Сердце Черной Мадонны
Шрифт:
– Спасибо, Макс, но мне как-то совестно, – смущенно проговорила Ирка. – Вы и так уже…
– Вот именно, что «и так уже», поэтому нечего совеститься. – Он распахнул перед Иркой дверь: – Забирайтесь в машину.
– Прямо сейчас нужно ехать? – растерялась она.
– Лучше сейчас, – кивнул своей седовласой головой Макс. – Чтобы мне туда-сюда не мотаться, удобнее вас сейчас забрать, ведь до моей деревни от МКАД около двух часов езды, и от нее до имения Себровского тоже два. Переночуете у меня. А поутру отправимся во Владимирскую область.
– Хорошо, – согласилась Ирка. – Но я могу хотя бы переодеться?
– А… ну да, – мужчина едва заметно сконфузился. – Я как-то не подумал… Извините. Конечно, я подожду сколько нужно.
– Я мигом, – заверила его Ирка и припустила к двери чуть ли не бегом.
Вернулась к машине спустя каких-то десять минут. Подруга уговаривала ее передохнуть, перекусить, принять ванну, но Ирка только умылась, переоделась, на ходу сжевав кусок кекса, собрала кое-что из вещей и покинула квартиру. При этом все время что-то напевала и очень странно улыбалась. Мила решила, что она радуется из-за того, что дело ее так скоро продвигается. Ирка, собственно, находила причину своего возбуждения в том же. И только Паша, наблюдавший за бешеной Иркиной скачкой, подумал, что так себя ведут только влюбленные женщины, торопящиеся на свидание.
Когда Ирка подошла, Макс распахнул перед ней дверцу, а Чак поприветствовал коротким «Гав!». Пес сидел на переднем сиденье рядом с хозяином, но был изгнан назад, а Ирка заняла его место.
– Можете подремать по дороге, – сказал ей Макс, выруливая со стоянки. – Дорога дальняя, а вы, наверное, устали…
– Немного устала, но спать не хочу.
– А кушать?
– Честно говоря, очень хочу.
– Я так и думал. Держите! – Он подал ей пакет с фирменным логотипом «Макдоналдса». – Надеюсь, вы это едите? А то некоторые к фастфуду относятся с пренебрежением…
– Я ем все, – успокоила его Ирка и тут же вгрызлась в сочный гамбургер, к которому в своей дотюремной жизни ни за что бы не притронулась. – А вы не будете? А то мне много…
Макс отрицательно мотнул головой. Зато Чак всунул свою морду между сиденьями и шумно задышал.
– Ему не давайте, – предупредил Макс. – У него диета.
Услышав слово «диета», Чак тяжело вздохнул (точно понял!) и убрался на свое сиденье.
Ирка быстро слопала два гамбургера и принялась за колу. Пока пила, вспоминала Валю и ломала голову над тем, как реально можно ей помочь. А когда сама ничего путного не придумала (пообещать решить проблемы экс-подруги – одно, а претворить свои обещания в жизнь – совсем другое), обратилась к Максу:
– Скажите, я не зря Валю обнадежила? Ее на самом деле можно избавить от преследований сумасшедшего мужа?
– Конечно, – успокоил ее Макс. – Вы не переживайте, я займусь этим…
– Еще и этим, – вздохнула Ирка. – Я просто завалила вас чужими проблемами! Вы меня, наверное, ненавидите…
Он улыбнулся одними глазами и ничего не сказал.
Ирка тоже решила помолчать. Она допила колу, а потом схрумкала еще пакетик картошки фри. И барбариску из своих запасов – она пристрастилась к ним на зоне, но и теперь не выходила из дома без «заначки». Насытившись, Ирка откинулась на сиденье и блаженно зажмурилась. Еще пять минут назад она не хотела спать, но, поев, не заметила, как задремала. Макс, увидев, что пассажирка клюет носом, заботливо укрыл ее своей круткой. А музыку вовсе выключил, чтобы не потревожила ее сон, ведь ему так нравилось смотреть на спящую Ирку… Смотреть и улыбаться!
Доехали они за полтора часа. Макс воспользовался тем, что спутница заснула, и развил привычную для себя скорость, а сначала ехал медленно, не желая ее пугать. Когда впереди показался забор, огораживающий его «владения», Макс тронул Ирку за плечо:
– Просыпайтесь, Ирина, приехали.
Та смешно наморщила нос, шмыгнула, чмокнула губами и наконец открыла глаза. Пока она отходила ото сна, Макс распахнул ворота и загнал машину во двор.
– Вот моя деревня, вот мой дом родной, – продекламировал Макс. – Милости прошу!
Ирка выбралась из машины, осмотрелась. Дом оказался весьма скромным и очень небольшим (обычная старенькая деревянная избенка), зато псарня поражала и добротностью, и размерами. Макс выстроил для своих питомцев чуть ли не ангар!
– Знаю, о чем вы подумали, – сказал хозяин, подходя к Ирке и становясь с ней плечом к плечу. – Но мне одному этого дома вполне достаточно. А собакам простор нужен. Их много, у них щенки…
– Можно на них взглянуть? – Она схватила его за локоть и нетерпеливо потеребила. – Я очень люблю собак…
– Конечно, пойдемте.
И Макс повел ее на псарню. А за ними следом с радостным лаем кинулся Чак.
В песьем «общежитии» Ирка пробыла почти час. Она бы еще побродила по территории, да Макс увел, сказал, пора ложиться, а то завтра вставать рано.
Но, переместившись в дом, они еще долго сидели на кухне. Пили удивительный чай с травами, ели земляничное варенье (Макс немного сконфуженно сообщил, что сварил его сам) и слушали, как потрескивают в русской печке поленья. Молчали. Но не чувствовали неловкости. Вдвоем им было хорошо!
После хозяин застелил гостье постель. А поскольку комната была одна, сам устроился на кухне, на печи.
Ирка разделась, легла. Спать не хотелось, но Ирка закрыла глаза и в который раз представила Макса без одежды. Представила в который раз, но впервые ощутила бешеный приступ желания. При этом ей хотелось не просто мужчину как такового (это состояние стало для нее привычным), а конкретного… Того, кто лежал сейчас на печи и знать не знал о том, какие страсти кипят в душе и теле Ирки!
Отшвырнув одеяло, Ирка встала и босиком пошлепала на кухню. Услышав шаги, Макс приподнял голову и тревожно спросил:
– Что-то случилось?
Ирка не ответила. Молча, забралась на печь, нырнула под одеяло и прижалась всем телом к телу Макса.
– Ты давал обет воздержания? – спросила она, заглянув в его расширенные от удивления глаза.
– Нет, – ответил он.
– Вот и хорошо, – улыбнулась Ирка и поцеловала его в приоткрытые губы.