Чтение онлайн

– О, вы просто скажите парню у ворот. Там люди ждут возможности выйти в вашу сторону. Всегда кто-нибудь ждет, чтобы куданибудь пойти.

Она вышла со мной. Я переговорил с человеком у ворот, и Нола пожала мне руку. Я встал у маленького стола, Нола тоже. Потом она подошла к какой-то женщине и они вместе пошли в барак. Страж ворот подтолкнул меня к появившейся группе, собиравшейся выходить.

– Север!
– крикнул он. Мне достался маленький толстый человечек с испорченными зубами, который всю дорогу молчал. Мы эскортировали друг друга две трети пути в космопорт, а потом он свернул на фабрику. В одиночестве я испуганно промчался оставшуюся часть пути, чувствуя себя преступником. Я поклялся никогда больше не ходить в этот сумасшедший город.

На следующее утро, едва рассвело, в бронированном автомобиле, с эскортом из шести двухместных патрульных машин прибыл сам мистер Костелло!

Как было здорово вновь увидеть его! Он был таким же, как раньше: большой, красивый и добродушный. Он был не один. Весь угол на заднем сиденье занимала самая красивая блондинка из всех, которые когда-либо лишали меня дара речи. Она почти не говорила, только временами поглядывала на меня и слегка улыбалась, потом смотрела то в окно автомобиля, чуть покусывая нижнюю губу, то на мистера Костелло и совсем не улыбалась.

Мистер Костелло не забыл меня. У него была такая же бутылка красного вина, что и раньше, он предался воспоминаниям, словно был моим дядюшкой. Мы совершили что-то вроде экскурсии. Я рассказал о прошлом вечере, о визите в Центральные Бараки, и он очень радовался. Он был уверен, что мне там понравилось. А я все время прикидывал, нравится мне это или нет.

– Думайте об этом!
– сказал он.- Все человечество - союз одиночек. Вы знаете о принципе кооперации, интендант?

Поскольку я думал слишком уж долго, он сказал:

– Вы знаете. Два человека, работающие вместе, могут произвести больше двух, работающих поодиночке. Верно? А что будет, если тысячи, миллионы работают, спят, едят, думают, дышат вместе?

То, что он говорил, звучало здорово. Мистер Костелло

взглянул через плечо, и его глаза слегка расширились. Он нажал на кнопку, и водитель мягко остановил машину.

– Взять его,- сказал мистер Костелло в микрофон, который был перед ним.

Две патрульные машины помчались по улице и с двух сторон зажали какого-то мужчину. Тот метнулся вправо, потом влево, но патрульные схватили его и сбили с ног.

– Бедняга,- произнес мистер Костелло и нажал на кнопку "Вперед".- Некоторые из них упрямо не желают учиться.

Я решил, что он слишком это переживает. Не знаю, как блондинка. Она просто не смотрела в ту сторону.

– Вы мэр?
– спросил я его.

– Нет-нет,- ответил он.- Я что-то вроде посредника. Немного - то, немного - это. Я могу вывести этот мир из трудного положения.

– Из трудного положения?

– Интендант,- доверительно сказал он,- теперь я гражданин Боринкуина. Эта земля приняла меня, и я ее люблю. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь ей. Цена меня не волнует. Эти люди нашли истину, интендант. Это внушает мне благоговение, делает меня смиренным.

– Я...

– Говори, парень. Я твой друг.

– Я ценю это, мистер Костелло. Да, что я хотел сказать... Я видел Центральные Бараки и все остальное. Это не укладывается в моей голове. Я не знаю, хорошо это или нет.

– Придет время, придет время,- сказал он сильным и мягким голосом.- Никто не должен принуждать людей уверовать в истину, верно? В настоящую истину! Человек должен найти ее сам.

– Да,- согласился я.- Да, наверное, это так и есть. Иногда трудно было ответить ему. Автомобиль остановился между зданиями. Женщина стала еще сдержаннее. Мистер Костелло собственноручно открыл ей дверцу. Она вылезла. Он легонько ударил, по кнопке трайдео.

– Работай хорошенько, Люсиль, хорошенько. Я буду смотреть. Она серьезно посмотрела на него, мимолетно улыбнулась мне, потом к ней подошел какой-то мужчина, и они вошли в здание.

Мы поехали дальше.
– Это самая красивая женщина, какую я видел,- произнес я.
– Вы понравились ей, интендант,- сказал он. Я задумался. Это казалось невероятным.
– Хотели бы вы заполучить ее?
– спросил он.
– О-о-о, еще бы,- протянул я.Но она не захочет.
– Интендант, я обязан вам и хотел бы отплатить.
– Вы ничего не должны мне, мистер Костелло! Мы выпили еще немного вина. Большая машина медленно скользила по дороге в космопорт.

– Мне нужна помощь,- сказал, наконец, мистер Костелло.- Я знаю вас, интендант. Вы как раз тот человек, что-мне нужен. Говорят, вы математический гений.

– Ну, не совсем, мистер Костелло. Только цифры, статистика, переводные таблицы и тому подобное. Я ничего не понимаю в астронавигации или теоретической физике. Но у меня лучшая работа, на какую я мог рассчитывать.

– Нет, не лучшая. Буду откровенен. Сами понимаете, мне не нужно большей власти на Боринкуине, чем я получил. Но люди давят на меня. Они хотят порядка, мира и аккуратности. Они хотят быть такими же красивыми и аккуратными, как один из ваших многочисленных отчетов. Я могу прекрасно организовать их, но, чтобы держать их в руках, нужны такие аккуратные мозги, как у вас. Мне нужна статистика: от дат рождения до дат смерти, я хочу знать их, чтобы вырабатывать политику. Мне нужен учет калорий и рационирование для правильного распределения продовольственных запасов. Я хочу... в общем, вы знаете, чего я хочу. Раз дьявол обнаружен...

– Какой дьявол?

– Трапперы,- мрачно сказал он.

– Они действительно вредят горожанам? Он взглянул на меня, явно шокированный.

– Они уходят из города, проводят целые недели наедине с собой, со своими вредными мыслями. Это блуждающие, дикие клетки в организме человечества. Их нужно уничтожить.

Я не мог не вспомнить о своем товаре.

– А как же торговля мехом? Он посмотрел на меня так, будто я сморозил адскую чушь.
– Мой дорогой интендант,- терпеливо объяснил он,- не поставите же вы прибыль от нескольких шкурок выше бессмертной души народа?

Я никогда не думал об этом с такой точки зрения. Мистер Костелло настойчиво продолжал: - Это только начало, интендант. Боринкуин - только трамплин. Этот великий союз - Человечество - станет известен по всей Вселенной!

Он закрыл глаза. А когда открыл, трубного голоса уже не было, он говорил прежним дружеским тоном.

– Вы и я, мы покажем им, как это сделать, а, парень? Я наклонился вперед, чтоб разглядеть верхушку сверкающей иглы нашего корабля.

– У меня работа, и мне она нравится. Но... мой контракт истекает через четыре месяца.