Чтение онлайн

Коля закрыл лицо руками.

— А как мама приняла новости? — робко спросила я.

— Она оказалась самой крепкой из всех, — вмешался почему-то Рахманов, словно был знаком с моими родителями. — Она ни на секунду не допускала мысли о вашей гибели и не теряла надежды.

— Мы искали тебя до поздней ночи, Элена, — вернулся к рассказу Карлос. — Этот Игор Ветров набросился на Андреса Доброхотова, гневно кричал на него, чуть не избил. Пришлось даже вмешаться и разнимать их. Игор обвинял его в твоем исчезновении.

— Надо отметить, что Андрес и сам считал себя виноватым и все сокрушался, что отпустил тебя одну, — добавила Анхелес.

— Три дня мы искали теперь уже вас обоих, пока инспектор не заявил о бесперспективности поисков, — говорил Карлос. — Игор взял под опеку Людмилу. Она уже не могла здесь больше оставаться. Она была в отчаянии. И они улетели в Москву.

— А Андрес, когда мог, еще несколько дней наведывался в Сантрелью вместе с нами, и мы продолжали прочесывать замок и подземелье, — дополняла Анхелес.

Они помолчали, будто вспоминая, что дальше.

— А потом? — хрипло спросила я.

— А потом? Андрес давно уже заметил, что твои и Колины меловые отметки на стене подземелья обрываются в одном и том же месте, — сказал Карлос.

— Мы еще недоумевали, куда вы могли подеваться в этом ничем не примечательном месте подземного коридора, — откликнулась Анхелес. — И однажды Андрес вспомнил, что последние слова, которые ты крикнула ему, были о чем-то очень красивом. Как будто ты звала его посмотреть на что-то.

— Да, я действительно позвала его, когда увидела световую стрелку, — вспомнила я.

— Вот-вот. Однажды мы все увидели эту стрелку, — подтвердил Карлос. — И долго рассматривали потолок, пытаясь понять, откуда льется свет.

— Мы даже ходили по ней, — подсказала Анхелес.

— И очень рисковали, — пожурил Николай, немного оправившись после рассказа о переживаниях его жены.

— Вероятно, это было не в пятницу, — успокоила его, смеясь, Анхелес.

— Но дольше оставаться в Мадриде и приезжать в Сантрелью мы не могли. Меня вызывали на работу, — произнес Карлос. — У Андреса тоже возникли проблемы. Наши знакомые, мадридские археологи, пообещали по возможности понаблюдать за стрелкой. А мы вернулись в Кадис.

— И все? — поразились мы с Колей.

— А дальше пусть рассказывает Владимир, — заявила Анхелес.

— Только чуть позже, — перебил ее муж, — потому что мы приехали.

Место показалось мне знакомым. А когда дверь распахнулась, нам навстречу с радостными возгласами выбежал Андреас Росалес, археолог-бородач, напомнивший мне вдруг чем-то дона Ордоньо. Марта, его жена, снова встретила нас с милым гостеприимством. Нас уже снова ждали комнаты, как будто всем давно была известна дата нашего возвращения.

Первым делом я попросила разрешения позвонить в Москву. Подошел отец.

— Папа, мы вернулись! — закричала я в трубку.

— И Коля? Леночка, это правда? Вы вернулись из прошлого? — воскликнул отец.

— Да, папочка. Но… откуда ты знаешь?

— Даю маму.

Послышалось шуршание в трубке, и мамин голос, родной, далекий и близкий голос, в котором звучали сдерживаемые слезы, произнес:

— Господи! Детки мои! Я знала, я верила, что вы живы! Леночка! Коленька!

Мама боролась с рыданиями.

— Мам, ну что ты! Все уже позади. Мы здесь. Завтра вылетим домой, — увещевала я, сама борясь со слезами.

— Леночка! — мама собралась с духом. — Я верила, что вы живы. А твой бывший нагнетал обстановку. Он очень переживает. Считает себя виноватым. Говорит, и Колю не нашел и тебя не сберег. Говорит, должен был идти с тобой в паре, а пошел с Людой, не мог ее оставить.

— Конечно, не мог! — подтвердила я.

— Но потом позвонил Владимир Сергеевич, ну, папа твоего студента, и сказал, что ему известно, где вы, и попросил принять его. Он такой милый, обходительный. Он показал нам рукопись. И я тут же ему поверила, — мама всхлипнула. — А Игорек раскричался, обозвал его шарлатаном, играющим на чужом горе. Владимир Сергеевич предлагал ему поехать вместе в Испанию и попробовать найти эту дырку…

— Какую дырку? — не поняла я.

— Эту дырку во времени. Но Игорь заявил, что он еще не сошел с ума, и иметь дело с умалишенными не будет, что-то в этом роде. Конечно, он нас не оставляет, и Люду всячески опекает.

— А Люда как? — поинтересовалась я.

— Все плачет. Она, когда со мной побудет, верит, что все хорошо, а когда с Игорем пообщается, впадает в отчаяние и считает все бредом. Но Владимир Сергеевич все же отправился в Испанию сам и все время держал нас в курсе. Он с вами?

— Да, конечно.

— Ой, да что же я все о себе, — спохватилась мама. — Как вы? Вас не обижали там? Как вы вообще могли там жить?

Я рассмеялась:

— Мам, везде люди живут. А подробнее расскажу по приезде.

Мы попрощались. И трубку взял Николай. Он только приговаривал:

— Мамочка, ну что ты? Мам, ну что ты? Все позади. Буду серьезнее. Да. Обещаю. Мамочка, ну что ты?

Поговорив с мамой, он позвонил Людмиле. Разговор также получился тяжелым. Я впервые видела, как мой брат плакал.

— Боже! Я так соскучился по всем — по Люде, по Саньке! Все это время я гнал от себя воспоминания и мысли о них, чтобы пребывание там не стало невыносимым, — признался Коля.

Наконец, страсти немного улеглись, и хозяева пригласили нас к столу, заявив, что мы совершенно исхудали, находясь в плену у прошлого. За столом я вдруг обнаружила Андрея Доброхотова, моего напарника по поискам Николая. Мы чрезвычайно обрадовались друг другу.

— Андрей, спасибо тебе за все! — пожал ему руку Коля.