Чтение онлайн

Поэтому новость, что дед о ней спрашивал, ошарашил Настю. Она почему-то думала, что он, по старости своей, даже и имени ее уже не помнит.

Поговорив с матерью, близнецы прыгнули в седла велосипедов и через лес поехали к речке. Артём уже что-то рассказывал, а Настя все думала о том, зачем ее позвал к себе дед.

– Тём, а правда странно, что мама сказала?

Артём не расслышал сначала, и переспросил, Настя повторила:

– Странно, что дед меня зовет. Зачем я ему?

–Ну не знаю, может поговорить хочет, посмотреть на тебя. А может поругать, что орешь с утра как бешеная, – Артём засмеялся и надавил на педали.

Настя погналась за ним. На речке они долго плескались, плавали оба как рыбы, еще в детстве отец научил, потом обсыхали на берегу, Настя вычесывала из длинных волос запутавшиеся водоросли и про себя ругалась. Давно бы отстригла эти космы, если бы не брат. Он категорически запретил ей трогать волосы, разве только концы подровнять. Для Артёма сестра была идеалом красоты и изменений он не любил. Еле-еле он привык, что Настя начала пользоваться косметикой, ему казалось, что она закрашивает свою красоту неживыми красками.

Посидев еще, они накинули на себя одежду, Настя натянула шорты, а футболку бросила на багажник, и они поехали обратно. Ветер раздувал Настины волосы, и Артём любовался красавицей сестрой. Почти у самой деревни они заметили одиноко шагающего человека, с сумкой на плече. Поравнявшись, увидели и узнали Антона. Остановились, парни по-взрослому пожали друг другу руки. Настя, не слезая с велика, с любопытством смотрела на парня, которого беззаветно любила ее сестра. Он не был каким-то особенным, рыжий, весь усыпанный веснушками, Антон выглядел моложе своих лет. Самыми выразительными были у него глаза – голубые, прозрачные как вода. Антон поздоровался и с Настей, и они пошли рядом, ведя велосипеды. Сумку Антона Артём взял к себе на багажник и Антон шел, потирая плечо.

– Ты надолго? – Артём щурился, глядя в Антонову сторону, потому что с той стороны было солнце.

– Да, думаю на пару месяцев, хочу отдохнуть перед поступлением.

– Поступлением? – Настя сморщила лоб, недоуменно глядя на парня.

– Да, поступаю в аспирантуру, хочу заниматься наукой, – он снисходительно улыбнулся девушке, все знали Настино нежелание учиться чему-нибудь.

– А-а, – протянула она, – а работать когда?

– А это и есть работа.

– А жить где?

– Мне от университета квартиру дают однокомнатную, вот, буду там пока.

– Понятно… к Ольге-то зайдешь? Ждет она тебя.

– Зайду, а как же, – Антон улыбнулся.

В это время они дошли до своих ворот, а Антону надо было еще прошагать пару улиц. Он с кряхтением снял свою сумку, они попрощались и разошлись.

Во дворе ребята поставили велики под крышу, Артём, насвистывая, пошел искать отца, а Настя с внутренней дрожью направилась в дедову половину.

По дороге она вернулась, сняла с багажника футболку, встряхнула ее и надела. Видок был, конечно, не очень, но переодеваться ей не хотелось.

Войдя в двери, она на цыпочках начала пробираться по теплому от солнца полу. В доме было тихо, пахло какими-то травами.

– Деда, это я, Настя, пришла, – Настя от чего-то боялась говорить громко. В это время из кухни неожиданно вышел дед. Настя аж подпрыгнула от неожиданности. Дед был в очках, видимо, только что читал газету.

– Привет, дедусь, – пискнула Настя, назвав деда так, как говорила в далеком детстве.

– Здравствуй, внученька, проходи, проходи, – дед говорил глухим басом, сам шел впереди, Настя плелась за ним.

В большой комнате дед сел на стул у стола, Настя присела на краешек старого кресла.

– Ну рассказывай, внученька, как живешь, все ли у тебя хорошо?

– Да, дедусь, все нормально.

– Ну, а учишься как?

– Хорошо учусь, вот на каникулы приехала, – Настя на всякий случай напомнила, вдруг дед забыл.

– А ты ведь у нас доктором будешь, а? – дед хитро посмотрел на Настю, а она сразу вспомнила, что не прикладывала должного усилия в учебе, зачеты и экзамены сдавала на тройки, то есть доктором она будет так себе.

– Не, дед, фельдшером. На доктора долго в институте учиться надо.

– Ну так это одно и то же. Людей лечить будешь. Это хорошо. Ольга вон зверей лечит, а ты, значит, людей.

Дед помолчал, что-то подумал. Потом снял очки и протянул Насте руку.

– А вот, внученька, глянь-ка, что-то у меня тут болеть стало, не могу понять. Может лекарство какое надо?

Настя держала дедову руку в своих руках и ощущала прохладу сухой старческой кожи. Почувствовав всю ответственность, Настя тщательно осмотрела руку, и тут же заметила около локтя назревающий, вылезающий красным фонарем фурункул. Не удивительно, что дед забеспокоился. Боль, наверно, была адская. Она аккуратно ощупала кожу вокруг набухшей шишки и вздохнула.

– Эх, деда, как же тебя угораздило, – жалостливо проговорила внучка. По-хорошему старика надо было бы в больницу, но Настя почему-то была уверена, что дед откажется.

– Сейчас, подожди! – она посмотрела деду в глаза, и он кивнул.

Настя выскочила из дедовой половины и рванула к своему дому. Вбежав в комнату, она нала коробку с лекарствами и стала рыться в ней. Увидев нужный тюбик, Настя с облегчением вздохнула. Прихватив бинт и лейкопластырь. Она кое-как засунула коробку обратно и так же бегом вернулась к старику.

Дед по-прежнему сидел на плетеном стуле. Казалось, ее суета веселила его, хотя вида он не подавал. А внимательно наблюдал за действиями внучки.

Настя открутила крышку тюбика, на всю комнату распространился неприятный запах. Она смазала воспаленную шишку, прижала свернутым прямоугольником бинтом и ловко приклеила лейкопластырь. С удовлетворением осмотрев свою работу она вздохнула и посмотрела на деда.

– Ну вот, – улыбнулась Настя, – повязку не снимай, я потом приду посмотрю.