Чтение онлайн

– Не надо делать этого, Дегтярь, – сказал Паша. – Ты не враг ведь мне, и я тебя не трону. Но ты должен помнить, что я – Барсуков.

– Ты спятил, – сказал с пола Дегтярев. Рот его был разбит, и текла кровь. – Ты ненормальный, Пашка. Псих.

– Я нормальный, – не согласился Паша. – Гораздо нормальнее, чем ты можешь это себе предположить.

Протянул Дегтяреву руку, предлагая помощь, но тот поднялся сам, вышел из склада.

Работы для них с утра не было. Паша, переодевшись в спецовку, сел на лавку, перелистал неспешно газету. Дегтярев был большой охотник до газет, всегда покупал в киоске. В номере ничего интересного не было. Только одной статьей Паша заинтересовался. В ней рассказывалось о каком-то Ектенбаеве. Этот самый Ектенбаев попал под суд, уличили его в финансовых махинациях. Но суд его виновным не признал. Написавший статью журналист от восторга захлебывался, живописуя работу справедливого суда: "Вот-де и до нас дошли нормы цивилизованного права. Если нет против человека улик – значит, не виновен он". "Как будто не знал, не догадывался, в чем все дело. Ектенбаев этот поделился с кем надо – вот и весь секрет. Теперь на свободе гуляет. Где он работает-то? Ага, вот. Ассоциация "Союз". Знакомое вроде название. Или просто встречается часто? Там "Союз", здесь "Союз" – а может оказаться, что все не то".

Скользнул по строчкам взглядом. Под статьей фамилия журналиста стояла – Иванов. Псевдоним, похоже. Перевернув газету, нашел телефон редакции. Дегтярев в склад так и не вернулся. Обиделся, должно быть. Оно и к лучшему сейчас.

– Алло, редакция, – сказали в трубке.

– Мне нужен Иванов.

Паша совсем не рассчитывал на успех, но ему вдруг ответили:

– Вы перезвоните по другому телефону, – и продиктовали номер.

Паша номер телефонный записал, но звонить не стал. Он сейчас был как охотник, который знает, что не следует торопиться. Ни к чему спешка. Он осторожным должен быть. И тогда все у него получится. Как дела у вас, мистер Ектенбаев? Откупились? Все нормально?

Иванову Паша позвонил в пятницу, во второй половине дня. Набрал номер и, когда трубку на том конце провода сняли, произнес голосом мягким и значительным:

– Добрый день. Могу ли я поговорить с Ивановым?

– Это я. – Голос отвечающего звучал устало.

– Я хотел бы встретиться с вами.

– Кто вы?

– Не могу назвать себя. Думаю, причину этого вы поймете.

Паша разговор вел осторожно. Главное было – не спугнуть и одновременно заинтриговать. Иначе Иванов этот на встречу не придет.

– У меня есть материалы кое-какие, связанные с одним человеком, вы знаете его.

– О ком идет речь?

– О Ектенбаеве.

В разговоре возникла пауза. Паша выждал немного, но знал, что должен дальше вытягивать нить разговора, нельзя дать оборваться этой нити.

– И я хотел бы встретиться с вами, чтобы вы помогли мне выйти на Ектенбаева.

– Я не знаю, где он, – сказал быстро Иванов.

Паша понял, что поторопился. Иванов испугался чего-то.

– Жаль, – пробормотал Паша, но в следующий момент стало понятно, что ничего страшного не случилось, потому что Иванов спросил, придав голосу оттенок равнодушия:

– А что это за материалы?

За напускным равнодушием прочитывался интерес.

– Очень интересные бумаги, – сказал Паша, помявшись немного для вида.

И опять пауза возникла. Оба выжидали. Иванов не выдержал первым:

– Я мог бы поискать Ектенбаева.

Это уже хорошо.

– Правда, я не знаю, где он сейчас.

Естественно. Ты был просто обязан эту фразу произнести. Для собственного же спокойствия.

– Но прежде неплохо было бы с документами этими ознакомиться.

Еще как неплохо было бы.

– Документы я только Ектенбаеву могу показать, – сказал Паша. – Слишком они серьезные.

– Нет, – произнес Иванов. – Так ничего не выйдет. Я должен увидеть все своими глазами.

Ектенбаев, похоже, в глубокое подполье ушел.

– Хорошо, – сказал Паша. – Я дам вам один документ, но только один. Вы мне его вернете потом.

– Хорошо! – поспешно согласился Иванов. – Когда мы с вами встретимся? Вы можете ко мне в редакцию подъехать?

– Да вы что?! – ужаснулся Паша почти искренне.

– А как же тогда?

– У вас есть машина?

– Есть.

– Встретимся с вами завтра на шоссе, которое идет на Гороховку. На пятнадцатом километре, возле километрового столба.

– А может, все-таки в городе?

– Нет, – сказал Паша. – Ни в коем случае.

– Хорошо, на шоссе. Во сколько?

– Ждите меня в промежутке между десятью и десятью тридцатью утра. Непременно будьте один.

Паша подумал и повторил:

– Непременно один!

– Хорошо.

– Как вы выглядите?

– Невысокого роста, белая футболка, солнцезащитные очки.

– Я понял. И еще у меня просьба. Не сидите в машине, а стойте рядом с ней – это мне знак будет.

– Знак о чем?

– О том, что все нормально.

Иванов промолчал.

– Вы меня поняли? – спросил Паша.

– Понял, да.

– И – никого рядом.

– Это я тоже понял.

– До завтра, – сказал Паша и повесил трубку на рычаг, не дожидаясь ответа.

Проснулся он рано, но собирался долго и основательно. Побрился и позавтракал, у окна постоял в задумчивости. Положил в сумку нож. Сначала нож завернул в тряпку, но потом решил, что неправильно делает: нож ему понадобится для дела почти сразу же, и некогда будет тряпку разворачивать. Нож из тряпки извлек, положил в сумку просто так, но и тряпку не убрал, тоже в сумке оставил – пригодится, ему ведь надо будет чем-то кровь вытирать.

Часы показывали без десяти девять. У него в запасе был час и десять минут. Вышел неспешно из дома. Петр Семенович увидел его из окна, выглянул, крикнул:

– Ты чего не бегал сегодня, Паша?

– Проспал.

– Суббота, – согласился Семенович. – Рабочий человек имеет право.

По дороге к троллейбусной остановке Паша зашел в галантерейный магазин, купил хороший кожаный ремень. Он знал уже, какой ремень покупать. Такой, как у Охлопкова покойного.

– Там отверстия не очень удачно сделаны, – сказала девушка-продавщица, заворачивая ремень в бумагу. – Он для полных людей. Так что придется вам шилом поработать.