Санта-Барбара
Шрифт:
— Тише, машину развалишь, — бросил Круз. — Лучше подумай, как мы войдем в этот подвал...
— А что тут думать? — воскликнул Мартин. — Войдем, приставим пистолеты к их очумелым от наркотиков головам — и все проблемы!
— Ну, пистолет надо будет спрятать. Там наверняка охрана. Знаешь, посадят парочку у входа и договорятся о каком-нибудь условном знаке. Например, целоваться, когда приближается кто-нибудь посторонний или просто подозрительный...
— А что, если принять вид наркоманов? — предложил Мартин.
Круз искоса посмотрел на него.
— Это с твоей-то красной здоровой рожей? — ехидно спросил он. — Нет, парень, твое предложение не проходит. Если бы ты был бледным, изможденным, руки твои тряслись бы... Чтобы принять вид наркоманов, надо, как минимум, неделю быть этими самыми наркоманами. На что, сам понимаешь, никто из нас не согласится.
— Понятно, — сказал, ничуть не унывая, Гастингсон. — Тогда мы спросим Оскара, как будто его старые знакомые. Вот и все, что тут голову ломать! Пистолеты будут в карманах, машина — за углом...
— А ты ничего, — оценил умственные старания напарника Круз. — Соображаешь. Правда, тут и соображать-то было нечего...
— Ну, ты скажешь тоже - нечего... — обиженно протянул Мартин. — Слушай, — продолжал он, заметно оживляясь, — а почему ты думаешь, что нам повезет и что там вообще кто-то будет?
— Тичелли мне обещал, что, если я сейчас прямо поеду, я застану Оскара Брюса на месте. Он сказал, что они работают по ночам, а днем Оскар сторожит помещение и развлекается с приятелями... Так, напарник, внимание, мы подъедем туда через два перекрестка.
Круз собрался, внимательно глянул перед собой и потом покосился на Мартина.
— Сперва проедем мимо. Постарайся посмотреть внимательно, вот тот серый дом...
Он указал Мартину вперед пальцем, не отрывая руки от руля.
Гастингсон быстро кивнул.
— Я приторможу и проеду на малой скорости. Но так, чтобы они не подумали, что здесь что-то нечисто. Короче, я смогу ехать со скоростью миль двадцать в час, не ниже.
— Правильно, — одобрил Мартин.
— Там всего один подвал, — припомнил Круз. — Рядом с ним — вход в подвал. Посмотри, там должны торчать на улице соглядатаи. Только постарайся не крутить головой, лучше просто скоси глаза.
— Все нормально, Круз, — сказал Мартин и полез во внутренний карман пиджака, но не в тот, где лежало оружие, а с другой стороны. — Вот, ты только посмотри, у меня есть черные очки!
Круз прошипел:
— Хочешь поиграть в шпионов? Фильмов насмотрелся?
— Идиот, я дело говорю! — закричал Гастингсон. — Я их одену, и никто тогда вообще не заметит направление моего взгляда!
— Хорошо, — согласился Круз. — Я понял твою мысль, напарник. Так, а вот и этот дом... Не вертись, не вертись... Смотри, наблюдай...
Кастильо проговорил эти слова почти не разжимая губ. При этом он смотрел прямо перед собой, постаравшись принять отрешенный от окружающего вид. Его интересовала только дорога, и так должен был подумать любой, кто посмотрел бы в эту минуту на Круза.
Рядом на сиденье развалился Мартин в черных очках, которые он небрежно нацепил на нос. Лицо Гастингсона, как и Круза, было обращено вперед, но глаза под очками внимательно ощупывали каждый квадратный дюйм ничем не примечательного на первый взгляд двора.
— Я смотрю, Круз... Смотрю, — бормотал Мартин в ответ на слова Кастильо. — Не волнуйся, все нормально... Так, проехали!
Дом скрылся за поворотом.
Круз Кастильо перевел дух, сбросил скорость и остановился у тротуара.
— Ну, что ты видел? — спросил он у Мартина. Тот снял очки и, заботливо сложив их, сунул в карман пиджака.
— Точно, возле подъезда есть лестница вниз. Она начинается сразу на тротуаре. Также видел край двери.
— А люди? Кого-нибудь видел?
— Какие-то два парня сидели прямо на ступеньках и курили.
— Это они и есть! — уверенно сказал Круз. — Наблюдатели. Мимо них-то нам и надо будет проскочить.
— Проскочим, — ответил Мартин. — Давай, разворачивай автомобиль.
— А может быть, прямо здесь его оставим и обратно пешком пойдем?
Мартин оглянулся.
— Да ты что? Тут несколько кварталов. Хочешь, чтобы я пешком шел?
— Боишься мозоли натереть?
— Ладно, помолчи, напарник. Ты мог, кстати, и раньше затормозить, а если так далеко заехал, значит, просто струхнул.
— Кто это струхнул? — возмутился Круз. — Я?
— Ты, а то кто же!
Мексиканец завел машину, развернулся и, проехав два квартала, остановил автомобиль у самого дома номер семьдесят пять, за углом.
— Выходи, герой, — сказал Кастильо Мартину. — И не вздумай обвинять меня в трусости. Да, кстати, давай-ка запасемся фонариками...
Круз протянул руку под приборный щиток и достал два тонких круглых и продолговатых фонарика. Один из них отдал Мартину, второй взял себе.
Гастингсон включил свой фонарь. Лампочка светила очень мощно.
— Ого! — сказал Мартин. — Таким, пожалуй, можно даже ослепить...
— Можно! — подтвердил Круз. — Во всяком случае, лучше использовать его, чем пистолет!
— Абсолютно согласен с тобой, — кивнул Мартин. — Проверь свой!
Он показал на фонарик, который Круз уже почти спрятал в карман.
— А зачем его проверять? — отмахнулся Кастильо. — Я только вчера проверял. Все в порядке!
— Хорошо, — сказал Мартин. — Если ты так уверен, тогда можешь не проверять.
— Я готов, — подвел итог Мартин. — Ты, по-моему, тоже. Ну что, пойдем?