Чтение онлайн

Получено звание Святой Пилигрим (доступно новое умение).

Ну просто бальзам для моих ушей. Говорят, доступно Большое Паломничество. Типа, посетить место, где ребенком намочил штаны Лок, потому что ему было лень идти до туалета. Или посмотреть на кладбище, где лежит первая тысяча косо посмотревших на Тайнори людей. Понятно, что мне этот ивент по большому счету до лампочки. Дали Святого Пилигрима, и на том спасибо. А за остальным даже в храм заходить не буду.

Что там у нас пишет свободная пресса про новые умения? Я раскрыл книгу на нужной странице, вот только прочитать ничего не успел. Позади пискнул Хло, а мое горло сжала невидимая рука.

— Не думал, что мышка сама придет в гости к кошке.

Еще до того, как меня словно безвольную куклу развернуло на месте, я понял, кому принадлежит этот голос. И подозрение меня не обмануло. Перед нами собственной персоной стоял Лебух.

— Братья, я привел к нам крыс, из-за которых пришлось уехать с Тойрина.

Ага, привел. Скорее уж притащил или приволок — выбирайте, что больше нравится. Я огляделся — небольшой, судя по всему, частный дом. Я и Хло с грациозностью картофельных мешков лежали в его гостиной, тоже не выделявшейся богатством. Небольшой стол, стулья, крохотный камин с потрескивающими поленьями и плотно занавешенные окна.

Братьями оказались трое драманов действительно похожие друг на друга. Только один выделялся косым шрамом на полщеки. Ну а в целом самые что ни на есть рядовые жители Тойрина, уехавшие на материк. Единственное — взгляд мне их не понравился. И мое предположение стало лишь подтверждаться, когда Шрамированный стал говорить.

— Брат, зачем ты привел их сюда? Лишь полы испачкаем.

— Нет, это таок. Он все равно возродится. Убить — это слишком просто для него.

Я не знал, благодарить Лебуха или материть. Что решил не убивать — спасибо огромное. Однако почему предчувствие такое нехорошее? Будто мне сейчас гланды будут удалять не совсем традиционными способами.

— Тем более этот червяк нашел мою тайную комнату. Не смотри непонимающими глазами, знаю, что нашел. Нужные люди нашептали.

— Там было-то всего ничего. Стоит хорошим людям из-за таких пустяков ссориться?

Я постарался придать себе самый добродушный вид. Исходя из того, что лежал в позиции йога «бараний рог», вышло неважно. Об этом мне сообщил дружный гогот «братьев».

— Многие думают, что «Черноликие» просто убийцы, — вытащил Лебух крохотный кинжал, — признаться, это несколько обидно. Мы еще и лучшие истязатели во всей Империи.

— Брат, ты же не хочешь делать это здесь? — нахмурился Шрамированный. — Магистр обещал зайти утром по поводу тебя. Ты же его знаешь. Не дай Отец заметит где хоть каплю крови.

— Да гори в небытии этот магистр! — сплюнул Лебух.

— Ты же хочешь обратно в Орден?

Было видно, что бывший архивариус стал колебаться, а другой из братьев воспользовался этой заминкой.

— Я запалю факелы в подвале. Стены там толстые, его крик никто не услышит. Можно будет веселиться до утра.

Ага, веселиться. Юмористы, блин, нашлись. Парни случайно не из «Аншлага» — там тоже практикуют издевательства. Вот мог бы дотянуться хоть до одной татуировки или взмахнуть рукой, вам бы устроил. Превратил всех в груду шашлыка! Так, почему именно шашлыка? Что это за странный ассоциативный ряд в моей голове?

На мысленный вопрос ответил Шрамированный, причем в крайне экспрессивной форме.

— Горим!

И тут я понял, что по дому не просто тянет дымом. Под потолком образовалась плотная серая пелена. Ну все, крутяк! Умру не в подвале, залитый кровью, а как викинг — в огне.

— Блум, беги к магам, да тащи сюда самого сильного стихийника по водной части! — чуть ли не закричал Лебух. — Остальные к колодцу. Может удастся самим потушить!

— А эти? — Шрамированный показал на нас.

— Никуда связанные не денутся. Ну, а если умрут… То тоже неплохо. Я слышал, что сгорать заживо не очень приятно.

Лебух осклабился, однако долго наслаждаться моментом ему не позволили подельники, рванувшие к двери. Еще мгновение и наступила тишина, лишь где-то в доме трещало уже занявшееся огнем дерево. Да уж, я много раз представлял свою смерть, но не так. Нас бы с Хло за связанные руки и ноги повесить на какой-нибудь шест и получился бы славный люля-кебаб. Мда, черный какой-то юмор. Прям как те угли, что после нас останутся. Тьфу ты.

Я попробовал встать на колени, упираясь головой в пол. Руки за спиной, не поможешь, а ноги так плотно связаны, что равновесие удерживать совершенно не получается. Вот твою ж… В самый последний момент я упал, больно приложившись боком.

— Хло, ты чего загораешь, сделал бы хоть что!

Но фейра с самым спокойным видом лежал на полу.

— Я понимаю, что здесь очень мягко и удобно, тепло к тому же, но время выбрано не совсем удачное!

Опять ноль внимания. Лишь уставился в одно из занавешенных окон. Нет, я понимаю ход его мыслей, если телохранитель сейчас думает, а не просто завис, но ведь до окна надо добраться. А я даже встать не могу.

Стекло сначала тихонько тренькнуло, словно кто-то с той стороны задел его, а потом разлетелось на куски. В дом влетел рослый драман, перекувырнулся и остался на корточках, укрывая лицо в сгибе локтя. Но я его уже узнал.

— Игорь?!

— Ага, — кивнул Горилла, — это отца идея была. Мать хотела Никитой назвать.

— Я не к тому. Ты чего тут делаешь?

— Сухари сушу, не видишь что ли, сентявка ты моя героическая? — усмехнулся он. — Давай только позже поговорим. Я, по ходу, чуть переборщил с пожаром. Все-таки поджог это не мое.

Мы с Хло и глазом моргнуть не успели, как Горилла перешел от слов к своему тяжкотелесному делу. Первым в разбитое окно полетел я. Вошел в проем неважно, сильно ударившись плечом, и свалился на грязную мостовую позади дома с грациозностью куля.

Внимание! Получено 14 единиц урона.

Что неудивительно. Я же не полено, чтобы меня так бросать. И для начала можно было руки развязать. А то…

— Ох! — все, что у меня вырвалось, когда сверху приземлился Хло.

Хоть фейра и был не особо толстым (вот уж когда я возблагодарил его гастрономические предпочтения к вегетарианской кухне), но приятного в силе тяготения вкупе с сорокакилограммовым телохранителем оказалось мало. Горилла вылез с трудом, сначала уперся руками, потом подтянул остальное тело. Огляделся переулок, подхватил нас, словно трофей, и ломанулся, петляя в улочках.