Сенсеры
Шрифт:
В груди невыносимо запекло. «Нельзя кричать, нельзя!» Нелли не выдала тайну, хоть и могла, поэтому нужно держать себя в руках. Вот только тело поджаривало так, что сил не было терпеть. Элен сквозь зубы застонала, согнулась от боли. Не удержавшись, она рухнула на дно. Жар поднимался к горлу, дышать становилось трудно. Одной рукой Элен держалась за грудь, где заживо горело сердце, другой - за горло, жадно хватая воздух. В глазах потемнело. Она попробовала крикнуть, позвать на помощь, но не смогла выдавить ни звука, только хрип.
Элен попыталась встать, ухватившись за ручку смесителя. Сил не хватило. Ладонь соскользнула, и вода стихла. Сокрушительное пламя ворвалось в мозг, сжигая каждую клеточку. Элен обхватила голову и свернулась калачиком на мокром дне. Казалось, если она ослабит хватку, то ее череп треснет и разлетится на мелкие кусочки. Боль нарастала, пока в один миг не взорвалась тысячами осколков. И тогда Элен больше не ощущала ни жара, ни боли, ни головы, ни рук. Все превратилось во мрак. Всепоглощающий мрак. Вокруг ничего не осталось.
Холодно. Мокро. С трудом удалось открыть глаза и пошевелиться. Темно. Больно. Тело занемело, а голова раскалывалась на части. Элен дотронулась до затылка – эпицентра боли. «Наверное, неплохо ударилась», – решила она, почувствовав шишку. Кое-как поднявшись, Элен выбралась из кабинки. Чтобы переступить бортик, потребовалось немало усилий. Устоять на ногах оказалось еще сложнее. К тому же в душевой было абсолютно темно. «Уже и батарейки в светильнике сели? Сколько же я тут провалялась?»
Держась за что только можно, Элен добрела до кровати и присела на пол. Кое-как стянула мокрые штаны. Выбраться из футболки не получилось. Словно альпинист, Элен взобралась на кровать и заползла под одеяло.
«Холодно, как же мне холодно». Зубы клацали, тело колотило ознобом. На часах ядовито-желтым горели цифры. «Почти три часа ночи».
Что вообще произошло? Память услужливо воскресила образ бьющейся в истерике Нелли. Элен отчаянно застонала. Ей не верилось, что она способна на такую жестокость. Но не совершенный поступок пугал больше всего, а мысли, которые были в момент ответного внушения. Элен упивалась чувством превосходства. Она хотела, чтобы Нелли страдала и визжала.
«Нет, это не я, не я, я не могла, не могла», – повторяла Элен. Она никогда никому не желала зла. Никогда. И Нелли тоже, чтобы у них там ни было. Кто-то чужой забрался в голову и заставил думать о жестокости. Кто-то безжалостный и сильный.
«Ты сильнее всех. Ты справишься» – говорила мама. Выходит, она знала. Всегда знала. Только Элен не понимала, что речь шла не о моральной силе…
Глава 11
– Элен!
Настойчивый стук.
– Только не говори, что опять не слышала будильник, – веселый голос Вики прозвенел за дверью, – через пять минут завтрак. Давай вставай! Я ушла.
Элен перевернулась на спину. Чувствовала себя немного разбито: побаливала голова, точнее затылок, и ломило левое плечо, а в остальном – вполне нормально. Жива и даже способна двигаться.
«Что за ерунда со мной вчера приключилась?»
Откинув одеяло, Элен присела и стянула высохшую футболку. Ночные события вспоминались как в тумане. Четким остался лишь первый поцелуй.
«Неужели Дима еще не приехал?!» Элен вскочила с кровати.
Спустя несколько минут она бежала в столовую.
– Дима звонил? Что-нибудь знаете? – полетели вопросы, когда Элен плюхнулась на свое место за столом.
Друзья переглянулись и показались слишком серьезными. Обычно за завтраком все выглядели бодрее. Может, отсутствие Тимура дает о себе знать?
– Ничего пока не известно, – ответила Вика, – скорее всего он приедет позже.
– Да, – сказал Максим, – мы не таскаем новичков по лесу ночью, особенно если попадается девчонка. Наверное, отсиживались в каком-нибудь отеле и уже едут.
– Почему «наверное»? Он что, не звонил? – задергалась Элен.
– Телефон недоступен. – Вика опустила голову, и ее изумрудные глаза скрылись за густой челкой.
– Элен, – спокойно обратился Олег, – все будет хорошо.
– А если нет? – огрызнулась она. – Ты заставишь меня так думать?
Она злилась на парня, который, чуть что, кидался к ней с фальшивым успокоением. Будто его не личным блокиратором на занятиях назначали, а пожизненным утешителем.
Ребята заметно занервничали.
– А почему меня Дима готов был тащить по лесу среди ночи, под проливным дождем? – с подозрением спросила Элен.
Все молчали, косясь друг на друга. Первая маску спокойствия сбросила Вика. Она отодвинула тарелку и, сложив руки на стол, опустила голову. Всхлипнула.
«Всхлипнула?!»
– Что это значит? – ужаснулась Элен, кивнув на рыдающую девушку.
Максим тяжело вздохнул и распрямил широкие плечи. Он смело встретил взгляд Элен, в отличие от остальных.
– Последний раз он звонил, когда добрался в город. Мы даже не знаем, забрал он сенсера или нет. Роб всю ночь звонил, но...
– Где Роберт? – Элен подскочила.
– Он спит, сейчас Рита на телефоне, – сказал Макс, и Элен обернулась, выискивая ее в столовой. – Она у себя. Как только Димон позвонит, Рита сообщит.
Но Элен не стала больше слушать, а рванула к выходу.
Лишь подходя к комнате Маргариты, она замедлила шаг. «Что я так паникую? Это ведь обычное дело. Ребята постоянно выезжают на эти выбросы». Она вдохнула, выдохнула. Постучала, но никто не ответил.
«Где она еще может быть?» – задумалась Элен, не дождавшись ответа и после второго раза. Решила проверить в лаборатории, ведь, судя по маниакальной любви Риты к экспериментам и тестам, это может оказаться ее любимым местом.