Чтение онлайн

— Вкуси, — Ледяная Дева вспомнила, что в кармане рюкзака у неё завалялся порционный пакетик из кафе.

— Спасибо. Ой, сладкий! Откуда его берут?

— Дают сии плоды, — Алина нарисовала в блокноте свёклу.

— А в Ниметаре они будут расти? Я печенье очень люблю, которое Юлли приносит, — смущённо призналась Танисса. — Для него этот сахар нужен, правильно?

— Вырастет, но труд великий претворить их в сахар. Мёд взрастить можете более легко, — в блокноте появился рисунок рамочного улья, и землянка принялась объяснять, как разводят пчёл.

* * *

— Сладкое, говорите? Так бекмес[1] же! — на этот раз «наполеонат» был чисто женским, и к нему присоединилась Лейла.

— Точно! Как же мы про арбузы не вспомнили? — обрадованно воскликнула Ната.

— Да просто вы не настолько южане, — улыбнулась таджичка. — Кстати, а в Касаме этой какой климат? Арбузы с дынями будут расти?

— На Худжанд, к сожалению, не тянет, и даже на Астрахань, — прикинула Лариса, уже сопоставившая журнал наблюдений Таниссы с климатическими картами Европы. — Максимум Приазовье, даже чуть севернее.

— То есть примерно Донбасс, как мы исходно и предполагали, — заключила Даша. — Чуть бы южнее! Херсонщина, например.

— Да, тоже Украина[2], но арбузы растут прекрасно, — подтвердила бывавшая в Херсоне Алина. — Лара, а если с Россией сравнить?

— Волгоградская область, — Лариса, немного подумав, выдала ответ. — Ну или север Ростовской. Арбузы там в принципе хорошо растут, но именно что «хорошо», а не «отлично». Абрикосы, кстати, тоже неплохие, — на столе как раз стояла тарелка с курагой.

— Да разве ж у вас абрикосы? — шутливо возмутилась Лейла. — Кислые, только на варенье, но сахара на Тарлаоне пока нет. А такая вот курага не получится.

— Абрикосы — это что? — спросила Леренна, уже успевшая за свои посещения Земли съесть не один арбуз, но курагу видевшая в первый раз.

— Дерево такое, — Даша взяла книгу и нашла нужную иллюстрацию.

— Дерево? Жалко, — тарлаонка с удовольствием отправила в рот очередной сухофрукт. — Когда ещё плоды будут…

— Кстати! — осенило Нату. — Арбузы арбузами, а пчёл разводить Паланиру всё равно придётся. Подсолнух же пчёлы опыляют, как я могла забыть?

— Да, точно, — припомнила и Лариса. — И чечевица гораздо урожайнее, если пчёлы есть.

— На этом лучше пока остановиться, — подвела итог Леренна. — Чечевица, подсолнух, картошка и арбузы, и несколько… ульев, правильно? Сахарная свёкла — может быть, через год-два, и так незнакомых растений многовато. А у них же ещё и хилетль, и ламхины, и кабаны ваши.

— Как они, кстати? — поинтересовалась Ната.

— Растут понемногу! — тарлаонка рассмеялась. — Виктор же забросил Паланиру несколько мешков мелкой картошки, ну и плохую триаму с соломой им впаривают… Правильно «запаривают»? Поняла, спасибо. Навепа только ворчит, что мало ей хозяйства было, так ещё и кабаны, и читать учиться! Хорошо хоть, по-нашему.

— Навепа ладно, а вот Таниссе было бы неплохо научиться читать по-русски, — заметила Алина.

— Знаешь, да, — согласилась Леренна. — Не всё же ей крестьянкой быть! Может быть, появится у нас первая учёная дама? — фея ещё не знала, что Нисталь присматривается к девочке как к будущей княгине нового миретара.

* * *

— Добрый вечер, Таисия! — на этот раз Матевосян, узнав номер, сразу ответил по-русски.

— Добрый вечер, Хачатур Паруйрович! Как Мхитар?

— Непонятный стал! Всё сидит записки свои на компьютере набирает и перечитывает, даже репетитора по русскому попросил, а то пишет с ошибками. Он, пока слепой был, дневник вёл, — пояснил Матевосян. — Говорит: «Мне помогли — и я помогу!» Так это деньги иметь надо, чтобы помогать, а он бизнесменом быть больше не хочет, представляете? Не стал в своём финансовом восстанавливаться.

— Тифлопедагогом[3], что ли, хочет стать? — сообразила Ната.

— Вот-вот, этим самым педагогом. Помогать-то будет, а хорошо кушать не будет! Так что у вас за дело? Я же всё прекрасно понимаю.

— Скажите, у вас нет выхода на человека, который, что называется, «знает всё обо всех»? Ну, к кому с какой просьбой обратиться можно?

— Среди армян? Есть, конечно.

— А вообще в России? Понимаете, если этим вопросом займутся армяне, то будет выглядеть слишком нелогично, сразу лишнее внимание привлечёт.

— Таисия, а вы не хотите сказать мне, в чём вопрос? Я-то всё равно уже знаю, что вы фея. И дальше меня не пойдёт, — добавил Хачатур Паруйрович. — Кстати, вы правильно сделали, что Махо вас в лицо не запомнил.

— Паспорт нужен, — решилась изложить Ната, согласившись с доводами Матевосяна. — Российский, любой регион, лишь бы официально выданный, не фальшивка.

— Именно российский паспорт? Армянский не подойдёт?

— К сожалению, нет, — призналась фея. — Девочку совершенно нереально выдать за армянку.

— Девочку? — удивился Матевосян. — Что за девочка? Надеюсь, ничего криминального, только что в обход официальной процедуры? Я же знаю — Лесная Сестра зла людям не делает.

— Нет, ни она ничего не натворила, ни с ней. Просто у неё никогда не было никаких документов.

— А она сама-то есть? Заметьте, откуда взялась — не спрашиваю. Знаю, бывает иногда такое, что всё детство без документов.

— Есть, могу даже познакомить, — рассмеялась Ната. — И фамилия есть, и имя-отчество, и дата рождения. А место рождения — это уж как получится.

— Знакомить не надо, это лишнее, — Хачатур Паруйрович уже представлял, к кому можно обратиться. — Завтра там же и в то же время, сможете? Нужны ещё данные её родителей, ну и фотографии, конечно.

— А отблагодарить?

— Его? Лучше не деньгами.

— Коллекционер? — поняла Лесная Сестра.

— Ещё какой!.. — протянул Матевосян. — Нумизмат просто фанатичный.

— Не вопрос. Какой страной интересуется?

— Средиземноморье средневековое, желательно века до пятнадцатого. После Колумба, он говорит, неинтересно уже — слишком много золотых монет в Испании начеканили.