Чтение онлайн

В конце концов Кэт убедила Триш, что единственное и самое лучшее, что можно сделать в данных обстоятельствах, это избавиться от ребенка. И на следующий день, с утра, пока девушка не передумала, Кэт отвезла ее в частную клинику, где Триш лишилась единственного существа в мире, которое что-то значило для нее.

С тех пор она не беременела. Триш потеряла ребенка, а вместе с ним и любовь Марио. Хотя он продолжал говорить, что любит ее, их отношения изменились. Они потеряли чистоту.

С тех пор уже прошло черт знает сколько проклятых лет. Триш сидела в своем спортивном автомобиле, положив голову на руль. Они с Марио всего лишь любовники. Они тайно встречаются, чтобы заняться сексом, без всяких обязательств. Триш старалась скрыть, что все еще любит его, даже от себя, но все время что-то случалось, и ее глубоко скрытые чувства поднимались со дна души, как будто эта хрупкая и такая короткая детская жизнь навсегда соединила ее с Марио. Любовь, а вместе с ней ревность всегда возвращались. Она будет любить Марио Полидори до самого последнего вздоха. Сегодня, наблюдая за Марио и Одри, Триш снова пережила привычную боль утраты. Горячая, неукротимая ненависть к сопернице разливалась по жилам.

Марио был с Одри. С этой красавицей, которая так похожа на Кэт. И слишком похожа на Ланден.

– Я ухожу, – сказал Джейсон, заглядывая в дверь спальни жены.

– В это время? – Николь сидела в халате и расчесывала волосы. Она смотрела на отражение Джейсона в зеркале и размышляла, как могла когда-то так ошибиться и поверить в его любовь к ней. Она взглянула на часы. – Куда?

– У меня встреча.

– Уже почти полночь, – сказала Николь, с отвращением замечая заискивающие интонации в собственном голосе.

– Я знаю.

Закрыв глаза, Николь попыталась найти в себе силы, чтобы продолжать игру. Наконец она отложила щетку и спокойно сказала:

– Знаешь, Джейсон, я давно должна была бы развестись с тобой, чтобы покончить с этим. Тогда тебе не приходилось бы постоянно лгать.

– Но я не...

Николь протестующе подняла руку.

– Прекрати. Ты, видимо, считаешь меня полной идиоткой.

Когда Николь посмотрела на мужа, он улыбался фальшивой улыбкой, которую она так ненавидела все эти годы. Эта улыбка была предназначена специально для нее.

– Тебя замучили домашние заботы, дорогая? – сказал Джейсон.

От его притворно-ласкового тона Николь затошнило. Насколько они отдалились друг от друга за эти годы. Теперь они так далеки, что им никогда не найти общего языка.

– Нет, меня мучают не домашние заботы и не проблемы с парикмахерской, меня беспокоит твоя новая подруга, – спокойно ответила Николь, несмотря на бившую ее дрожь. Она думала, что разлюбила его много лет назад, но все равно испытывала боль, когда Джейсон обманывал ее. По крайней мере, у него хватило совести, чтобы покраснеть.

– Она звонила сюда. Ким, не так ли? Молоденькая блондинка, у которой ноги растут от ушей, а вместо груди стиральная доска?

Николь нанесла на лицо ночной крем, легко касаясь кончиками пальцев кожи вокруг глаз, чтобы предотвратить ранние морщинки.

– Ты ведь не думал, что я не знаю?

Джейсон слегка надулся, как он делал в суде, когда сталкивался с особенно упрямым свидетелем.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь.

– Прекрати, Джейсон. – Она промокнула излишки крема. – Что бы ты обо мне ни думал, я не дура. И я знаю, что происходит с этой новой Ланден. Ты ведь очень напуган?

Николь отбросила светлые волосы за спину и сняла серьги – грозди бриллиантов и сапфиров, сверкающие в мягком освещении ее туалетного столика. Она сама их выбирала, и Джейсон подарил серьги ей на пятую или шестую годовщину свадьбы.

– Эта Ланден вполне может оказаться твоей сестрой.

– Не думаю.

Иногда, когда боль была не слишком сильной и Николь могла посмотреть на все это со стороны, видеть, как он лжет, было даже забавно. Джейсон врал так мастерски, так виртуозно, с таким изяществом и убежденностью, как будто сам верил в то, что выговаривали его тонкие губы.

– Закари не участвовал бы в этом, если бы это не было серьезно, – сказала Николь. – Нелсон выглядит так, словно заблудился в лабиринте. Триш ужасней, чем обычно, это просто комок нервов. И даже твоя мать, обычно такая отчужденная, неожиданно стала участвовать в жизни семьи. И ты. Ты страшно беспокоишься, – сказала она, убирая драгоценности в бархатный футляр и захлопывая его. – Все очень беспокоятся.

– А ты нет? – Джейсон подошел к Николь сзади и обхватил ее шею руками.

Их глаза встретились в зеркале. Она чуть приподняла подбородок, и Джейсон слегка, почти незаметно, сжал ее горло. Ему нужно было бы всего чуть-чуть нажать, и он задушил бы ее, но Николь не испугалась. Она выразительно посмотрела на небольшую фотографию, прикрепленную в углу зеркала.

Со снимка смотрела их дочь Шелли, смеющаяся, с развевающимися от ветра волосами. Только Шелли связывала ее с мужем. Джейсон посмотрел на фотографию, и его руки расслабились. Он никогда не сделал бы ничего, если это привело бы к потере дочери, которую он любил так же безумно, как когда-то Уитт любил Ланден. Маленькая сорвиголова вертела папой как хотела.

– Ты знаешь, почему я дорожу нашим браком, – сказала Николь мягко, хотя ее слова таили серьезную угрозу. – Развод стал бы трагедией для Шелли.

Самодовольная улыбка Джейсона увяла.

– Дети легко адаптируются к новым условиям.

– Правда? – спросила Николь многозначительно. – А как же ты?

– Со мной все нормально.

– Ты уверен? Я с тобой не согласна. Кроме того, есть еще твои братья и сестра.

Их глаза снова встретились в зеркале.

– Зак всегда приземляется на ноги. А остальные? Кто может знать, какими бы они были.

Джейсон отвернулся от нее и направился к двери.

– Я не допущу публичного скандала, Джейсон. Если твоя подружка собирается купаться в грязи, мы с Шелли не будем принимать в этом участия. Прекрати с ней встречаться или поставь ее на место, мне все равно, что ты предпочитаешь.

Это была не совсем правда. Николь волновало, что другая женщина – молодая женщина – может вскружить ему голову, но она была достаточно умна, чтобы понимать, что Джейсон никогда не будет верным мужем. Ему было необходимо, чтобы его обожали и чтобы им восхищались. Обладание юной красоткой льстило его мужскому самолюбию. Эти мысли ее угнетали, но она сжилась с ними. Она готова была вытерпеть многое ради Шелли. До тех пор, пока его любовницы будут оставаться в тени. Николь еще никогда не переживала так сильно, как сейчас из-за этой Ким. Не так легко быть женой Джейсона Дэнверса.