Сердце химеры
Шрифт:
– Плотнее!
Керин обхватил ее, трепещущую, прижал к своему животу. Кожа к коже, сердце к сердцу. Он был такой горячий и тяжело дышал. Зато теперь можно было смотреть ему в лицо, а не…
– Ой! Керин, ты…
– Нари, – простонал он. – Я не железный. Прошу, стой и не шевелись. Совсем.
– Вашу руку, леди! – прогрохотал голос из тени. – И пусть солнце станет свидетелем этого брака. И наполнит кровь силой.
Нари сначала не поняла, что от нее требуется, но солнечный луч здесь был только один, а значит, руку следовало подставить под него.
Она протянула руку и почувствовала на своей ладони теплое пятнышко. Солнце вызолотило линии на ее коже, пылинки в сиянии луча казались крошечными звездочками. Нари невольно залюбовалась.
Но тут же вскрикнула, потому что острие кинжала, до этого момента спрятанного у жреца в рукаве плаща, проткнуло ее ладонь. Порез оказался неглубоким, но достаточным, чтобы в руке, как в чаше, начала скапливаться кровь.
Керин одновременно с ней зашипел, точно и сам почувствовал боль. А Нари так и держала руку в луче, не понимая, чего теперь от нее ждут.
– Кровь к крови! – провозгласил жрец и, не дождавшись действий, устало и уже вовсе не пафосно, добавил: – Он должен выпить.
– Сер-рьезно? – прорычал Керин.
Нари подняла на него умоляющий взгляд: «Я знаю, ты против… Но ведь мы договорились, что это просто сон…»
Керин шумно выдохнул, подставил под ее ладонь свою и осторожно приблизил к своему лицу. Пригубил, стараясь сделать совсем маленький глоток. Керину тут же протянули кусок белой материи, которой он перевязал ее рану.
– Надеюсь, больше ножами в мою жену никто тыкать не будет! – угрожающе проворчал он. – Иначе…
Служитель культа сделал вид, что не слышит. Он взмахнул руками – Нари поняла, что снова одета, и с облегчением улыбнулась. Неловко было бы принимать поздравления в таком виде. Хотя она-то ладно – всегда можно сотворить магический плащ. А вот Керину пришлось бы разгуливать голышом.
– Можете поцеловать свою жену! – громко произнес жрец.
*** 29 ***
Нари все время боялась, что прекрасный, сказочный сон вот-вот прервется, и поэтому спешила насладиться каждой секундой этого волшебного дня.
Ее радовало буквально все, любая мелочь. Музыка, которую она прежде никогда не слышала. Диковинные блюда – особенно понравились кусочки мяса, завернутые в кисловатые листья, а еще маленькие воздушные пирожные, которые, казалось, превращаются на языке в сладкие облачка. С каждым гостем ей хотелось быть приветливой, и она даже расцеловала мать и отца Эйлин так нежно, будто они на самом деле были ее родителями. Правда, в эту секунду печаль коснулась сердца: ее настоящий папа сейчас места себе не находит от волнения, ожидая ее в городе троллей. Мама, наверное, ночей не спит, а дедушка рвет и мечет. «Ничего, мои родные! Я скоро!» – мысленно обратилась к ним она.
Бал длился и длился. Столько поздравлений и теплых слов Нари никогда еще не слышала, а главное, все они были искренними. Молодые не могли перекинуться и парой слов, потому что все время были на виду. Зато учились говорить взглядами.
«Моя маленькая женушка!» – лукавый взгляд прищуренных глаз.
«Что, муженек?» – Нари в ответ приподнимала брови.
«Люблю тебя», – химерские глаза сияли яркой зеленью.
Впрочем, любой его взгляд говорил то же: «Люблю тебя. Люблю».
А еще они танцевали. Танцевали бесконечно. И Нари могла сколько угодно держать Керина за руку и целовать, и никого вокруг не смущало то, что драконица целует химеру.
В какой-то момент ее вдруг озарило.
– А давай полетаем!
Где бы еще дракон и химера могли лететь рядом? Только во сне!
– Мы полетаем немножко! – обратилась Нари к матери Эйлин.
– Уже? Рано убегаете… Но я все понимаю, доченька!
Она погладила ее по щеке.
– Моя взрослая девочка! Ваша комната готова…
Кажется, хозяйка дома была уверена, что молодые уже не вернутся на прием в их честь. А потом Нари поняла: конечно, ведь ее платье расплавится при смене ипостаси, а в таком виде показываться на балу неприлично.
– А… Где наша комната? – сбивающимся шепотом спросила Нари.
– Поймете, когда подниметесь над замком, – хитро улыбнулась мама Эйлин. – Надеюсь, сюрприз понравится.
Керин ожидал ее на расстоянии нескольких шагов и слышал весь разговор.
– Там комнату нам приготовили…
– Я знаю… Нари…
– Ничего не говори! Мы хотели полетать!
Они взлетели в ночное небо, усыпанное звездами. Скользили в потоках воздуха бок о бок. Дракон и крылатый лев. Купались в теплых ветерках, и Нари готова была петь от счастья, чувствуя, как свежий ветер омывает каждую чешуйку.
После, насладившись покоем и безмятежностью, она подкралась к Керину, что щурил большие янтарные глаза, подставляя морду под струи воздуха, и тихонько куснула его за крыло: «Догоняй!»
Он рыкнул удивленно, а потом догадался и фыркнул.
Нари сложила крылья и рухнула вниз. Керин следом – вот-вот дотронется. Нари тогда юркнула вбок, вверх, снова вбок, но он неотступно сидел на хвосте и смешно клацал зубами, делая страшные глаза – пугал. Не оторваться! Нари и досадовала, что проигрывает, и гордилась своим львом. Но нельзя ведь допустить в самом деле, чтобы он догнал ее!
Она посмотрела на замок, пытаясь понять, о каком сюрпризе шла речь, и увидела, что два окна подсвечены алым, а ограда балкончика увита живыми цветами. Вот она – спальня.
Нари стремглав понеслась в сторону дома. Прилетит первая – значит, победила! Так часто взмахивала крыльями, что даже грудные мышцы свело. Она провалилась на пару метров, но Керин подставил спину, вытолкнул наверх. Недовольно заворчал: «Эй, осторожнее!», но хитрая Нари, воспользовавшись поддержкой, то ли села, то ли рухнула на балкон и тут же сменила ипостась. Осталась лежать на прохладных гладких плитах, тяжело дыша и хихикая.