Сборник
Шрифт:
В разговор вмешивалась Алистер:
– Он явно чего-то хочет попросить, прежде чем продолжит разговор. Это так, Крошка?
"Да". Миссис Форсайт:
– Он уже пообедал и не курит. Остается одно - он просит нас сохранить тайну.
"Да".
– Отлично. Нет, Алек, ты все-таки молодчина, - сказала Алистер.
– Мама, перестань же хихикать. Я только хотела...
– Ты уже все сказала, дочка. Больших разъяснений мужчинам и не требуется.
– Благодарю вас, мэм, - серьезно сказал Алек, и в глазах его загорелись знакомые искорки. Затем он снова обратился к псу.
– Hу, так кто же ты, Крошка? Суперпес?
"Нет".
– А кто?.. Нет, на это он не ответит. Хорошо, пойдем другим путем. Деббил рассказал правду?
"Да".
– Так!
– все возбужденно переглянулись.
– И где же оно, это.., чудовище? Осталось на Сан-Круа?
– Нет".
– Здесь?
"Да".
– Ты хочешь сказать - в этой комнате, в доме?
"Нет".
– Где-то поблизости?
"Да".
– Как же нам узнать, где оно - не перебирать же все по порядку? задумался Алек.
– Придумала!
– воскликнула миссис Форсайт.
– Судя по рассказу Деббила, эта "субмарина" была немаленькой.
– Совершенно верно, мэм.
– Отлично. Крошка, а его.., это, корабль.., он тоже находится поблизости? "Да". Миссис Форсайт развела руками.
– Теперь все ясно. Поблизости есть только одно место, где может спрятаться махина таких размеров.
– И она торжествующе указала на западную стену дома.
– Река!
– догадалась и Алистер.
– Верно, Крошка?
"Да".
Подтвердив это. Крошка тут же подошел к треугольнику.
– Подожди, - сказал Алек.
– Прости, ради Бога, Крошка. Если можно, еще один вопрос. Вскоре после того, как ты перебрался в Нью-Йорк, случилась эта история с компасами, вдруг указавшими на запад. Это было как-то связано с его кораблем?
"Да".
– Он двигался в воде? "Нет".
– Это уж чистой воды научная фантастика!
– заявила Алистер.
– Алек, в ваших тропиках водится, научная фантастика?
– Встречается, мисс Алистер, но не так, чтобы часто. Однако и я кое-что успел прочесть, и космический корабль вполне заменил мне в детстве Сказки Матушки Гусыни. Правда, я не встречал ничего похожего на наш случай. Во всех читанных мной рассказах космические чудовища прилетали на Землю с единственной целью - убивать и завоевывать. А наш гость, мне кажется, - почему, впрочем, не знаю, - совсем не из той компании. Он излучает какую-то доброту.
– Даже я это ощущаю, - задумчиво произнесла миссис Форсайт.
– Мне все время кажется, что вокруг нас витает какое-то защитное облако. Ты чувствуешь, Алистер?
– И давно, - убежденно ответила дочь. Она бросила долгий взгляд на дога. Непонятно только, почему он.., оно не желает нам показаться. Почему оно общается с нами лишь с моей помощью? И почему именно я?
– Думаю, главное обстоятельство - ваше тесное знакомство с металлургией. А вот почему оно ни разу не показалось, не знаю. Видимо, у него есть веские причины.
Так день за днем по крупице они добывали и передавали чудовищу информацию. Многое еще оставалось тайной, но, как ни странно, необходимости в перекрестных допросах Кротки больше не возникало. В их общении воцарилась, наконец, атмосфера доверия и доброжелательства, и задавать вопросы казалось не только излишне, но и нетактично.
День сменял день, неделя неделю, и в умелых руках Алека стал обретать форму некий чертеж. На вид это была отливка, причем несложная, однако внутри оказались переборки и камера. Судя по всему, в последней должен был находиться графитовый стержень. Никаких других отверстий, кроме того, что служил для ввода стержня, в камере предусмотрено не было; сам же стержень предполагался вращающимся, хотя что должно было приводить его в движение, вызывало жаркие споры.
– К чему здесь переборки?
– вздыхала Алистер, взлохмачивая свои огненные волосы.
– А графит? И при чем здесь вольфрам, скажите на милость?
Алек долго изучал чертеж и вдруг стукнул себя по лбу.
– Кротка! Каков уровень радиации в камере? Там горячо?
"Да".
– Вот в чем дело, - удовлетворенно произнес Алек.
– Вольфрам нужен как защита от излучения. А отливка - для обеспечения надежной изоляции. Переборки превращают прибор в разрезе - в меандр. Видишь на стержне диски между перегородками?
– Да, но отверстие-то единственное... Не понимаю, как мы сможем отлить такое сооружение из вольфрама! Может, для чудовища это плевое дело, но не для нас! Правда, можно подыскать нужный флюс и достичь достаточной мощности, но надеяться на это просто глупо. Никто сейчас не умеет отливать вольфрам.
– И никто не строит космических кораблей. Но ведь должен быть какой-то выход!
– Не при наших возможностях и не с вольфрамом, - отрезала Алистер.
– По Крошке выходит, что это так же просто, как нам зайти в кондитерскую и заказать свадебный торт.
– Интересное сравнение!
– Алек, и ты тоже! Мало мне мамы?
– Однако Алистер улыбнулась, произнеся это.
– Но вернемся к отливке. Мне кажется, ситуация следующая. Наш таинственный друг напоминает радиолюбителя, который отлично разбирается в приемниках, знаком с их устройством и принципами работы. Но у него перегорела лампа, а купить новую негде. Остается одно - сделать новую лампу. По-моему, чудовище именно это я пытается сделать. Правда, Крошка? Твоему другу действительно нужна деталь, принцип действия которой он понимает, а сделать ее сам не может?
"Да".
– И ему просто необходимо достать ее здесь, на Земле? "Да".
– А что за неполадки?
– спросил Алек.
– Не может набрать космической скорости?
Крошка заколебался и в конце концов повернулся к треугольнику.
– Он или не хочет отвечать, или вопрос не по существу, - сказала Алистер.
– Но это не главное. У нас сейчас одна проблема - отливка. Она невозможна. Насколько я знаю, никто на планете нам не поможет. Думаю, что не ошибаюсь. Крошка, это может быть только вольфрам?