Чтение онлайн

— Штраф?!

— Штраф. За оскорбление представителя закона Дальнего Леса. А теперь, именем закона, позовите мне сюда вашего клиента, приезжего пингвина Кинг-Пинга. Для его же безопасности я обязан его пронумеровать и вырвать у него перо, а также …

— Ах-ха-ха! — койот Йот согнулся от хохота. — Позовите ему пингвина! Ой, я не могу!

— Вам смешно? — Только потрясающее самообладание позволило Грифу не клюнуть койота в нос.

— Нет! Мне грустно! Ха-ха-ха! Мне грустно и ужасно обидно! — хохот койота внезапно перешёл в рыдания. — Потому что ваш приезжий пингвин — просто жулик! Он обвёл меня вокруг пальца! Он сделал из меня дурака!

— Каким образом он сделал из вас дурака? — уточнил Гриф.

— Он кормился тут за счёт заведения, утверждая, что забыл пин-код от своей гвин-карты. «Ах, какой я рассеянный, уж простите! Но я скоро вспомню пин-код, со мной такое уже бывало! И тогда я всё оплачу и всех угощу торжественным ужином». Как я мог, с моим зверским жизненным опытом, поддаться обаянию этого скользкого типа? Поверить в эти его сказки про опасную и трудную работу, про акул, которых он уводит от берега? Как я мог специально ради него устроить этот дурацкий ужин в речном стиле? Никому нельзя верить! Никому и никогда нельзя верить! Полюбуйтесь теперь на койота, посмейтесь над ним! Он добыл продукты для речного меню! Он один, абсолютно один обслуживает весь бар, потому что новая официантка не пришла на работу! А Кинг-Пинга нет! Сбежал, не заплатив ни шиша!

— Почему вы уверены, что Кинг-Пинг именно сбежал? — Гриф Стервятник сделал пометку в рабочем блокноте. — Он ведь птица, хоть и несколько грузная и неуклюжая. С ним могла случиться беда. Он мог попасть в лапы Щипача.

— Ах-ха-ха! Туда ему и дорога! Впрочем, он такой скользкий тип, что с ним ничего не случится. Я уверен, он вывернется. Ха-ха-ха!

Гриф окинул хохочущего койота презрительным взглядом. Что за звери работают в этом баре? Никакого уважения ни к себе, ни к другим. И рачки здесь наверняка не первой тухлости, а просто лежалые. Уважающей себя птице делать здесь нечего …

Он направился к выходу, по пути резко наклонился и схватил в клюв лягушку.

— Квак! Как?..

— Всем постам! — мрачно ответил лягушке Гриф. — Передаю по ква-каунту всем постам. В Дальнем Лесу пропала без вести новая птица. Птица пингвин. И Сороку по-прежнему не нашли.

— Я сейчас подойду к Сороке и проверю у неё пульс, — как можно спокойнее сказал Барсук Старший. Он стоял, подняв лапы вверх и стараясь не делать резких движений. — Просто проверю пульс. Не стреляй, Барбара.

— Да на здоровье. — Барбара опустила ружьё. — Я и не собиралась стрелять. Это у меня для самообороны.

Барсук Старший склонился над Сорокой.

— Жива, но пульс слабый … — Он повернулся к Барбаре. — Зачем ты это сделала?

— Зачем я взяла в Охотках ружьё? Я же сказала: для самообороны. Я подумала, мне нужно будет как-то защищаться, если я встречу в лесу маньяка и он …

— Зачем ты сделала это с Сорокой? — мрачно перебил Барсук Старший. — И с воробушком Робертом?

— Я? Что я сделала?

Барсук Старший молча кивнул на Сороку и сделал щипательное движение лапой.

— Да вы что? Вы думаете, это я? Я их ощипала?! Тогда вам и правда пора на пенсию!

— Осторожнее с ружьём, Барбара. Не стоит им так трясти. Оно может выстрелить. Давай-ка ты лучше отдашь его мне.

— С какой стати?

— А с такой, что я уже вызвал подкрепление. Сейчас сюда прибудут сотрудники Полиции Дальнего Леса и охотничьи псы. А ты тут сидишь с украденным ружьём над телом Сороки. Как думаешь, собакам это очень понравится?

— Наверное, не очень, — насторожилась Барбара.

— Совсем не понравится, — кивнул Барсук Старший. — Они тебя даже могут за это загрызть.

— Но вы же их остановите?

— Только если у тебя не будет ружья. Вооружённых преступников они имеют полное право грызть на поражение.

— Но я не преступник! Ладно, берите ружьё!

— Вот так, вот так, теперь отпускай … хорошо … — Барсук Старший осторожно забрал у Барбары ружьё, потом с кряхтением наклонился и подобрал с чёрного пола измазанную в золе лягушку.

— Квак? Как?..

— Всем постам! — произнёс Барсук. — Передаю по ква-каунту всем постам. Срочно пришлите мне подкрепление в Чёрный дом. Всех свободных сотрудников полиции, охотничьих псов и врача. У меня тут ощипанная Сорока и подозреваемый.

— Вы же сказали, что уже вызвали подкрепление! Значит, вы мне соврали! — возмутилась Барбара.

— Почему вас это так удивляет? — Теперь, когда у Барбары не было ружья, Барсук Старший снова галантно перешёл на «вы». — Вы же сами всё время врёте.

— Я не вру!

— Неужели? Тогда расскажите, что вы делали здесь, в Чёрном доме, с ружьём, над телом ощипанной жертвы?

— Я … проходила мимо и зашла сюда из любопытства. Я никогда раньше не видела пустых сгоревших домов. А тут смотрю, стоит именно такой дом. Ого, как романтично, подумала я. Захожу — а тут лежит она. Дохлая сорока.

— Она не дохлая.

— Ну не важно. Неподвижная, посиневшая, как бы дохлая. Ну, я и растерялась. Сижу и думаю: что же мне теперь делать? Трогать дохлых птиц я боюсь. Но и оставить её в таком виде тоже нельзя. А тут — вы. В темноте. Я подумала, что это маньяк, — и наставила на вас ружьё.

— Враньё, — устало сказал Барсук Старший. — Вы слишком много врёте, Барбара. Сначала вы соврали, что ваш отец — первый барсук на Луне. После нашего разговора я проверил в Зверской Энциклопедии Мира. Барсуки никогда не были в космосе. Во время допроса я специально спровоцировал Супермышь,

заговорив о вашем отце. Я хотел убедиться, что прав и что у спецслужб нет никаких тайных данных о полётах барсуков на Луну.

— И убедились, — с горечью сказала Барбара.

— И убедился, — кивнул Барсук Старший. — Дальше. На допросе вы сказали, что заснули под действием крысиного яда и поэтому не видели, кто и как ощипал воробушка Роберта. Я хотел, чтобы Грач Врач взял у вас кровь и проверил на наличие следов яда, но вы отказались.