Чтение онлайн

Акторит присел рядом и наклонился на наколдованный только что теплый кусок камня. Годы брали свое, вопреки магическому вмешательству, — суставы ломило, кости хрустели, холодные камни — непозволительны.

— Тогда я повторю тебе еще раз, — тепло улыбнулся Акторит. — Я придумал Асирам. Ее не существовало, пока ты не родилась. Я путешествовал по измерению везде прославляя новую богиню, которая не так плоха, как старые боги. Я создал образ, понятнее говоря, оболочку, а ты теперь примеришь на себя ее.

— То есть ты заставил их поклоняться несуществующему богу?

— Я не заставлял. Они сами захотели. И покуда они в тебя верят, ты умеешь повелевать Магией, коей в этом измерении мало до неприличия.

— Если перестанут верить — не смогу колдовать?

— Не сможешь.

— Как это работает? Магия поддается мне, потому что я бог? А бог, я потому что в меня верят?

Акторит терпеливо кивнул.

— Как она понимает, что я — тот самый бог, что это я Асирам?

— Магия — невидимая материя, она не может думать и понимать. Ты знаешь, что ты Асирам, а оттого и можешь черпать.

— Я еще больше запуталась. Так Магия дается мне в руки потому что я хочу или потому что люди в меня верят?

— Одно не исключает другого. Но помни, пока ты еще не богиня, для этого тебе нужно…

— Я помню, — Мариса выставила руку и начала загибать пальцы, — построить храм, найти семь последователей, проявить милосердие, покарать, принести жертву, спасти жизнь, забрать жизнь.

— Умница, ты хорошо запомнила мое учение.

— Только зря все это, господин Акторит.

Девочка, так удивительно похожая и на отца, и на мать одновременно, грустно улыбнулась.

— Я не смогу никого убить.

— Это и правда нелегкая задача. Я бы даже сказал крайне тяжелая. Ведь ты — истинная дочь своих родителей. Ты унаследовала не только их невероятную красоту…

— Продолжай, господин Акторит, продолжай, мне так нравится, когда ты о них рассказываешь.

— Твоя мама храбрейшая из женщин, она отдала свою жизнь за тебя и твоего отца. О ее красоте слагают легенды. Мир не увидит женщины, прекрасней…

Мариса закрыла глаза, представляя свою маму.

— Продолжай, господин Акторит, продолжай.

— Твой отец храбрейший из мужчин, единственный кто мог противостоять мощнейшей магии демона, ради тебя и твоей матери…

— А я трусиха. Они хоть раз убивали?

— Да. Но ради любви.

— Неужели любовь на столько жестока, что требует платы кровью?

— Да. Жестока на столько.

Мариса разлеглась на пепле от ландышей. Она совсем не помнила родителей. Не помнила ничего из прошлой жизни. Она — наследница престола в первом измерении — ждал часа, когда станет богиней в пятом.

— Я знаю, что тебя тревожит, малышка. Я уже говорил тебе, что ты — седьмая. Без тебя они умрут. Ты не обязана быть Асирам. Что ни произойдет, но, как только тебе стукнет семнадцать лет, я верну тебя. Верну родителям.

— Поскорее бы. Я чувствую, что мне все здесь чуждо.

— Для мамы и папы пройдет лишь восемь дней.

Мариса, несмотря на то, что ей всего лишь двенадцать, горько усмехнулась.

— Кого ты им вернешь? Мне будет семнадцать, ты вернешь им незнакомую девчонку. С ней у меня будет разница пять лет.

— С ней?

— С Альдой, я почему-то не могу назвать ее мамой. У нас разница пять лет.

— Если будешь сильно настаивать, могу вернуть тебя хоть сейчас, но тогда она умрет.

— Перестань, оставь меня в покое! Прекрати давить! Я сделаю то, что ты хочешь! В любом случае, ты уже отнял у меня жизнь!

— Очень жаль, что ты не понимаешь, что я ее тебе сохранил.

Акторит встал, не желая больше продолжать разговор. Она и впрямь походила на мать. Не заглядывала вперед, расстраивалась текущему дню, кричала. Лучше бы она походила на рассудительного и спокойного Котта. Ей было б проще управлять. С другой же стороны, кому нужна ведомая богиня?

Чернота, страшная чернота заволокла небо, так что не видно ни звездочки. Тонис этого не заметил. На его лице плясали тени от волнующихся языков пламени. Караульные несли свою службу, солдаты спали. Но только не Тонис, он все гадал, что же случилось с его другом, королем Людей — Коттом. Его не было уже сутки. Он отправился к Первородным да так и не вернулся. Что предпринять? Отправиться туда, нарушив приказ? Вернуться к Альде? Нет, она ему такого не простит.

Сказочный шелест проник в уши, кон гир оглянулся — ничего. Повернувшись к костру, чуть не свалился с бревна, что выполняло ему роль сидения. У огня устроилась невероятной красоты женщина, на ее жемчужном лице играла жуткая улыбка, приправленная бешеной пляской теней от костра. То была Ринмория, ненавистная Царица Ночи.

— Здравствуй, Тонис. Помнишь меня?

Как не запомнить. Их первая встреча состоялась тогда, когда его отец Аварис еще был жив. Она явилась в замок, представившись старейшиной. Лгунья.

Ринмория усмехнулась в ответ на его мысли.

— Тогда я еще сомневалась, — обронила она. — Да, тогда в моей голове зарождался план уничтожить всех, но я не хотела походить на своих родителей. Не хотела разрушать еще чью-то любовь. Я дала шанс Аварису и Бесстерибу прекратить войну.

— И каждому пообещала помощь в победе!

— И что с того? Они не захотели мирно решать вопрос, вознамерились за мой счет возвыситься, за что и поплатились.

— Сейчас все изменилось! — будто бы взмолился Тонис. — На престоле короля и королевы Людей прекрасные правители! Ими движет Любовь, такая, как была и у тебя!