Чтение онлайн

– Браво! Браво! – вскричали все присутствующие, на которых манеры Сальватора произвели самое благоприятное впечатление.

– Усаживайтесь на место хозяина, – сказал нотариус, – и позвольте мне наполнить ваш бокал, чтобы выпить за его здоровье.

Сальватор протянул рюмку.

– Это очень справедливо, – сказал он. – Пусть Господь вознаградит его по заслугам!

Поднеся бокал к губам, он смочил их вином.

В этот момент Брезил издал продолжительный вой.

– Ох-ох! Что это с вашим псом? – спросил нотариус.

– Ничего. Так он выражает свое мнение по поводу тостов, – ответил Сальватор.

– Отлично! – сказал врач. – Вот животное, получившее великолепное воспитание. Но, однако, его речь не очень-то весела.

– Мсье, – сказал Сальватор, – хотя наука и не дала еще этому объяснения, но вы ведь знаете о том, что у некоторых животных есть дар предчувствия. Возможно, нашему другу господину Жерару грозят какие-то неожиданные беды.

– Да, – ответил врач, – так говорят. Но мы, разумные люди, всем этим выдумкам не верим.

– Однако, – вмешался садовод-цветовод, – моя бабка…

– Ваша бабка была глупой старухой, друг мой, – сказал врач.

– Простите, – спросил нотариус, – но вы сказали, что господину Жерару может угрожать какая-то опасность?

– Опасность? – спросил землемер. – Да какая же опасность может угрожать честнейшему человеку на земле. Человеку, который всю жизнь следовал только по прямой?

– Человеку, который является самим воплощением патриотизма! – сказал отставной судебный исполнитель.

– Воплощением преданности людям! – добавил врач.

– И даже самопожертвования! – воскликнул нотариус.

– Э! Вы ведь знаете, господа, что несчастье выбирает именно таких людей. Несчастье – это лев из Писания, quaerens quern devoret [19] , оно особенно часто обрушивается на людей добродетельных – вспомните Иова.

– Да чем это занимается ваш пес? – спросил садовод-цветовод, заглянув под стол. – Он портит лужайку.

– Не обращайте на него внимания, – ответил Сальватор. – Мы говорили про господина Жерара и сказали, что…

– Мы сказали, – снова заговорил нотариус, – что страна должна гордиться тем, что породила такого человека.

– Он снизит налоги, – сказал врач.

– Он повысит цены на зерно, – сказал аграрий.

– Он снизит цены на хлеб, – сказал садовод.

– Он ликвидирует национальный долг, – сказал отставной судебный пристав.

– Он проведет реформу Медицинской школы, – сказал врач.

– Он введет во Франции новый кадастр земель, – сказал землемер.

– О! – произнес нотариус, прерывая поток похвал. – Но ваш пес засыпал мои штаны землей!

– Возможно, – сказал Сальватор, – но не будем обращать на него внимания.

– Напротив, давайте обратим на него все наше внимание, – сказал врач, заглянув под стол. – Поскольку пес представляет собой удивительную картину: вывалившийся язык, наполненные кровью глаза, дыбом стоящая шерсть.

– Вполне возможно, – сказал Сальватор. – Но если его не отвлекать от игр, он никого не тронет. Он у меня мономан, – со смехом добавил Сальватор.

– Должен вам заметить, – напыщенно произнес врач, – что слово мономан, происходящее от monos и от mania, что означает, следовательно, единственная идея, может относиться только к человеку, поскольку только человек может иметь идеи, а у собаки только инстинкт. Возможно, очень сильно развитый, но нельзя же ставить его в сравнение с высшей организацией психики человека.

– Что ж, – ответил Сальватор, – объясняйте это, как хотите, называйте это инстинктом или идеей, но Брезил занят своим делом.

– Каким же?

– У него некогда были два молодых хозяина, которых он очень сильно любил: девочка и мальчик. Мальчик был убит, девочка пропала. Но он так настойчиво искал девочку, что нашел ее.

– Она жива?

– Да, жива, цела и здорова. А вот что касается мальчика, то, поскольку тот был убит и где-то зарыт, бедный Брезил постоянно старается найти это самое место и поэтому везде все роет.

– Quaerite et invenietis (Ищи и обрящешь), – произнес нотариус, с удовольствием вставивший эти три слова на латыни.

– Простите, – сказал врач, – но вы рассказываете нам какой-то роман, мсье.

– Скорее историю, – поправил его Сальватор, – и очень ужасную.

– Честное слово, – сказал нотариус, – мы сейчас находимся между переходом к десерту. Именно в это время принято рассказывать всякие истории. Если вы хотите рассказать нам свою историю, мы с удовольствием ее послушаем, дорогой мсье.

– Охотно, – сказал Сальватор.

– Это должно быть очень интересно, – сказал врач.

– Мне тоже так кажется, – просто ответил Сальватор.

– Тихо! Тихо! – раздалось со всех концов стола.

Наступила тишина, во время которой Брезил испустил такой заунывный вой, что в жилах гостей застыла кровь, а садовод, несколькими словами уже показавший, что он не обладал таким критическим складом ума, как врач, не удержался от того, чтобы вскочить и пробормотать:

– Чертова собака!

– Да сядьте же вы! – сказал землемер, потянув его за полы пиджака и насильно усаживая.

Садовод, ворча, сел на место.

– Ну, давайте вашу историю! – сказали гости. – Начинайте свой рассказ!

– Господа, – сказал Сальватор, – мою историю, а скорее драму я назову так: «Честнейший человек Жиро».

– Ну, – сказал отставной судебный пристав, – прямо как честнейший господин Жерар.

Да, действительно, разница всего в двух буквах. Но к первому названию я добавлю подзаголовок. Он будет звучать так: или «Не верьте внешности».