Чтение онлайн

Их внимание привлек тихий звук. С западного конца дамбы к ним приближался арабский курьер.

— Новые сведения от Аббу! — воскликнул разведчик, как только подъехал к ним. — Почти все кушаны в русле реки. По меньшей мере, восемь тысяч. Вероятно, к этой минуте уже все. Их первые разведчики уже должны были добраться до противоположного берега.

Велисарий почесал подбородок.

— Черт побери! — рявкнул Маврикий. — Чего ты ждешь? Мы не можем позволить этим людям перебраться, полководец! После всех наших потерь у нас самих не более восьми тысяч. После того как они выберутся на сухую землю — на южный берег, — они могут перейти вброд вверх по течению в любом из дюжины мест. Нам придется встретиться с ними на…

— Достаточно, Маврикий. — Хилиарх тут же плотно сжал челюсти. Велисарий почесал подбородок.

Полководец думал, оценивал, рассчитывал, выбирал.

Человек решал.

Появилась хитрая улыбка. Он сказал, очень твердо:

— Пусть кушаны переправляются. Все. — Велисарий повернулся к курьеру:

— Попроси Аббу отправить ракету, когда йетайцы почти полностью переправятся. И скажи старому маньяку, чтобы удостоверился, что он сам вне пределов досягаемости врага. Ты понял? Я хочу, чтобы он был в безопасности!

Араб улыбнулся.

— Он будет в безопасности, полководец. Конечно, придется тащить его за волосы. Но он будет в безопасности.

Мгновение спустя курьер уехал.

Велисарий повернулся назад к Маврикию. Потрепанный в боях ветеран гневно смотрел на него.

— Гляди на это так, — мило сказал Велисарий. — Я только что дал тебе то, что ты ценишь больше всего. Кое-что еще, по поводу чего можно хмуриться.

Теперь Маврикий хмурился яростно.

— О, великолепно, — проворчал Валентин в сторону. — Как раз то, что нам нужно. Восемь тысяч кушанов.

Велисарий проигнорировал и взгляд, и бормотание. Стал опять чесать подбородок, но быстро прекратил. Он принял решение и будет его придерживаться.

Возможно, плохое решение. Оно может в конце оказаться гибельным. Но он подумал о людях, которые любят делать ставки, когда им нечего ставить, кроме чувства юмора. И больше всего он помнил человека с железным лицом. Жесткого человека, который в двух жизнях и в двух будущих принял одно и то же мягкое решение. Решение, которое, как знал Велисарий, этот человек принял бы всегда, в любой жизни и в любом будущем.

Тогда он расслабился. Уверенный не в своем решении, а в своей душе.

— Пусть перебираются, — пробормотал он. — Пусть перебираются.

Он слегка склонил голову набок.

— Василий готов?

— Не дури, — проворчал Маврикий.

Велисарий улыбнулся. Минуту спустя он снова склонил голову набок.

— Все в безопасности? — спросил он.

— Не дури, — проворчал Маврикий.

— Все, кроме нас, — прошипел Валентин. — Остались только мы. Последние сирийцы ушли пять минут назад.

— Тогда пошли и мы, — весело сказал Велисарий.

И он вместе с тремя катафрактами пустил лошадей пешим шагом с дамбы. Из-за темноты они двигались осторожно. Велисарий думал о будущем. Том будущем, которое он спасет от тех, кто считали себя новыми богами.

В то мгновение, когда вспыхнула сигнальная ракета, Линк все понял.

Четверо офицеров, стоящих рядом на платформе командной башни, которая смотрела на реку, просто удивились. Ракета продолжала гореть вспышками по мере того, как опускалась в массу солдат, с трудом перебирающихся через русло Евфрата.

В основном это были йетайцы, тихо ругающиеся, когда пытались вести лошадей в темноте по трясине, состоявшей из маленьких протоков и засасывающих ям. Но там также были пять тысяч регулярных войск малва, включая поезд тележек с ракетами и приписанных к ним кшатриев.

Ракета вспыхнула. Офицеры уставились на нее, удивились.

Но Линк все понял сразу. Понял, что его перехитрили, хотя он и не понял — ни тогда, ни когда-либо в будущем, — каким образом это удалось Велисарию.

Но сущность из будущего не была склонна ругаться и бесполезно обвинять себя. Она понимала только необходимость. Линк даже не стал ждать первого громоподобного звука взрывов, чтобы отдать приказ наемным убийцам.

Заряды взорвались по всей длине дамбы, перекрывающей Евфрат. Почти в замедленном движении суда, наполненные валунами, формировавшие основу дамбы, взлетели в воздух. Звук взрыва оказался сильным, но приглушенным. И практически не было вспышки. Несмотря на многочисленность и силу, заряды лежали глубоко. Даже Линк со своим сверхчеловеческим зрением едва видел происходящее в слабом свете, все еще отбрасываемом сигнальной ракетой.

Офицеры не увидели ничего. Ни тогда, ни когда-либо. Нож первого наемного убийцы вошел в спину первого офицера, отрезая спинной мозг. Долей секунды позже вместе с ним умерли три других офицера. Все еще глядя на сигнальную ракету. Все еще недоумевая.

Линк провалился, но провал останется в тайне. Его репутация необходима для дела малва и дела новых богов, которые создали малва. Вина ляжет на офицеров.

Масса солдат в русле Евфрата — возможно, в целом четырнадцать тысяч — услышали звук и застыли на своих местах. Повернулись, уставились во тьму. Удивились. Ночь была темной, а до дамбы около мили. Они ничего не видели. Но шум казался зловещим.

Затем прилетел первый ветерок, и самые умные из попавших в ловушку солдат поняли. Закричали, стали ругаться, даже били саблями плохо соображающих людей, закрывающих им дорогу, и предприняли отчаянную попытку выбраться на лошадях из русла реки.

Остальные…

Стена воды смела армию малва, как жезл какого-то бога. Невероятное количество тонн бурлящей воды, которая несла огромные валуны, словно щепки. Она летела по старому руслу, билась в берега, сметала новые камни, чтобы забрать их вместе со старыми.

К тому времени, как поток ударил, все обреченные люди в русле поняли. Звук больше не казался далеким громом. Это был воющий банши. Крик Шивы. Победный вопль Кали.

Теперь они все боролись, пытаясь выбраться. Их лошади пришли в панику от ужаса в голосах всадников, а также грома, идущего с севера. Они увязали в глине, путались в камышах и водорослях, падали в ямы, наступали друг на друга.