Сальватор
Шрифт:
Как мы помним, Сальватор посоветовал Жюстену, Петрусу, Жану Роберу и Людовику ни в коем случае ни во что не вмешиваться, однако Жюстен, по виду самый невозмутимый из всех, не послушался этого совета.
Расскажем сначала, как они стояли.
Жюстен расположился слева от Сальватора, трое других молодых людей держались позади него.
Вдруг Жюстен услышал в трех шагах от себя душераздирающий крик; детский голос взывал:
— Ко мне, господин Жюстен! На помощь!
Услышав свое имя, Жюстен бросился вперед и заметил Баболена, опрокинутого навзничь; полицейский избивал его ногами.
Быстрым, как мысль, движением Жюстен с силой оттолкнул полицейского и нагнулся, чтобы помочь Баболену подняться. Однако в ту минуту, как он наклонялся, Сальватор увидел, что полицейский занес над его головой дубинку. Он в свою очередь устремился на помощь, выбросив вперед руку, чтобы защитить Жюстена, приняв удар на себя; но, к его величайшему изумлению, дубинка замерла в воздухе и ласковый голос произнес:
— Э-э, здравствуйте, дорогой господин Сальватор! Как я рад вас видеть!
Голос принадлежал г-ну Жакалю.
VIII
АРЕСТ
Господин Жакаль узнал в Жюстене друга Сальватора и возлюбленного Мины; увидев, какая опасность угрожает молодому человеку, он одновременно с Сальватором бросился ему на помощь.
Вот как руки Сальватора и г-на Жакаля встретились.
Однако на этом покровительство г-на Жакаля не кончилось.
Взмахом руки он приказал своим людям не трогать молодых людей и отозвал Сальватора в сторону.
— Дорогой мой господин Сальватор! — проговорил начальник полиции и приподнял очки, чтобы не упустить во время разговора ничего из того, что происходило в толпе. — Дорогой господин Сальватор! Позвольте дать вам хороший совет.
— Говорите, дорогой господин Жакаль.
— Дружеский совет… Вы же знаете, что я вам друг, не так ли?
— Льщу себя надеждой, — отозвался Сальватор.
— Порекомендуйте господину Жюстену и другим лицам, судьба которых вам небезразлична, — глазами он указал на Петруса, Людовика и Жана Робера, — порекомендуйте им удалиться и… последуйте их примеру сами.
— Почему же это, господин Жакаль?! — воскликнул Сальватор.
— Потому что с ними может случиться несчастье.
— Неужели?
— Да, — кивнул г-н Жакаль.
— Мы, стало быть, явимся свидетелями мятежа?
— Очень боюсь, что так. То, что сейчас происходит, об этом свидетельствует. Именно так все мятежи и начинаются.
— Да, начинаются они все одинаково, — заметил Сальватор. — Правда, заканчиваются они, как правило, по-разному.
— Этот кончится хорошо, я ручаюсь, — заверил г-н Жакаль.
— Ну, раз вы ручаетесь!.. — бросил Сальватор.
— У меня нет и тени сомнения на сей счет.
— Дьявольщина!
— Но вы должны понимать, что, несмотря на особое покровительство, которое я готов оказать вашим друзьям, с ними, как я уже сказал, может произойти несчастье. А потому попросите их удалиться.
— Увольте меня от этого, — попросил Сальватор.
— Отчего же?
— Они решили оставаться до конца.
— С какой целью?
— Из любопытства…
— Пф! — фыркнул г-н Жакаль. — Знаете, не так уж это интересно.
— Тем более что, судя по вашим словам, в одном можно быть уверенным: сила останется на стороне закона.
— Что, однако, не помешает вашим друзьям, если они останутся…
— Ну и?..
— Подвергнуться риску…
— Какому риску?
— Черт побери! Какому риску подвергается любой человек во время мятежа? Скажем, получить небольшие ушибы…
— В таком случае, дорогой господин Жакаль, как вы понимаете, не мне их жалеть.
— То есть, как?
— Они получат то, чего заслуживают.
— Что вы хотите этим сказать?
— Они пожелали увидеть мятеж — пусть расплачиваются за свое любопытство.
— Они хотели увидеть мятеж? — переспросил г-н Жакаль?
— Да, — отвечал Сальватор.
— Так они, выходит, знали, что должен был вспыхнуть мятеж? Ваши друзья заранее знали о том, что здесь произойдет?
— Во всех подробностях, дорогой господин Жакаль. Даже самые бывалые моряки не могут предсказать бурю с большей проницательностью, нежели мои друзья почуяли надвигающийся мятеж.
— В самом деле?
— Можете не сомневаться. Признайтесь, дорогой господин Жакаль, только слепец может не понять, что здесь происходит.
— И что же происходит? — спросил г-н Жакаль, водружая очки на нос.
— А вы не знаете?
— Не имею ни малейшего представления.
— Тогда спросите вон у того господина, которого арестовывают на ваших глазах.
— Где? — спросил г-н Жакаль, не поднимая очков: он не хуже Сальватора видел, что происходит. — У какого господина?
— Ах да, верно, у вас такое слабое зрение, что вы, пожалуй, не увидите. Попытайтесь, однако… Смотрите; вон там, в двух шагах от монаха.
— Да, в самом деле, я кажется вижу белое одеяние.
— Ах, клянусь Небом, это же аббат Доминик, друг несчастного Коломбана! — вскричал Сальватор. — А я-то полагал, что он в Бретани, в замке Пангоэлей.
— Он там действительно был и вернулся сегодня утром, — сообщил г-н Жакаль.
— Сегодня утром? Благодарю вас, вы прекрасно осведомлены, господин Жакаль, — с улыбкой сказал Сальватор. — А рядом с ним, видите?..
— Да, черт возьми, там арестовывают какого-то человека, верно, и мне от всей души жаль этого гражданина.
— Так вы не знаете, кто это?