Чтение онлайн

– Пойдешь встречать? – спросил я.

Купец прослезился:

– Как же не встретить государя-батюшку, весь народ выйдет. Счастье-то какое нам привалило!

Я помнил еще по курсу истории, что прибытие Самозванца было встречено народом с радостью, потому не удивился энтузиазму купца. Сам же участвовать в народном ликовании не рассчитывал. Не нравятся мне народные гуляния!

Рассчитавшись с торговцем, мы с донцом, нагруженные тюфяками и одеялами, вернулись домой. Там уже был полный порядок, оставалось только как-то наладить питание, и можно было наслаждаться жизнью. Наталья с Ваней вполне ладили, девушка относилось к парнишке, как к младшему брату, что меня вполне устраивало.

– Ну что, давайте устраиваться, – предложил я, втаскивая привезенные постели в большую камору. – Кто где будет спать?

Вопрос был без подвоха. Я просто предложил девушке самой выбрать себе комнату.

– Ваня там, – совершенно неожиданно для меня сказала она, указав на меньшую комнатушку, – а мы с тобой здесь.

Ну и что мне оставалось делать?

– Ладно, – безразличным тоном согласился я, – тогда давайте стелиться.

В комнате, которую выбрала Наталья, мебель, как это делалась обычно, была встроенная. При строительстве домов лавки и столы «закладывались в проекте». В нашей большей каморе спальная лавка, вернее будет сказать, полати, были высоко расположены над полом, чтобы зимой было теплее спать. Полати были одни, но такие широкие, что на них легко могли уместиться и три человека.

Пока мы раскладывали тюфяки, я наблюдал за реакцией девушки, по-прежнему не понимая, на что мне стоит рассчитывать. Однако никакого смущения или двусмысленности в ее поведении не заметил. Она держала себя совершенно естественно, смотрела на меня безо всякой нежности, так что я так и не понял, зачем она выбрала меня для совместного проживания.

Будь ее обстоятельства иными, я не стал бы упускать инициативы, и все бы решилось так, как обычно решается в жизни. В нашей ситуации я оказался перед сложной нравственной дилеммой, как далеко можно зайти в отношениях с девушкой, чтобы не показаться насильником.

Когда мы кончили устраиваться, от домохозяина прибежал мальчика и сказал, что баня для нас протоплена. И опять я не знал, как поступить. Поэтому выбрал пассивную позицию, предлагая решать самой Наталье. Местные нравы допускали, чтобы родственники мылись вместе, но мы не были родственниками и были слишком недавно знакомы.

Оказалось, что для нашей дамы и в этом проблемы не было, когда мы подошли к бане, она попросила нас с Ваней подождать, пока разденется, после чего высунула голову в дверь и сказала, что готова. Мы вошли, и я понял, что напрасно беспокоился. Здесь была так темно и жарко, что о стеснении можно было забыть. Баня топилась по-черному, волоковое окно, в которое выходил дым, было закрыто, так что парились и мылись мы, можно сказать, наощупь.

Когда я понял, что больше терпеть пытку запредельной температурой и обжигающим легкие паром не смогу, выскочил в предбанник. Здесь стояла бочка с холодной водой, и мне пришлось засунуть в нее голову, чтобы немного придти в себя. Когда же я «вынырнул», то оказалось, что своей очереди за моей спиной ждет Наташа!

– Пусти скорей! – закричала она и, в свою очередь, по плечи, погрузилась в прохладную колодезную воду.

В предбаннике было достаточно света, чтобы разглядеть, кто стоит возле бочки в рискованной позе, изогнув гибкую спину с тонкой талией и выпяченной круглой попкой. Само собой, мне стало стыдно подглядывать, и я тотчас отвернулся, чтобы, упаси Боже, случайно не узреть девичьи прелести!

Ну, может быть, это было и не совсем так, может, и не отвернулся, а напротив, вытаращил глаза. В любом случае, найдите такого дурака, который в такой ситуации отвернется, и я, может быть, последую его примеру. В тот же раз, пока девушка не вынырнула из бочки, я как завороженный стоял на месте. Естественно, только для того, чтобы не напугать ее неловким движением.

– Ну и жар! – сказала Наташа, улыбаясь и стирая ладонями с лица воду. – Давно так хорошо не парилась!

– Ага, я тоже, – в тон ей ответил я, незаметно прикрывая ладонями то, что могло бы ее смутить.

– Ты еще пойдешь? – спросила она, возвращаясь в парную.

– Нет уж, как-нибудь в другой раз, – сказал я в закрывающуюся дверь.

Сначала мне нужно было остудить свои страсти, что в данной ситуации сделать оказалось очень не просто. Точнее будет сказать, просто невозможно. Потому, чтобы не оказаться застигнутым в таком напряженном состоянии, я спешно прервал водные процедуры, быстро оделся и вернулся в избу.

Наталья с Ваней вернулись спустя полчаса, в течение которых я не находил себе места. Они вели себя, как расшалившиеся дети: толкались, хохотали и хвастались, кто из них лучше умеет париться. Кажется, мой оруженосец был в полном восторге от новой подружки и с неохотой отправился в свою комнату.

– Почему ты сбежал? – смеясь, спросила девушка, развешивая выстиранную рубаху. – Не умеешь париться?

– Да нет, просто больше не захотел, – невнятно ответил я, мучительно соображая, в чем она собирается спать. Другой одежды, кроме сарафана и рубахи, у нее не было.

– Нужно было оставить исподнее, я бы постирала, – сказала она.

– У меня больше ничего нет.

– Ну и что? Поспал бы так!

Я уже просто не знал, что думать. Очень часто мы совершаем поступки, руководствуясь исключительно собственными представлениями о реальности. Когда же оказывается, что Такое поведение совершенно неожиданно для окружающих, бывает трудно объяснить им свою мотивацию. Потому я старался понять, что Наташа от меня ждет, и не поставить ее в положение выбора, отказав мне в нежности, расстаться со своим единственным защитником или вынуждено подчиниться его произволу.

– Ничего, я недавно менял белье, постираю завтра, – сказал я. – Нужно будет купить сменную одежду...

– Ладно, давай ложиться, – предложила она. – Гаси свечу, я буду раздеваться.

Я задул свечку. То, как она сказала «раздеваться», прозвучало безо всякого второго смысла. Просто человек хочет раздеться, чтобы лечь спать. Спать и ничего более. Я уже подумал, правильно ли понял ее слова, подтверждающие сексуальный опыт. Слишком непосредственной и наивной казалась девушка.

– Ну, что же ты не ложишься? – спросила она, кончив шуршать сарафаном и скрипеть полатями.

– Ложусь, – придушено ответил я, быстро разделся и лег с самого края.

Наша камора была без окон, так что без свечи рассмотреть что-либо здесь было невозможно. Я и не пытался, был заведен так, что было не до разглядываний интерьеров.

– Тебе удобно? – заботливо спросила девушка, ворочаясь на своей половине постели.

– Да, а тебе?

– Мне холодно, можно, я о тебя погреюсь?

– Наташа, – сказал я, поворачиваясь к ней, – ты уже большая девочка и должна понимать, чем все это кончится!