Чтение онлайн

По его знаку я сел в кресло напротив и поспешил закурить. От волнения уронил зажигалку, потом чуть не прикурил фильтр.

Он предложил выпить коньяка, я малодушно согласился.

Валентин Федорович за все годы нашего знакомства совершенно не изменился, будто большую часть времени проводил в криокамере. Все такой же бодрый, поджарый, мышечный, весь искрящийся своей холеной благородно-стью, он, в отличие от меня, вообще не имел вредных привычек, а о правильном питании и здоровом спорте мог говорить — не остановишь. Мимические морщины на его лице были столь незаметны и естественны, свежесть и гладкость его кожи была столь поразительна, что ему никто не давал больше сорока. Добавить к этому его природную обаятельность — хотя его нельзя было назвать красивым человеком, — его манеры, его безупречную чистую улыбку да еще внушающий доверие и уважение бархатный тембр голоса, все глубокомысленные паузы в речи и с особенным чутьем расставленные многозначительные ударения, и вот мы получаем образ Валентина Федоровича, который, разорив меня дочиста, в эту минуту с потрясающей невозмутимостью сидел напротив меня и просто чистил апельсин. Несомненно, такой уникальный человек должен был нравиться всем, поэтому и достиг тех государственных вершин, на которых сейчас находился.

— Чтобы наш разговор сразу вошел в правильное русло, я кое-что тебе покажу. — Валентин Федорович кинул на столик стопку фотографий.

Я рассмотрел снимки. На них в разных ракурсах и с разного расстояния была снята мертвая изуродованная до неузнаваемости женщина, лежащая на проезжей части. Раздавленная голова, выломанная рука, бесформенное тело в изорванной окровавленной одежде, фрагменты вывалившихся внутренностей, лужа крови…

— Кто это? — Я брезгливо кинул фотографии на столик, тут же приложился к коньяку, но глоток встал в горле.

— Это? Я так и думал, что ты не узнаешь. — Валентин Федорович положил в рот дольку апельсина и стал ее посасывать, словно конфету. — Эту женщину сбил автомобиль на пешеходном переходе. Она отлетела на встречную полосу и попала сначала под «Ниву», а потом под пассажирский автобус. Так что мудрено узнать… Видишь, какое несчастье может случиться, если быть недостаточно внимательным на дороге? Документов при ней не было найдено, опознание проводить бесполезно… В общем, ее похоронили за госсчет на муниципальном кладбище… Даю наводку: это случилось в конце февраля.

Страшная догадка пришла мне в голову.

Как-то «мусорщик» Григорий и «железнодорожник» Березкин собрались в Ирак. Раньше они ездили на сафари в Казахстан и на Дальний Восток — нормальное развлечение для новых русских, всего тысяч двадцать с носа, но убивать беззащитных животных — сайгаков или волков, с вертолета из скорострельных винтовок последней тульской разработки им все-таки надоело — слишком просто и никакого личного риска.

— Что плохого в вашей охоте на сайгаков? Ну хотите я с вами поеду? Да, всегда отказывался, но сейчас соглашусь. Только, ради бога, откажитесь от этой бредовой идеи! — уговаривал я приятелей в приват-зале китайско-японского ресторана.

— Ты не понимаешь! — выразительно жестикулировал руками и пальцами Григорий, раскрасневшийся от саке. — Адреналин нужен. Нужен адреналин!

— Да-да! — соглашался с ним Березкин с набитым ртом, ловко управляясь палочками для еды. — Зверь должен быть силен, опасен и уметь огрызаться, только тогда можно получить от охоты истинное удовольствие.

— Ну, ребят, у вас окончательно крышняк съехал! Там же сейчас самая заваруха!

— Не скажи… — Григорий подцепил палочками кусок жареного угря. — Наоборот, сейчас самый сезон. Неделя-две, и америкашки будут уже в Багдаде. Вот тогда поздно будет. Когда еще потом представится такая возможность…

— Да. Точно! — поддержал Березкин. — Афганистан уже просрали, пока собирались. Теперь хотя бы сюда успеть.

Мои сотрапезники, как вы уже поняли, вознамерились отправиться в Ирак охотиться на… на американских солдат.

— А почему именно американцы? Чего, больше не на кого поохотиться? — Я крутанул вращающийся стол, чтобы приблизить к себе одно из блюд, которое мне больше всего приглянулось.

Я имел в виду не людей, а животных, но Григорий меня не понял.

— А на кого еще? — Он положил в рот лягушачью лапку. — О, кайф! Вкуснее цыпленка… Предлагали нам тут бродяг каких-то, но разве это интересно? Это же самое элементарное убийство, без всяких затей. У меня на свалке своих бичей, как мух на говне. Хоть по десять человек в день отстреливай — никто ничего не скажет. Да они сами друг друга каждый день убивают. А менты даже выезжать к нам отказываются. Мол, бомжи — не люди..

— Америкашки, гондоны, всех уже затрахали, весь мир на измене держат! — вспылил Березкин. — Что они в Ираке забыли?! Нет, если уж охотиться — только на дол-баных америкашек!

Вошедшая в зал узкоглазая девушка в японском прикиде наверняка слышала последние слова Березкина, тем более что тот славился своей эмоциональной невоздержанностью, из-за чего чаще не говорил, а кричал, но у нее была такая тупенькая вьетнамская рожица, что мы сразу поняли, что опасаться ее нам нечего.

— И сколько стоит такое удовольствие? — спросил я друзей.

Григорий, не стесняясь официантки, душевно рыгнул.

— Триста тысяч долларей на рыло. Сюда входит все: доставка в страну, питание, амуниция, охрана, проживание, глубокое легендирование, подбор цели, вывод на цель, прикрытие, медицинская страховка, три передислокации, даже иракские женщины по желанию…

— Ни черта себе! — всплеснул я руками. — И сколько вас едет?

— Двенадцать человек, — ответил Березкин. — Все орлы, как на подбор! Два бывших спецназовца, один «афганец» и один «чеченец». Только, братан, — никому!

Мы выпили. Вскоре Григорий оказался чем-то недоволен и крепко наехал на девушку в кимоно, не забыв пройтись и по ее азиатской внешности. Та расплакалась. На шум прибежала опытная русская администраторша. Григорий высказал и ей все, что думает о ее «паршивом» ресторане. К нему присоединился Березкин. Как бывалые чревоугодники, они прекрасно знали, на чем легко подловить любых рестораторов, поэтому были весьма и весьма убедительны, и в итоге запугали женщину так, что та предложила нам не оплачивать счет за ужин — заведение угощает. Администраторша не знала, что для Григория и Берез-кина подобные разборки были своеобразным регулярным развлечением, словно традиционным и самым желанным «кушаньем» любого хорошего ужина, которое подается где-то в середине трапезы; она не знала, что «ребята» просто развлекаются, «стебаются», красуясь друг перед другом, и все их угрозы вряд ли будут приведены в исполнение, иначе так просто не пошла бы у них на поводу.

Привыкший к такому поведению своих приятелей, я безмятежно ждал окончания «прений».

— Поехали с нами. Не пожалеешь! — предложил очень довольный бесплатным ужином Григорий.

— Нет уж, спасибо! — ответил я. — С меня моего бизнеса хватает!..

Страшная догадка пришла мне в голову:

— Это Неля, мой бывший главный бухгалтер?

— Так точно.

Я схватился за новую сигарету.

— Вы ее убили? Убили для того, чтобы с помощью Веры сконцентрировать в своих руках всю бухгалтерию?