Чтение онлайн

Девчонка едва заметно вздрогнула, но я успокаивающим жестом провел рукой по волосам.

– Для первого раза не очень туго, - сделал ей скидку.

Помолчал, дав ей не только привыкнуть к этой мысли, но пропустить ее через себя.

Конечно, БДСМ – это доминирование и подчинение. Но это еще доверие и ответственность.

Ее доверие и моя ответственность за все, что будет происходить дальше. И без этих двух слагаемых ничего хорошего не выйдет.

– Теперь ты должна выбрать слово, - продолжил я, видя, что она успокоилась.
– Нейтральное. «Стоп», «Нет» - не подходит.

– Одуванчик, - сказала она после короткой паузы.

Я едва удержался, чтобы не хмыкнуть. Но сказал все так же серьезно и строго, чтобы она поняла, насколько все это важно.

– Годится. Так вот, запомни хорошенько. Если ты почувствуешь, что веревки слишком режут, руки-ноги затекают, если станет больно, по-настоящему больно, так, что невозможно терпеть, ты скажешь это слово. Поняла?

Она кивнула и тут же добавила вслух:

– Поняла.

– Ты можешь кричать, говорить нет, стоп, пусти, прекрати, гад и сволочь – это не поможет. Впрочем, гада и сволочь не рекомендую, получишь потом по заднице. Поняла?

– Да, - такой же покорный ответ.

Надеюсь, что так и она действительно поняла.

Я взял веревку и опустился ниже – на пол. Обвил тонкую, такую хрупкую шею, ровным узором, прошелся по рукам, перешел к пышной груди, сдерживаясь от того, чтобы снова не поиграть с сосками.

Позже.

Если заслужит, побалую ее позже.

Как я и обещал, завязывал не слишком туго – в первый раз, да кожа нежная. Только когда пустил веревку по центру одной груди, плотно прижал ею сосок и накрепко закрепил.

Потом проделал то же самое с другой грудью. И теперь малейший поворот, малейшее движение будет вызывать трение.

Девчонка вдохнула чуть глубже – и замерла, прислушиваясь к себе. Поняла, в чем дело, и сделала еще один вдох. Затем повела плечами, прислушиваясь.

Задышала часто, облизала губы, словно они пересохли… И с тихим стоном подалась вперед, навстречу этой непривычной ласке.

Хорошо.

Очень хорошо.

Теперь можно двигаться дальше.

И ниже.

Крест-накрест веревки на талии.

Еще ниже.

Я продеваю веревку между ее ног. Чуть туже натягиваю, чтобы она раздвинула складки и коснулась чувствительного бугорка клитора. Тонкая работа. Натяжение должно быть не слишком слабым, чтобы касание хорошо чувствовалось, и не слишком сильным, чтобы не причинять боли. Пока не причинять, а вот когда распробует этот вкус…

Теперь запястья - за спиной, вынуждая ее прогнуться и выпятить пышную грудь.

Закрепил веревку и с удовольствием осмотрел свое произведение.

Красиво.

И девчонка красива. Разрумянившиеся щеки, влажные губы, приоткрытый рот. Она плавно двигает бедрами, почти танцует, знакомясь с новым ощущением. Стон срывается с ее губ.

Готова.

Можно начинать. 

– Марина? Какая неожиданная встреча! – без особой радости сказал Сережа.

Его взгляд в это время скользнул по моей фигуре, задержавшись на животе. Брови при этом сдвинулись, образовав над переносицей угол, острота которого указывала на напряженную мыслительную деятельность.

Кажется, мой бывший решил, что я оказалась здесь неспроста, и сейчас судорожно подсчитывал, сколько времени прошло с нашего последнего... хм... свидания. Наверное, пытался определить, не причастен ли он к этому всему. И, судя по тому, как стремительно разливалась по его лицу синеватая бледность, эти подсчеты были неутешительными.

Ха-ха! Так ему и надо! Учитывая то, как он некрасиво поступил, имею полное право воспользоваться ситуацией.

– А, Сережа! Действительно, сюрприз, - я как будто бы машинально положила ладонь на живот. И, конечно, этот жест не ускользнул от моего собеседника.

– Ты что?... Ты… – он не находил слов, а я не торопилась приходить ему на помощь. – Ты в положении, что ли?

Я фыркнула:

– После того, что ты устроил, я оказалась в очень незавидном положении. Но тебя это не касается!

Я резко повернулась, нашла глазами грузчика и замахала ему руками:

– Эй, помогите отнести все это в машину! – я кивнула на нагруженную до самого верха корзину. – И побыстрее, пожалуйста, у меня еще много дел.

В этом я не обманула. Дел у меня действительно было столько, что хватило бы на целую команду экономок. Для начала следовало проверить комнату, в которой совсем скоро должен поселиться малыш. Дела там шли полным ходом. Наверное, даже Шерлок Холмс с его дедукцией не нашел бы здесь ни одной пылинки.

– Отличная работа, девочки, - похвалила я горничных. – Сегодня соберут мебель, и можно заселять жильца.

Сам будущий хозяин этой обители чистоты временно расположился на диване в гостиной и был крайне занят разглядыванием новенькой книжки с толстыми мягкими страницами.

– Ну-ка, где у киски носик? – спрашивала его няня, и он тыкал в картинку, радуясь своей сообразительности.

Кажется, мой выбор литературы оказался не так уж и плох. Я улыбнулась этой парочке, крайне довольной друг другом, и отправилась на кухню. Здесь места для радости и веселья не было.

– Я не знаю, как работать, - недовольно высказал повар, как только я переступила порог в его царство. – Снова нет меню! И что я должен сотворить? Киш? Буйабес? Ризотто? Или, может, мне просто поджарить яичницу, раз уж всем все равно, что есть?

– Уверена, у вас и яичница выйдет не хуже, чем любое блюдо высокой кухни, - попыталась я разрядить обстановку. – Вчера хозяин был в восторге от ужина.

Комплимент подействовал, повар сразу смягчился, и на его лице даже промелькнуло что-то похожее на улыбку. Впрочем, он быстренько ее согнал.