Чтение онлайн

— Стас! Ты мне душу распотрошил и ковыряешься пальцами. Давай, не будем это обсуждать?

— Давай, не будем, — мирно согласился брат. — С тобой не будем. С Володей побеседую.

— Не надо кулаками размахивать, Стас. Мы сами разберёмся. Я сниму квартиру отдельно и устроюсь на работу, пока Илюшу будут лечить, — нахмурилась я, желая поверить в то, что Володя позволит мне сделать это.

— А ты мне не указывай, ясно? Ешь свой любимый торт. Сказал, поговорю, значит, поговорю. Не хватало ещё, чтобы он пользовался ситуацией и загонял тебя в угол, — пробурчал брат.

«Уже загнал», — подумала я и отмахнулась от этой мысли.

— Лучше расскажи, как дела у тебя, Стас? Хочу отвлечь немного от всего этого…

Я довольно сухо общался с мамой Янины, перебрасываясь фразами лишь по необходимости. Я ждал возвращения Янины, ушедшей с братом. Дождался…

Стас сразу же предложил выйти и покурить. Янина метнула на брата беспокойный взгляд, но тот просто повернулся к ней спиной так, чтобы закрыть свою сестру от меня.

Что ж, братец, твой намёк я понял. Что ещё?

— Когда улетать собираетесь? — сразу перешёл к делу Стас, едва мы оказались на улице.

— Сразу, как только врач посмотрит результаты анализов и даст добро, — спокойно ответил я.

— Угу… Понятно. Янина сказала, что это надолго. Она оставила мне ключи от квартиры, чтобы я приглядывал за ней. Но знаешь, лучше бы я приглядывал за своей сестрёнкой, чем за пустой квартирой. В большом городе много ебанутых на всю голову, готовых загнать в угол и обгрызать по кусочку, смакуя добычу…

Я резко затянулся сигаретным дымом. Янина очень близка с братом. Или просто Стас очень догадливый. Я не думаю, что Янина рассказала брату подробности о нас, но он читает её между строк, словно на его глазах волшебные линзы, позволяющие видеть скрытые и недоступные моему пониманию загадочные символы.

— Большой город — большие проблемы. Для кого-то, кроме меня.

— Ну да, денег у тебя хватает. Я понимаю, что мне ни за что не организовать такое лечение племяннику, какое можешь позволить себе ты, — усмехнулся брат Янины. — Но давай это будет нормальное лечение, а не как в наших больницах, где одно лечат, а другое калечат, идёт?

Я покачал головой.

— Твоё беспокойство мне понятно. Но ты беспокоишься зря…

— Не думаю. Из Янины слов клещами не вытянешь, но мне не нужно слушать её, чтобы понимать.

— Хорошее качество.

— Да. Ты его напрочь лишён, — резко ответил Стас. — Как жена? Дети есть?

— Жена есть. И сын есть, один….

— Не от жены, — уточнил вслух Стас общеизвестный и понятный факт.

Я улыбнулся: моя улыбка больше напоминала оскал, но по-другому у меня сейчас не получалось. Стас видел во мне угрозу и мысленно приготовился атаковать, взяв низкий старт. Я сделал в ответ то же самое.

Наши отношения с Яниной — это черновик с кучей помятых и вырванных с корнем страниц, с перепутанными и усердно зачёркнутыми строчками. Мы пишем его вдвоём, но с разных концов, и неизменно встречаемся где-то посередине.

— Пусть жена и останется женой. Не впутывай мою сестру.

— Она сама неплохо может запутать, — ответил я, понимая, что Стас такой ответ не приемлет. Он его просто не слышит. Янина — неприкосновенна. И точка. И по фиг ему, что эта маленькая девушка, вечная девочка с глазами заплаканной куклы, может убивать словами.

— Какой ты обиженный! — усмехнулся Стас. — Большого мужика запутала девчонка. Самому не смешно от своих слов? Сколько тебе? Скоро сорок стукнет?

— Ещё не скоро, через полтора года…

— Полтора года — это ерунда. Всё равное ты чересчур взрослый, чтобы носиться со своими обидами, как с писаной торбой.

Я докурил сигарету, швырнув её в урну.

— Я тебя услышал, Стас. Я хорошо устрою Янину на новом месте. Ни она, ни сын ни в чём не будут нуждаться. Илья получит самое лучшее лечение, которое только возможно.

Стас мрачно кивнул.

— Не про лечение тоже не забывай. И не стоит попрекать Янину прошлым. Перерасти свои обиды, они смотрятся на тебе нелепо и смехотворно…

Надо же, младше меня, а жизни учит! Но каждое слово Стаса — веское и немного скупое. Приходится проглатывать смысл этих слов и откладывать где-то внутри себя, надеясь, что смысл не смоет моим личным штормом, начинающимся всякий раз, как я оказываюсь наедине с Яниной.

У нас с Яниной сложные недо-отношения. Я загнал её в угол и наблюдаю за ней, как охотник. Мне понятно только одно — не отпущу. В каком бы то ни было качестве, я её не отпущу.

Если всё получится, у меня будет двое детей от неё. И при таком раскладе её не отпущу. Я уже отпустил её однажды. И что хорошего вышло в итоге? Да ничего!

Поэтому сейчас я её не отпущу, даже если она возненавидит меня снова.

Я хочу её в свою жизнь. Навсегда. Но пока не уверен, что она готова перешагнуть все наши обиды и остаться со мной.

Как минимум, Янина будет жить со мной в одном городе, я буду навещать своего старшего сына. Ей придётся с этим жить. Придётся видеть и слышать меня.

Врач дал разрешение на перевозку Ильи. Володя занялся приготовлением к перелёту. Он заблаговременно оговорил все вопросы с авиакомпанией, чтобы получить, в первую очередь, согласие на перелет, а также, чтоб компания успела должным образом подготовить самолет.

Врач, Кирилл Владимирович, передал заключение, где были указаны нужные условия для транспортировки Илюши.

Носилки для Ильи расположили в хвостовой зоне самолёта, отделив ограждением. Так Илюше было бы комфортнее и спокойнее. И другие пассажиры не были обеспокоены. Во время полета с нами находился врач и его помощник, для наблюдения за состоянием Илюши.