Самодур. Год 2012
Шрифт:
Полностью снарядившись, я наполнил колчан стрелами и надел его, крепко закрепив ремнем. Последнее, что оставалось – это взять лук и надеяться на то, что за эти дни я не утратил навыков стрельбы.
Владимир Монах был публичной личностью, поэтому найти его особого труда не составило. Он – владелец бара «Соль», который находился в микрорайоне «Старая Роща», самом неблагоприятном районе города. Роща расположена на востоке левого берега, напичканном общежитиями, в которых проживают бывшие заключенные, наркоманы, пьяницы и начинающие малолетние преступники.
Я сидел на крыше пятиэтажного здания, которое находилось прямо напротив бара и внимательно наблюдал за обстановкой. Напасть на Монаха здесь равносильно самоубийству. Уверен, что спустя минуту после моего появления из этого бара выбежит минимум двадцать головорезов Монаха, и эти улицы превратятся в настоящий ад. Нужно было быть умнее.
Спустя десять минут у входа в бар остановился черный мерседес, а спустя несколько секунд из клуба в сопровождении трех телохранителей вышел Монах. Он не спеша подошел к своему автомобилю и сел на заднее сиденье, ничего не подозревая, чувствуя себя в полной безопасности. Дверь захлопнулась, и автомобиль тронулся, но терять свою цель из виду я не собирался. Хорошо, что общежития в этом районе находятся довольно близко друг к другу, и для меня не составляло особого труда преследовать передвигающийся автомобиль, перепрыгивая с одной крыши здания на другую.
Мерседес заехал в переулок, в котором уже были два советских автомобиля и пять человек, каждый из которых был вооружен пистолетом Макарова. Очевидно, что это люди Монаха – на покупателей они не особо тянут. Моя цель вышла из машины и с тремя телохранителями пошла в сторону людей, с которыми была назначена встреча, и остановившись перед одним из них, он спросил:
– Что у тебя?
– Возникли проблемы с доставкой… – он не успел продолжить, Монах тут же перебил:
– Я плачу тебе деньги за то, чтобы проблем не было. Вообще не было! – Владимир сказал это с презрением, я почувствовал это по его интонации и взгляду.
– Полиция вышла на склад, поэтому пришлось быстро принимать решение.
– Реши проблему, либо я ее сам решу, причем печальным для тебя образом, – ответил Монах. Развернувшись, он сказал: – у тебя сутки…
Тут я понял, что медлить нельзя. Идеальные время и место для того, чтобы привлечь всех этих подонков к ответственности; если это не может сделать полиция, тогда это сделаю я.
Достаточно осознано я быстро подстрелил двоих телохранителей Монаха в грудь, видимо это произошло рефлекторно. Третий охранник, увидев тела своих коллег, лежащие на земле, начал нервничать и достал свой пистолет, пытаясь что-то разглядеть в темноте вокруг себя. Увидев, как его хозяин убежал, он в истерике начал стрелять в разные стороны, пока патроны в пистолете не закончились. Он бездарно тратил свои боеприпасы, не подозревая, что его ждет. Пока он в панике стрелял по сторонам, я успел застать врасплох подонков, которые укрывались за своими жигулями. Это было легче, чем я предполагал.
Разобравшись с ними, я опять переключился на ошарашенную истеричку, которая в панике пытался заменить магазин в пистолете; он даже не подозревал, что я стоял прямо позади него. Я без всяких колебаний пнул его ногой спину; когда он упал на живот, придавил его ногой, и повернулся в сторону Монаха, который уже выезжал вместе со своим трусливым водителем из этого переулка. Быстро достав стрелу из колчана, я выстрелил в пассажирское окно автомобиля, но из-за тонированных окон моя стрела не попала в цель.
– Ну ты и идиот, – тяжело промолвил истеричный мужичок, которого я прижал к асфальту.
Я убрал ногу с его тела и отошел назад, наблюдая, как он повернулся на бок. К тому времени меня уже окружили бойцы в специальной экипировке, напоминающую экипировку ОМОНа, но это точно был не ОМОН – уж слишком незаметно они тут появились.
Услышав голос Леонидовны, я не особо удивился:
– Не совсем же у вас адекватное хобби, Роман, – после этих слов она прошла между двумя бойцами и встала прямо напротив меня.
Она не отдавала приказ меня задержать, просто развернулась и ушла. Я пошел следом, поскольку знал, что у нее есть нужная для меня информация. Леонидовна, не дожидаясь меня, успела подняться на крышу общежития и смотрела в сторону центра города. Поднявшись за ней, наблюдал за довольно спокойной Бакеевой, которая даже не повернулась, когда я появился.
– Двое убитых, пятеро в тяжелом состоянии. Интересно, на что ты надеялся? – спросила начальница Иерархии.
Я и не знал, что ей ответить, встреча с ней явно не входила в мой план, поэтому и не особо следил за тем, что говорю:
– На хороших знакомых! – Ответ ее явно не впечатлил; я понял это после того, как она повернулась в мою сторону, а после начала делать то, что у неё получается делать лучше всего – заговорить собеседника так, чтобы он почувствовал себя виноватым.
– Мы месяцами пытались взять Монаха с поличным, но у нас не было ни улик, ни информации до сегодняшнего дня, – Бакеева начала идти в мою сторону, продолжая вести со мной диалог, – а ваши безрассудные действия в очередной раз подарили преступнику свободу.
Она говорила это с таким пристрастием, что я действительно начал чувствовать себя виноватым, но у меня тоже было что ей сказать:
– Думаешь, что суд в нашей стране сможет упрятать Монаха за решетку? – Леонидовна, долго не раздумывая, ответила:
– Открою тебе тайну: в нашей стране все проблемы решаю только я! – Типичная, а главное, скромная, она продолжала говорить так, словно неделями репетировала эту речь. – Спасти страну от успешно процветающей преступности в наше время уже невозможно. Для этого президент и создал данную организацию, чтобы мы могли контролировать ситуацию и не позволить толстосумам вроде Владимира Монаха полностью разрушить нашу страну.
– И отправлять восемнадцатилетних мальчиков в горячие точки тоже было его идеей?
– После того, что я сделала, ты должен меня благодарить. Ведь благодаря мне ты всё еще на свободе, а не за решёткой. – с упрёком ответила мне Леонидовна и, ухмыляясь, сказала: – Тем более вернулся ты не мальчиком, а это дорого стоит.
– Чего ты хочешь, опять предложить мне работу? Я, кажется, уже говорил, что вакансия убийцы по вызову меня не интересует.
– Штат на данную вакансию у меня уже укомплектован! – заявила Леонидовна. Наблюдая за ночным городом, она продолжила: – Вам интересно, что мне от вас нужно? Я отвечу – вы были правы, в нашей стране никто и ничего не любит решать, если это, разумеется, не деньги и жизнь. Потому никто и не хочет ничего предпринимать, что все боятся потерять свои драгоценные сокровища. Вы же совершенно другой. С такими талантами вы можете много изменить, только вот, поступая безрассудно, вы быстрее угробите себя, чем Монаха.