, и Питт собирался проскользнуть в шелку.

Слишком взвинченная, чтобы уснуть, Ева первой из дремлющих ученых заметила, что самолет снижается. Хотя пилот вел машину так мягко, насколько это было возможно, Ева ощутила еле заметное снижение мощности двигателей, а когда ее уши внезапно заложило, она поняла, что «Боинг» теряет высоту.

Выглянув в иллюминатор, она увидела только абсолютную тьму. Не было видно ни огонька с пустынной земли. Ее часы показывали, что после полуночи миновало десять минут, и, таким образом, прошло всего лишь коротких полтора часа после того, как они погрузили оставшееся оборудование и экземпляры проб на борт самолета и взлетели над кладбищем под названием Асселар.