Чтение онлайн

Кейдж коснулся ее руки:

— Ты ведь понимаешь, что бы произошло, если бы Рокси с Гэри нас не прервали, так?

— Мы бы могли заняться любовью.

— Мы по-прежнему можем заняться любовью.

— И это неправильно.

— Как ты можешь говорить это, если только что признала, что мы любим друг друга?

— Потому, что это касается еще кое-кого?

— Хола?

— Его ребенка, — мягко ответила она.

Кейдж надолго замолчал, потом проговорил с болью в голосе:

— Это и твой ребенок тоже, твоя плоть и кровь. Я люблю тебя. Я люблю ребенка. Все очень просто.

— Вряд ли это так просто, как тебе кажется. — Она снова положила голову ему на плечо и, помедлив, призналась: — Я хотела заняться с тобой сегодня любовью. Но даже это меня смущает.

— Почему?

— Я не могу сказать честно — тебя ли я хочу или еще одной ночи любви, подобной той, что была у меня с Холом? Это звучит низко и отвратительно, понимаю, но почему-то в том, что касается занятия любовью, я не могу в своем сознании отличить вас друг от друга.

У Кейджа защемило сердце.

— У нас все будет просто невероятно, обещаю. Так, как ты хочешь, чтобы это было. Но добившись тебя однажды, я не допущу, чтобы ты ушла. — Он уже упустил ее однажды ради Хола. И он совсем не собирался терять ее снова. — Но будь уверена, что ты готова к обязательствам прежде, чем займешься со мной любовью.

Она улыбнулась ему, стыдливой, соблазнительной улыбкой, от которой его сердце забилось быстрее. Однако вместо того, чтобы сильнее надавить на педаль газа, он нажал на тормоз и остановил машину на обочине.

— Зачем мы остановились? — слабо спросил Гэри с заднего сиденья.

— Я голоден, — ответил Кейдж.

— Кто может думать о еде в такое время? — возмутилась Рокси.

— А я думаю вовсе не о еде. — Кейдж заключил Дженни в объятия и потянулся к ней губами.

Прошло достаточно много времени, прежде чем «линкольн» вновь тронулся с места.

— Думаю, это было потрясающе романтично, — заметила Дженни, широко зевнув и безуспешно попытавшись прикрыть рот рукой.

— А мне кажется, что мы выглядели как кучка самых отъявленных головорезов со времен Бонни и Клайда, — возразил ей Кейдж. — Если бы я был тем мировым судьей, то забаррикадировал бы дверь.

Они подняли чиновника с постели, и он с великой неохотой согласился провести брачную церемонию. Потом жених и невеста были доставлены в отель, где они должны были провести несколько часов до отъезда в аэропорт. Выпив две чашки кофе в круглосуточной забегаловке и заправив «линкольн» бензином, Кейдж повернул его в сторону дома.

— Мы можем взять комнату в отеле и поспать несколько часов, — предложил он Дженни.

— Нет. Я чувствую себя такой твердой и решительной. Думаю, я скорее предпочту преодолеть всю дистанцию, чем сойду с пути.

Кейдж окинул ее взглядом и улыбнулся. По ряду причин этой ночью ей пришлось выдержать заведомо проигрышную битву со своей прической, и она вынуждена была полностью расстаться со всеми шпильками и заколками. Ее каштановые локоны разметались по плечам в примечательном беспорядке. Новая юбка и блузка были безнадежно помяты. Она выглядела как старлетка в эротических французских мелодрамах в сцене «утро после бурной ночи».

— Забавный вид, да?

— Просто восхитительный. А ну-ка, давай ложись и поспи, — предложил он, похлопав себя по коленям, показывая, куда ей следует положить голову.

— Боюсь, что ты заснешь, если я не поддержу компанию.

— Даже не беспокойся. Кофе поможет мне продержаться. Кроме того, я привык делать подобного рода дикие и безрассудные вещи. — Она состроила ему рожицу, и он рассмеялся. — Давай же, — продолжал настаивать Кейдж.

— Ты уверен?

— Абсолютно.

— Она легла на бок, устраиваясь как можно удобнее, и положила голову ему на колени. Закрыв глаза, она глубоко вздохнула:

— Так хорошо…

Не отводя глаз от дороги, Кейдж развязал пояс на ее блузке и, просунув под нее руку, принялся массировать ей спину. Дженни блаженно вздохнула:

— Ты меня испортишь.

— С превеликим удовольствием. — Ее кожа была гладкой, как атлас. И теплой. Его рука гладила ее спину вверх-вниз, нежно массируя, освобождая ее от накопившегося напряжения и усталости. Ласково касаясь ее, он постепенно продвигался от ребер к центру. Наконец под ее приподнятыми руками он осторожно нащупал мягкую полноту ее груди.

— Кейдж…

— Все хорошо, — успокаивающе прошептал он.

И она действительно почувствовала, что все было хорошо и правильно, и, молчаливо согласившись с его ласками, снова расслабилась.

— А где твой лифчик?

Мне пришлось спрятать его под диванной подушкой, когда ты пошел открывать дверь. — Он хмыкнул, и она улыбнулась, уткнувшись лицом в его обтянутые плотной тканью колени. — Мне так и не удалось надеть его перед нашим отъездом.

— Я рад, — со значением прошептал он, и движения его услужливых рук стали эхом его слов.

— Я тоже.

Кейдж продолжал гладить ее. Он не хотел возбудить ее — скорее успокоить. Сердце его переполнялось любовью от осознания того, что она достигла столь высокой степени доверия к нему, позволяя подобные интимные ласки. Через несколько минут Кейдж догадалась по ее спокойному дыханию, что она уже спала.

Искушение было слишком велико, и он провел пальцем по ее соску. Этого воздушного прикосновения оказалось достаточным, чтобы вызвать ее немедленную реакцию, даже во сне. Она зашевелилась, перемещая свой вес, повернув голову в другую сторону. Наконец она опять устроилась и затихла.

Кейдж сжал губы от удовольствия.

— Дженни, — прошептал он сам себе, не надеясь, что она его услышит, — об одном ты не должна никогда беспокоиться. Пока твоя голова лежит у меня на коленях, я ни за что не смогу уснуть.