Чтение онлайн

'Ясно, вот так воюет король Валентайн'. Мальчишка в одиночку смог полностью лишить мобильности его отряд. Он не пользовался оружием, ему было всего десять, однако он сам стал оружием, созданным лишь для того, чтобы уничтожать.

И все же, даже самое сильное оружие рано или поздно ломается, если приложить большее усилие. Грейслейн наблюдал, как мальчишка вносит хаос в ряды его людей. Но он также видел, как меняется цвет лица ребенка, каким неровным и тяжелым становится дыхание, как начинают дрожать руки. Дети Хаоса устрашали, но это была палка о двух концах. Второй конец всегда рано или поздно пронзал их самих. Дети Хаоса не доживали до шеснадцати. Были лишь два исключения, о которых знал Грейслейн. Первый был его младший брат, а вторым - Кальвин Рейвен.

Но этот ребенок был уже на пределе. Если не остановить его, он умрет прямо здесь. Хотя... Надо признать, ему удалось заставить Грейслейна отказаться от преследования капитана Нордиса. Не важно, все равно теперь завоевание Юга и уничтожение остатков армии Астала лишь вопрос времени. Без нелинейной магии это становилось охотой на котят.

Некоторое время Грейслейн наблюдал за тем, как мальчишка медленно слабеет. Когда тот упал, он шагнул к ребенку, вынимая хлыст.

– Я положу конец твоим мучениям,- произнес он, глядя на почти бездыханное тело.
– Судьба Детей Хаоса... печальна...

Часть 3

Тем временем под куполом...

На самом деле в голову Кальвину не пришло ничего лучше, чем просто уменьшить размеры купола, вытряхнув за его пределы всех остальных, кроме Сая. Снаружи остались те, кто нахывали себя "запирающими ключами", которые причиняли видимую боль его другу. А еще Гвен и та тень, которая все время мелькала где-то в уголке зрения, но которую Кальвину никак не удавалось разглядеть.

– Спасибо,- выдохнул Сай, с трудом приподнимаясь, опираясь на меч.

– Спасибо?
– Кальвин прислонился к стене купола, по крайней мере там, где она должна была проходить.- Спасибо? И это все, что ты хотел мне сказать?

Король отвел взгляд, будто вовсе не желая говорить с ним. Это разозлило еще больше. Ему хотелось броситься к этому идиоту и хорошенько встряхнуть, вытрясти объяснения, вытрясти всю дурь. Но на лице друга было такое невероятное сочетание боли, решимости, отчаяния, что совершенно сбивало с толку. Поэтому вместо этого, Кальвин сказал:

– Не волнуйся, в этом куполе твои силы в безопасности. Можешь пользоваться ими, но надеюсь ты не захочешь убить меня, как в прошлый раз,- Кальвин притворно-опасливо загородился ладонями, покосившись на золотой меч в руке Сая. Взгляд того обежал стены купола, а затем устремился вверх.

– Эй, Сай, я ведь с тобой разговариваю.

– ...

Кальвин вздохнул, запустив пальцы в волосы.

– Ну, я думаю, что все еще могу называться твоим другом,-внутри Кальвин чувствовал Микалику, сердце которого пело от теплоты и восторга при виде Сая.
– Я убрал тех сомнительных личностей. Не знаю, что они планировали сделать с тобой, но мне все это очень не нравится. Они держали меня в качестве приманки.

– Нашел,- неожиданно произнес Сай, поднимая меч и направляя его к вершине купола. Он сомкнул обе руки на рукояти и тщательно прицелился.

– Ну знаешь ли, это невежливо. Я беспокоился о тебе, и Микалика тоже. Если бы не Гвен, моя сила могла выйти из-под контроля. Но я так старался удержать этот проклятый барьер, а ты взял и сломал его. Все испорчено, знаешь ли. И теперь, когда ты все равно уж совершил ту глупость, придя за мной, я надеюсь сейчас ты успокоишься и скажешь мне эту малость - что ты задумал?

– Спасибо, Кальвин - вновь повторил Сай, закрывая глаза.

– Разве так благодарят? Может хотя бы взглянешь на меня?
– разъярился тот, ткнув пальцем в грудь друга.
– Нет,- спохватился он,- ты не подумай ничего такого. Это Микалика влюблен в тебя, а мне нравятся девушки. Черт... Забыл, ну, в-общем мы не виделись с того времени в темнице. Не знаю, с чем ты пытался сражаться уже тогда, но теперь я благодарен тебе, хорошо, что ты так и не решился убить меня.

– Я на самом деле собирался убить тебя,- эти простые слова, сказанные обычным мягким тоном, как когда он говорил: 'как дела?' или 'будь здоров' уязвили Кальвина.

– Но почему, по имя всего?!

– ...

– Ну вот, ты говоришь со мной из вежливости или чтобы убить время? Я этого не выдержу,- с этими словами Кальвин бросился вперед, схватив воротник мундира друга, с силой притянул его к себе, заставив-таки взглянуть в глаза.

– Эй Сай, я здесь, с тобой. Если ты задумал что-то - пожалуйста. Но сперва может выслушаешь меня?!
– он хорошенько встряхнул друга. И на этот раз что-то все же изменилось в выражение его лица. 'Что-то не так с его глазами',- подумал Кальвин. Как будто друг смотрел сквозь него. Неужели...

– Сай, твои глаза... ты не видишь меня?

– Это тебя не касается, Кальвин, не волнуйся об этом. Я вижу тебя, пусть и не так, как в зеркале.

Кальвин закусил губу.

– И это все, что ты можешь мне сказать? Мне, Микалике, Гвен? Почему ты вечно, вечно...- Кальвин опустил голову, по прежнему не отпуская воротник Сая.

– Прости, я хотел бы сказать, что делаю это ради сохранения этого мира таким какой он есть, но не хочу лгать. Это не единственная и не главная причина.

– Тогда, ответь, почему? Ты мог бы попросить моей помощи. Вместе мы сможем. Эх, да, у меня есть такой чудесный план, как спасти Древо от разрушения.

– Если скажу, ты сделаешь кое-что для меня?

На этот раз Кальвин выглядел ошеломленным. Неужели Сай действительно улыбается? Улыбается, несмотря на то, что чувствует? Через Микалику Кальвин знал, что барьер, созданный им - не вечен. И он не сможет долго противостоять действию тех запирающих ключей. И что даже сейчас обе ноги Сая, обе его руки, грудь, глаза и голова испытывали не просто боль,- его тело медленно умирало.