Шрифт:
В психиатрической клинике меня встретили как-то странно.
— Ну наконец-то! — выбежал мне навстречу молодой интеллигентный человек в белом халате. — Как бога вас ждём!
— Зачем вызывали? — прямо спросил я.
Он отобрал у меня чемоданчик и распахнул дверь.
— Я вообще противник подобных методов лечения, — возбуждённо говорил он. — Но разве нашему главврачу что-нибудь докажешь! Пошёл на принцип… И вот вам результат: третьи сутки без света.
Из его слов я не понял ничего.
— Что у вас, своего электрика нет? — спросил я. — Зачем аварийку-то вызывать?
— Электрик со вчерашнего дня на больничном, — объяснил доктор, отворяя передо мной очередную дверь. — А вообще он подал заявление по собственному желанию…
Та-ак… В моём воображении возникла сизая похмельная физиономия.
— Запойный, что ли?
— Кто?
— Электрик.
— Что вы!..
Из глубины коридора на нас стремительно надвигалась группа людей в белых халатах. Впереди шёл главврач. Гипнотизёр, наверное. Глаза выпуклые, пронизывающие. Скажет тебе такой: «Спать!» — и заснёшь ведь, никуда не денешься.
— Здравствуйте, здравствуйте, — зарокотал он ещё издали, приветственно протягивая руки, — последняя надежда вы наша…
Его сопровождали два огромных медбрата и женщина с ласковым лицом.
— Что у вас случилось?
— Невозможно, голубчик, работать, — развёл руками главврач. — Света нет.
— По всему зданию?
— Да-да, по всему зданию.
— Понятно, — сказал я. — Где у вас тут распределительный щит?
При этих моих словах люди в белых халатах как-то разочарованно переглянулись. Словно упал я сразу в их глазах. (Потом уже мне рассказали, что местный электрик тоже первым делом бросился к распределительному щиту.)
— Святослав Игоревич, — робко начал встретивший меня доктор. — А может быть, всё-таки…
— Нет, только не это! — оборвал главврач. — Молодой человек — специалист. Он разберётся.
В этот миг стоящий у стены холодильник замурлыкал и затрясся. Удивившись, я подошёл к нему и открыл дверцу. В морозильной камере вспыхнула белая лампочка.
— В чём дело? — спросил я. — Работает же.
— А вы свет включите, — посоветовали мне.
Я захлопнул дверцу и щёлкнул выключателем. Никакого эффекта. Тогда я достал из чемоданчика отвёртку, влез на стул и, свинтив плафон, заменил перегоревшую лампу.
— Всего-то делов, — сказал я. — Ну-ка включите.
К моему удивлению, лампа не зажглась.
В коридор тем временем осторожно стали проникать тихие люди в пижамах.
— Святослав Игоревич, — печально спросил один из них, — а сегодня опять света не будет, да?
— Будет, будет, — нервно сказал главврач. — Вот специалист уже занимается.
Я разобрал выключатель и убедился, что он исправен. Это уже становилось интересным.
Справа бесшумно подобрался человек в пижаме и, склонив голову набок, стал внимательно смотреть, что я делаю.
— Всё равно у вас ничего не получится, — грустно заметил он.
— Это почему же?
Он опасливо покосился на белые халаты и, подсунувшись поближе, прошептал:
— А у нас главврач со Снуровым поссорился…
— Михаил Юрьевич, — сказала ему ласковая врачиха, — не мешали бы вы, а? Видите, человек делом занят. Шли бы лучше поэму обдумывали…
И вдруг я понял, почему они вызвали аварийную и почему увольняется электрик. Главврач ведь ясно сказал, что света нет во всём здании. Ни слова не говоря, я направился к следующему выключателю.
Я обошёл весь этаж, и везде меня ждала одна и та же картина: проводка — исправна, лампочки — исправны, выключатели — исправны, напряжение — есть, света — нет.
Вид у меня, наверное, был тот ещё, потому что ко мне побежали со стаканом и с какими-то пилюлями. Машинально отпихивая стакан, я подумал, что всё в общем-то логично. Раз это сумасшедший дом, то и авария должна быть сумасшедшей. «А коли так, — сама собой продолжилась мысль, — то тут нужен сумасшедший электрик. И он сейчас, кажется, будет. В моём лице».
— Святослав Игоревич! — взмолилась ласковая врачиха. — Да разрешите вы ему! Скоро темнеть начнёт…
Главврач выкатил на неё и без того выпуклые глаза.
— Как вы не понимаете! Это же будет не уступка, а самая настоящая капитуляция! Если мы поддадимся сегодня, то завтра Снурову уже ничего не поможет…
— Посмотрите на молодого человека! — потребовал вдруг интеллигентный доктор. — Посмотрите на него, Святослав Игоревич!
Главврач посмотрел на меня и, по-моему, испугался.
— Так вы предлагаете…
— Позвать Снурова, — решительно сказал интеллигентный доктор. — Другого выхода я не вижу.
Тягостное молчание длилось минуты две.
— Боюсь, что вы правы, — сокрушённо проговорил главврач. Лицо его было очень усталым, и он совсем не походил на гипнотизёра. — Елизавета Петровна, голубушка, пригласите сюда Снурова.
Ласковая врачиха скоро вернулась с маленьким человеком в пижаме. Он вежливо поздоровался с персоналом и направился ко мне. Я слабо пожал протянутую руку.
— Петров, — сказал я. — Электрик.
— Снуров, — сказал он. — Выключатель.
Несомненно, передо мной стоял виновник аварии.
— Ты что сделал с проводкой, выключатель?! — Меня трясло.
Снуров хотел ответить, но им уже завладел Святослав Игоревич.
— Ну вот что, голубчик, — мирно зарокотал он, поправляя пациенту пижамные лацканы. — В чём-то мы были не правы. Вы можете снова включать и выключать свет…
— Не по инструкции? — изумился Снуров.
— Как вам удобнее, так и включайте, — суховато ответил главврач и, массируя виски, удалился по коридору.