Самозванец
Шрифт:
Заверив возницу, что с ним все в порядке, Далтон направился к стоянке наемных экипажей. Отныне для своей работы он будет брать экипаж. Его ежедневные прогулки становятся смертельно опасными.
Утренний солнечный светлился потоком в кабинет Освальда Траппа, превращая пылинки в золотые искорки. У Клары слезились глаза, когда она смотрела на неподдающийся сейф Освальда.
Она сдула прядь волос, упавшую на глаза, и наклонилась, чтобы вновь попытаться открыть замок. Как там объяснял ей Монти: нужно держать верхнюю отмычку неподвижно и поворачивать нижнюю или наоборот? Может быть, сейф Уодзуэрта устроен не так, как сейф Траппа? Или она просто не может с ним справиться? Как хорошо, что она решила сначала попрактиковаться на сейфе Освальда!
Клара еще раз повертела свои новые самодельные отмычки в замочной скважине, но ничего не получилось. Она вздохнула. Что ей нужно, так это набор настоящих отмычек. Шляпная булавка и половинка старых ножниц никак не предназначались для вскрытия сейфов.
Несколько изменив подход, она начала снова, ругая себя за упрямство. Это была ужасная идея. Она просто теряет голову. В сейфе Уодзуэрта не осталось ничего интересного.
Но Монти скоро вернет документы, и среди них может оказаться тот, который позволит ей нанести настоящий удар. Она месяцами прочесывала письменный стол Уодзуэрта, надеясь, что этот человек случайно оставит что-нибудь интересное, но забраться к нему в сейф она даже и не мечтала.
Не говоря уже о том, что это будет вполне подходящий повод, чтобы снова увидеться с Монти.
«Замолчи, – одернула она тоненький голосок внутри. – Ты понятия не имеешь, о чем говоришь».
«Монти. Ты помнишь его в таинственной маске, с плутоватой усмешкой, помнишь, как в темноте он стоял так близко, что это заставляло тебя поджимать пальцы на ногах?»
Клара вздохнула:
– Ох этот Монти!
Она становится такой же глупой, как Беатрис, черт возьми! Не может выбросить из головы мысли о мужчине.
Более того – о грабителе.
Клара закусила губу и заставила себя сосредоточиться на замке. Сейчас не время думать о тепле его рук, сжимавших ее пальцы, или о том, что она чувствовала, когда он почти обнял ее, показывая, как пользоваться отмычками. Или о прикосновении его слегка жестковатых кончиков пальцев к ее губам и о том, как откликалось ее тело, как от возникшего желания тепло разлилось между ее…
Замок поддался, что-то щелкнуло, и дверца сейфа раскрылась. У нее получилось!
Пальцы Клары покалывало от любопытства, но с безжалостным самообладанием она быстро закрыла дверцу и вновь защелкнула замок своими самодельными отмычками. Она здесь не для того, чтобы совать нос в дела Траппа, а ей необходимо попрактиковаться в том, чему научил ее Монти прошлой ночью.
Теперь еще раз.
Но в ее неумелых пальцах отмычки отказывались повиноваться, и, как она ни старалась, ничего не получалось. Как же Монти держал эту отмычку и как он поворачивал эту? Ей следовало быть повнимательнее, но когда его крупное тело прижималось к ее спине, сосредоточиться было почти невозможно. Она чувствовала жар, исходивший от этого человека, он проникал сквозь ткань ее платья, просачивался вовнутрь, согревая чувственным теплом определенные места. Он был крупным, крупнее, чем Бентли. Интересно, соответствует ли его росту размер его…
Замок заскользил. Клара моргнула, когда дверца распахнулась. У нее снова получилось, но она была так погружена в мысли о некоем грабителе в маске и об определенных частях его тела, что не поняла, как она это сделала.
Так! Она улыбнулась и закрыла дверцу, снова заперев замок с помощью отмычек. Потом умышленно сконцентрировалась только на мыслях о тайном желании, чувствовавшемся в прикосновении Монти, когда она, повернувшись в его объятиях, увидела его глаза. Клара пожалела, что не поцеловала его. Надо было поцеловать его, обвить руками его шею, прижаться к нему так близко, чтобы ощутить его выступающий…
Щелк. Клара с трудом оторвалась от мыслей о привлекательном содержимом брюк Монти, потом улыбнулась, когда дверца вновь открылась. Похоже, все, что ей нужно, – это непристойные мысли о ночном незнакомце, и никакой сейф не устоит перед ее отмычками.
Она едва успела закрыть сейф, как услышала, что ручка двери в кабинет поворачивается. Клара быстро встала и расправила юбки. Когда вошла Китти, она сделала вид, будто рассматривает полку с книгами.
– Ах вот вы где, тетушка! Мама сказала, что готова идти за покупками, если хотите.
– Ах да, за покупками!
Черт побери! Она сама виновата. Вчера согласилась на покупку нового платья. Ей действительно необходимо что-нибудь экстравагантное, чтобы поразить сэра Самозванца своей глупостью.
Она улыбнулась Китти:
– Я готова, только возьму шляпку и накину жакет.
Китти робко улыбнулась, словно удивилась, что Клара собирается выполнить свое обещание.
– Замечательно! Я сейчас приведу маму и Битти.
Четверть часа спустя Клара стояла перед входной дверью в дом Траппа, натягивая перчатки. Беатрис все еще уговаривала двойняшек пойти по магазинам.
Клара вышла из дома, чтобы хоть немного отдохнуть от гвалта, к тому же она заметила, что большинство слуг Уодзуэрта вышли из дома помочь с разгрузкой хозяйственной тележки, доставившей продукты.
Нет ничего неприличного в том, что ты ненадолго вышла подышать воздухом, когда твоему соседу что-то привезли, сказала она себе. Среди высыпавших на улицу слуг она заметила Розу и решила знаками дать ей знать, что нынешней ночью хочет снова поменяться с ней местами.
Мистер Уодзуэрт, несомненно, любит хорошо поесть, подумала она, когда разгружали очередную огромную корзину. За ней последовала связка ощипанной птицы и большая деревянная лохань с потрохами.
Запах потрохов донесся до Клары, и она поморщила нос. Гадость. Возможно, сегодня вечером ей вообще не захочется тайком проникать в дом Уодзуэрта, чтобы в очередной раз прислуживать за столом.
Роза взяла лохань у служанки и повернулась к узким ступеням, ведущим с улицы ко входу на кухню. Деревянное блюдо было таким огромным, что хрупкую девушку почти не было видно из-за него, а сама она не могла смотреть под ноги.
Носком ботинка Роза зацепилась за выступающий булыжник и чуть не упала, лохань завертелась у нее в руках. В ожидании худшего Клара зажмурилась, успев заметить, как мокрые внутренности с хлюпаньем выплеснулись на начищенные ступени дома Уодзуэрта.