Чтение онлайн

— Наши палочки у Модора, — уверенно сказала она.

— Вот как? Значит, ты имела дело с этим волшебником?

— Он живет по соседству. Невозможно не встречаться с ним. Есть и кое-что еще.

— Что? Что именно?

Она погрозила кулаком дубу, и принц мог бы поклясться, что дерево содрогнулось.

— Скажи, или невысказанные слова тебя удушат, — посоветовал он.

— Модор желает жениться на мне.

Принц оглушительно рассмеялся, но тут же, отрезвев, просиял дерзкой улыбкой.

— А вот это вряд ли случится!

Брешия снова покачала головой, словно упрекая себя. Волосы огненными языками плясали вокруг головы. Ему вдруг захотелось зарыться лицом в эти волосы.

— Моя палочка вернется ко мне, — заверил он. — Только очень сильный волшебник сможет ее удержать. И ты считаешь, что это Модор?

Он сплюнул и усмехнулся. Этот человек просто исходил надменностью, не знавшей ни пределов, ни границ. Он мнил себя самым могучим на свете. Тем, кто не имеет слабостей. И большинство считало его таковым. Сильным и непобедимым. Она всегда восхищалась этим, хотя одновременно ненавидела его за эту присущую только ему самоуверенность, прирожденную спесь, за все, что было закостенело-несгибаемым и направленным на нее. Еще совсем недавно он отталкивал ее больше, чем привлекал. Но теперь она, всегда отличавшаяся острым умом, поняла, что он куда могущественнее и ей всегда придется вести себя с ним крайне осторожно.

— Мне кажется, что это Модор набрел на тебя в роще и украл твою палочку. А заодно и мою…

— Наверное. Вот только почему не попытался убить меня? Он давно мечтал об этом.

— Ты спал. Разве по неписаному закону два враждующих волшебника не должны встретиться лицом к лицу?

— Да, закон этот существует едва не с начала времен и гласит, что победитель любой схватки должен выиграть исключительно с помощью своего искусства и ничего больше.

— Но станет ли Модор придерживаться этого закона?

Принц пожал плечами:

— Не думаю. Модор всегда поступал, как ему вздумается, а это означает, что он не убил меня, потому что хочет чего-то другого, чего-то большего. Но чего? Поединка на его земле? Возможности прикончить меня, с тем чтобы ты досталась ему?

Брешия молчала.

— Он знает, что нам с тобой предстоит соединиться, и, следовательно, должен избавиться от меня.

— И при этом не слишком меня обозлить, — добавила она.

Принц кивнул. Перед глазами стояло темное свирепое лицо Модора. Он ясно видел каждую черту, хотя прошло не менее года с их последней встречи. Они увиделись в каменном круге. Модор считался злым волшебником, коварным и подлым. Гораздо более сильным, чем следовало бы, благодаря проклятой крови демона, текущей в его жилах, и гораздо более похотливым, чем любой существующий на земле волшебник.

— Ты никогда не станешь женой Модора, — твердо сказал принц Брешии.

— Никогда, — вздохнула она, глядя на свои сандалии и поправляя золотую цепь вокруг талии. — Конечно, не стану, и не стоит об этом говорить. Принц, я знаю, что ты можешь творить волшебство без своей палочки, но сможешь ли теперь себя защитить?

— Не знаю, — нахмурился принц. — До сих пор такого вопроса никогда не возникало.

—Я могу научить тебя защитной магии, — выпалила она, сама растерявшись от собственных слов, — магии, для которой не требуется палочка!

Он удивленно уставился на нее.

— Значит, ты не хочешь, чтобы я исчез с лица земли? Не хочешь видеть меня раздавленным горой из черного камня, которая запрет меня во тьме навечно и навсегда? Что с тобой, Брешия? Почему ты вдруг захотела обучать меня магии? Почему так торопишься помочь мне?

«Потому что я впервые нужна тебе, вот почему».

Но она ничего не сказала. Только отвернулась. Он увидел, как длинные пальцы нервно гладят белое шерстяное одеяние.

— Ты могла бы вот так погладить и меня, — неожиданно выдохнул он.

— Что?

— Твои пальцы. Ты гладишь свое платье.

К его удивлению и восторгу, она покраснела, как обычная девушка, которую слова мужчины застали врасплох. Не как ведьма, которая, всего лишь подмигнув и прищелкнув пальцами, могла послать его на колени, носом в грязь.

Способна ли она на такое теперь, когда он потерял палочку?

Принц не знал.

— Забудь о моих пальцах, принц! — отрезала она. — Ты ведешь себя как…

— Я — это всего лишь я, Брешия, никто иной. Что с тобой?

— Тебе следовало бы прийти в ярость, проклинать всех богов, которые захотят тебя слушать, насылать заклятия на мою священную рощу, воспользоваться всеми силами, которыми обладаешь, чтобы найти волшебную палочку. Почему же ты рассуждаешь о моих пальцах, когда на карту поставлено само твое существование?

— Наверное, потому, что я так не думаю, — усмехнулся он. — Так ли уж это странно? Возможно. И ты действительно хочешь научить меня магии, Брешия?

— Ты не веришь мне, так, принц? Считаешь мое предложение помощи не более чем трюком?

Он ответил взглядом, полным неутолимого голода. Ничего другого: ни угрозы, ни обещания схватки… один только голод.

— Я хотел тебя с первого момента, как увидел на священном месте собраний. Хотел и восхищался. И буду верен тебе до последнего дыхания.

— Прекрати это, слышишь? Прекрати! Ты ведешь себя не как обычно. Не так, каким всегда бываешь рядом со мной, и мне это не нравится.

Он всмотрелся в ее лицо, в бледную россыпь веснушек на носу и в сотый раз гадал, окажутся ли ее волосы теплыми на ощупь.

— Ты искала меня, Брешия?

— Хотела убедиться, что ты убрался из моей рощи. И еще надеялась, что палочка у тебя. А ты всего лишь спал.

— Ты видела, как палочки исчезали у меня из рук?

Брешия покачала головой.

— Сначала я думала, что Калласу удалось выкрасть у тебя мою палочку. Но у него нет силы. Он боится тебя больше, чем ненавидит. Верит, что ты уничтожишь все, что я собой представляю. Что я могу забыть все, чем обязана моему наследию, моим людям и моей священной дубовой роще.