Чтение онлайн

Хозяйка принесла металлическую чашу с крестьянским салатом: по обыкновению крупно порезанные помидоры, огурцы, капуста, зеленый салат, все полито оливковым маслом. На отдельных тарелках лежал халлуми, похожий расцветкой на зебру: черные полоски на нем повторяли узор решетки печи, в которой запекался этот сыр. От горячего поджаренного халлуми исходил дурманяще аппетитный запах. Сладковатая «Коммандария» была разлита в обыкновенные стаканы. Настоящий деревенский ужин. Простая, несколько грубая еда, никакого украшательства, непритязательный интерьер, старые клеенки на столах, засушенные прошлым летом тыквы-погремушки, неаккуратно вылепленные свечи в глиняных горшках и длинные тени по стенам от тех свечей, а за окном темень и шум холодного ветра, заплутавшего в безумии, мечущегося среди горных вершин.

Свой стакан с вином Антон отодвинул.

– Вы не будете пить? – спросила Полина.

– Мне нельзя. Я ведь за рулем, а за вашу жизнь я отвечаю головой, – отшутился он.

А вино было хорошее. С каждым глотком в теле добавлялось тепла, как будто хозяйка заведения наконец-то растопила по-настоящему печь. Плясали по стенам тени, завывал за окном ветер, и уже угадывалась какая-то мелодия, она была тягуче-грустной, но грусти не вызывала, под мелодию как-то особенно приятно было сидеть в этой таверне. Наверное, в это же самое время трапезничали и монахи Махераса.

– Такого Кипра я еще не видела, – призналась Полина.

Это не был Кипр, где пляжи, отели, много асфальта, огромные туристские автобусы, банкоматы на улицах и стилизованный сиртаки для разомлевших от жары туристов. Антон понял, что хотела сказать его спутница.

– Такого Кипра не видят девяносто девять процентов тех, кто сюда приезжает.

– Мне их жалко, – сказала Полина.

За первым стаканчиком «Коммандарии» последовал второй. Антон сам предложил его Полине. Ей стало тепло и весело. И халлуми здесь был какой-то особенный, и деревенский салат хорош.

– У меня сегодня удивительный день.

– Почему? – спросил Антон.

– Не знаю, – беспечно пожала плечами Полина. – Просто я чувствую себя счастливой.

Антон улыбался ей, и Полина вдруг обнаружила, что и улыбка у него сегодня особенная. Признаться ему, что ли, в любви? От этой безумной мысли Полина смутилась и опустила глаза. И увидела перстень на своей руке.

– Спасибо.

– За что? – опросил Антон.

– За все, – ответила Полина и посмотрела на него.

Глаза в глаза. Это было уже почти признание. Полина ждала его реакции. Понимал ли он, в какую игру она сейчас играет?

– Ну что вы, я не сделал ничего такого, за что вы могли бы меня благодарить, – ответил Антон.

Полине показалось – ответил почти равнодушно. Не поддался. Это ее раззадорило.

– Вы похожи на принца из сказки, – сказала она тихо, едва слышно, а руку свою положила на столе так, что до ладони Антона оставалось всего чуть-чуть.

Ему надо было только сделать последнее движение.

– Благородный и загадочный, – продолжала искушать его Полина.

Это был детский ход, грубая лесть, и она сознательно провоцировала своего спутника.

– Я могу заказать для вас еще вина? – спросил Антон.

Вина? Для нее? Он, наверное, хочет споить ее сегодня?

– Почему бы и нет? – улыбнулась Полина в ответ многообещающе.

Она играла с ним, но не холодно-расчетливо, а с азартом, это была игра, где сама игра и интересна, а конечный результат лишь маячит где-то впереди, и о нем не задумываются до поры.

Хозяйка принесла «Коммандарию». Оплывали свечи. Тени все водили по стенам свой завораживающий хоровод, музыка звучала в голове у Полины, она смеялась и шутила, и давно уже ей не было так хорошо.

Лишь по завершении этого удивительного ужина, когда они вышли к машине и холодный ветер резко и грубо схватил Полину в свои ледяные объятия, она встрепенулась, будто очнувшись от дремоты, но продолжалось это очень недолго. Сели в машину, Антон включил обогрев, очень скоро снова стало тепло, а дальше уже – дорога, усыпляющая череда виражей, темнота за окнами и легкая баюкающая музыка, льющаяся из динамиков. Полина задремала. По ее лицу блуждала улыбка. Во сне она видела себя маленькой. Там, в детстве, ей было солнечно, тепло и уютно.

Вдруг музыка стихла. Полина открыла глаза. Машина стояла перед ее домом. Оказывается, они уже приехали.

– Может быть, вы подниметесь ко мне? – предложила она. – Я бы угостила вас кофе.

Все еще продолжалась игра, начатая там, в горах, в деревушке под названием Фикарду, где никто не живет, где только ветер гуляет по узким улочкам.

– Спасибо, – сказал Антон. – Если можно, как-нибудь в другой раз.

Один – ноль в его пользу. Ладно, Полина еще отыграется.

– Спасибо вам, – сказала она напоследок. – Спокойной ночи.

Тетя Галя прилетела на Кипр в пятницу. Бодра, весела, в глазах радость от давно ожидаемой и наконец случившейся встречи, и еще – вопрос.

– Как у тебя дела? – тотчас озвучила тот вопрос тетя Галя, никогда ничего не откладывающая в дальний ящик.

– Все тип-топ.

– Вижу, – сразу же поверила тетя Галя. – Как зовут твоего «тип-топа»?

От нее положительно ничего нельзя было скрыть.

– Неужели так заметно? – засмеялась Полина.

– Ты бы видела свои глаза, – ответила тетя Галя. – Там же все написано. Он кто? Киприот? Англичанин? Немец?

– Русский.

– Русский?

– Да уж, конечно, не немецкий.

– Бандит? Бизнесмен? Нелегальный иммигрант?

– Первое и последнее – вряд ли. Бизнесмен – может быть, но не уверена.

– Ты меня озадачила, – призналась тетя Галя. – Никакие другие персонажи мне на Кипре прежде не встречались.