Чтение онлайн

— Я думаю понял, кто тебе известен, а кто нет, — продолжил Гнолт. — Впрочем, это и не удивительно. Но остальных троих ты знать и не должен. Это уважаемый Хасим. Его фамилию тебе знать необязательно, ибо Хасим давно отказался от нее. Взял новый творческий псевдоним.

Хасимом оказался тот самый бородач с героиновыми дорожками. Помимо бороды на лице росли густые брови, а под ними самые колкие глаза которые Джон видел. На голове змеей скрутился тюрбан, остальная одежда белоснежная и явно новая.

— Хасим — ведущий наркоторговец на планете. Ты удивляешься, что я тебе такое рассказываю? Не стоит. За сегодняшний ужин ты удивишься еще много раз. И наконец, следует представить наших милых дам. Мисс Чу, директор сети рыбных ресторанов "Чу". Ты не слышал о них, но это лишь потому, что они находятся в Китае и Японии. А вот о "Фиш Бренд" ты, наверное, слышал? Да, они тоже принадлежат мисс Чу. Как и "Дары моря", и "Рыбный Рай" и много чего еще. Кроме того муж мисс Чу — один из крупнейших судовладельцев Норвегии. И наконец, многоуважаемая Присцила. Ее фамилия тоже останется для тебя тайной Джон. Дело в том, что Присцила, жена очень влиятельного сельскохозяйственного магната. Его в наши ряды заманить не удалось.

— Приятно познакомиться, — кивнул Джон.

Однако на это никто ничего не ответил. Все сидели молча, и то курили, то жевали. Молодой Фриски не вызывал у них интереса, или они не хотели его показывать. Это слегка задело Джона. Он не привык, что на него смотрят как на вчерашний кофе, хотя если учесть размер фигур за столом…

— Я думаю, ты уже понял — здесь собрались все мировые производители еды алкоголя и наркотиков. Мы называем себя клубом любителей поесть, но мы так же любим выпить, кто-то не прочь ширнуться, или покурить. К сожалению, восьмой член верхушки, мистер Кастро, в силу некоторых причин не смог приехать лично. Да тот самый Кастро. И мы собрались, чтобы решить, достоин ли ты присоединиться к нашему обществу.

— Я думаю, что да сэр. Я один из лучших дегустаторов в США.

— Это нам хорошо известно. Но не за этим мы тебя сюда позвали. Давай сделаем так, попробуй вина?

— Какого?

— Любого.

Джон встал и пошел вдоль стола. Бутылки с различным алкоголем стояли повсюду, но все без этикеток. И даже форма у всех примерно одинаковая. Наверное, проверка. Джон взял бутылку белого, вернулся на свое место и налил в бокал. Сделал глоток и вкусовые рецепторы возрадовались.

— Узнаешь? — спросил Гнолт.

— Конечно! Правда, признаюсь, я пробовал это вино только два раза в жизни. "Ашаноль", по всей видимости, тысяча девятьсот пятидесятого года.

— Великолепно. А знаешь какова цена одной такой бутылки?

— Около пятидесяти тысяч евро.

— Ашаноль?

— Сделали месяц назад, — отозвался француз. — Себестоимость фактически полтора евро.

— Но простите… — начал Джон.

— Не надо оправдываться, — перебил Гнолт. — Здесь нет твоей ошибки. Это вино сделано месяц назад, но на вкус ничем не отличается от того, что делали шестьдесят лет назад, а до этого и сто лет назад. Ашаноль производит самые дорогие вина в мире, а на самом деле у него есть превосходная лаборатория, способная обмануть любой, даже самый пристрастный язык. Но пойдем дальше. Я курю сигару стоимостью тысяча долларов за штуку. А знаешь, сколько она стоит на самом деле? Гроши или песо, или что там у них… Короче — жалкие, незначительные деньги. Все что ты видишь на столе — продукты сугубо элитарные. Икра из Черного моря, окорок племенного кабана, или вот, пожалуйста, пирог из змей, очень рекомендую. Где-то здесь стояла фугу… а нет, уже съели. Мы сидим здесь с утра, так что…. Каждое блюдо здесь стоит очень дорого. Ниже пятисот долларов нет, а замечательное рагу из печенок королевской кобры, оценивается в пятьдесят тысяч маленьких зелененьких бумажек. Я имею в виду, если ты закажешь его в ресторане. Но нам весь этот замечательный стол, обошелся всего в пятнадцать тысяч долларов. Тоже не маленькая сумма, но если учесть что… ну допустим, вон там стоит запеченное сердце белого медведя, а там фаршированный пингвин, то… сам понимаешь?

— Если честно не очень мистер Гнолт. Вы хотите сказать, что вам все досталось по себестоимости и в действительности стол, который стоит для других миллион, вам обошелся значительно дешевле?

— А ты не отличаешься сообразительностью, правда? Нет, я не это хочу сказать. Но я дам тебе подсказку — сейчас на столе примерно пятьдесят четыре блюда. Изначально их было шестьдесят три.

— Я не понимаю.

— Ну что же придется объяснять. — Вздохнул Гнолт. — Дело в том Джон, что из всего съеденного нами были следующие блюда. Картофельное пюре, баранина с травами, шашлык, ну в смысле мясо на углях, бобы, индюшка, стейки из лосося и свинины, форель и фугу. Правда, последнее мы съели потому что: во-первых, его было мало, а во-вторых, никто из нас этого раньше в рот не брал, за исключением мисс Чу. Но в основном подобной мерзости на нашей трапезе нет. Я даже больше скажу — все, что ты сейчас видишь, приготовлено специально для тебя. Так что, пожалуйста, налегай.

— Вы хотите чтобы я поел?

— Если ты не голоден, хотя бы попробуй. Вон возле тебя стоит мозг горной гориллы. Как на вкус? Правда, мерзость? Или суши? Да эти еще ничего, есть можно, но разве они сравняться с куском прожаренного мяса? А вон там прекрасное овощное рагу из смеси самых экзотических фруктов… ну как тебе?

— Не очень вкусно, но, наверное, полезно?

— Естественно нет. Знаешь Джон, что я тебе скажу — полезной еды нет вообще. Алкоголь еще имеет свои преимущества, но полезней всего пить чистый спирт. Продолжим. Попробуй вон то блюдо в серебряном сотейнике. Ну как? По лицу вижу, что не нравится. А меж тем Джон — это последний писк моды. Скоро это блюдо станет настоящим изыском в ресторанах по всему миру, хотя основной ингредиент там гуано.

Джон не смог сдержаться и сплюнул содержимое рта в тарелку.

— Дерьмо?

— Да, как ты правильно выразился — дерьмо. Но не волнуйся, пройдет пару месяцев и авторитетные ученые скажут, что оно полезно для потенции, а лучшие гурманы заявят, что растопленное на свином жире и с кусочками молодой телятины, оно просто потрясающе на вкус! Теперь ты понял, чем занимается наше небольшое общество?

— Пудрите всем мозги?

— А вот тут ты неправ Джон. Я тебя уверяю, даже у дерьма скоро найдутся свои поклонники. Оно действительно станет блюдом для гурманов. Впервые попробовав кока-колу, человек всю жизнь пивший компот скажет, что она невкусная. Пиво тоже нравится человеку спустя несколько сотен банок. И потом пиво или кола, становятся любимы на всю жизнь. Мы не пудрим мозги Джон, это очень мелко для нас. Мы учим. Мы показываем людям дорогую еду и убеждаем, что великие гурманы ее едят и считают вкусной. Мы делаем так, что эту еду продают и вскоре у нее находятся поклонники. А потом человек к ней просто привыкает. Вот что мы делаем Джон. Каждому из сидящих здесь это очень выгодно, ибо они зарабатывают на этом деньги. И нам нужны такие люди как ты Джон. Потому что дегустатор, сказавший, что Ашаноль самое лучшее вино, это не одно и то же если об этом скажет сам Ашаноль.

— А что взамен?

— Какой практичный подход, мне нравится. Взамен Джон ты получишь много. Но со временем. Я надеюсь, ты понимаешь, что мы можем?

— Да уж представляю. Так это и есть испытание? Мне надо просто согласиться?

— Нет Джон, испытание будет дальше. Тебе придется доказывать полезность не словом, а делом. Сначала мы направим тебя на несколько самых престижных и самых закрытых фестивалей вин, а там ты себя покажешь. Мы скажем, что надо говорить, какие вина хвалить, а какие наоборот. Мы представим тебя как самого лучшего дегустатора, а дальше уж сам.

— Простите мистер Гнолт, а можно нескромный вопрос?

— Ну давай.

— А какая вам от всего этого выгода, и почему вы, а э-э-э…

— Не кто-нибудь другой президентствует в нашем клубе? А потому что Джон, я делаю для него больше всего. Вот взгляни. Это, кстати, подарок и руководство.

Гнолт достал из внутренностей стола толстую книгу. Прекрасный переплет — явно подарочное издание, золотое тиснение, красочная картинка. Джон встал и подошел к Гнолту. О том чтобы Гнолт подошел к нему, можно и не мечтать. Он взял увесистый томик, посмотрел название. "Поваренная книга Гнолта".