Чтение онлайн

– Это такие люди, которые время от времени трансмутируют в некое обросшее шерстью хищное существо, ведущее ночной образ жизни, передвигающееся на четырех лапах. Такого рода создания одно время обитали на планете Земля, не знаю, сохранились они там или уже всех перебили.

– Ого! Тротил, а кто там еще обитает?

– Не знаю, сказано только «и некоторые другие».

– Нет, нет, – замахал руками Преал, – туда я не хочу! Ни к чему нам всякие вервольфы и некоторые другие! Давайте полетим туда, где живут одни только люди!

– Одни только люди нигде не живут, – Тротил вытащил из-под Фарота свой комбинезон и принялся одеваться. – Обелис самый оптимальный вариант. Садитесь, пристегивайтесь, меняем курс.

Пока Тротил возился с приборами, друзья вновь обступили камеру, где в легкой белесой дымке покоилось прекрасное создание.

– Предлагаю открыть ящик, – нарушил молчание Фарот.

– Зачем? – Преал мечтательно любовался девушкой.

– Чтобы узнать, труп это или статуя.

– А если труп? – Уга переминался с ноги на ногу и думал о том, что не мешало бы пойти перекусить.

– Тогда обратно заморозим. До лучших времен. В смысле, покуда не решим, что с этой девочкой делать.

– А камера позволяет такие операции – сначала разморозить, потом обратно заморозить? – спросил Тротил, не отрываясь от приборов.

– Сейчас посмотрим.

Фарот присел на корточки, рассматривая панель с четырьмя овальными кнопками на непрозрачном боку камеры.

– Тэкс, тэкс, – он поочередно потрогал пальцем кнопки, – в принципе, все просто. Мы без проблем сможем разморозить и заморозить снова, не повредив тело, функции это позволяют. Ну что, приступим?

– Ой, не знаю, – передернул худенькими плечиками Преал, – я бы не стал! Все-таки как-то это… не очень хорошо.

– Зато интересно, – Уга присел рядом с Фаротом. – Давай, открывай, открывай.

Не обращая внимания на укоризненные вздохи Преала, Фарот нажал крайнюю желтую кнопку. Сначала ничего не произошло, но спустя несколько минут раздался резкий свист, легкая белесая дымка под крышкой забеспокоилась, заволновалась и исчезла под плотными струями желтого дыма, возникшего внутри камеры.

– Ты все правильно сделал? – забеспокоился Уга.

– Да. Надеюсь…

Тротил развернулся посмотреть на происходящее, но плотная дымовая завеса скрыла рыжеволосую красавицу от любопытных глаз. Свистели и клокотали желтые струи довольно долго, когда же, наконец, начала приподниматься прозрачная крышка, друзья затаили дыхание. Ничем не пахнущий желтый дым повалил в кабину. Фарот с Угой на всякий случай отошли в сторону на пару шагов, а Преал вытянул шею, не желая пропустить всё самое интересное. Крышка поднялась до своего предела и застыла. Дым рассеялся. В ярком белом свете кабины управления кожа на лице девушки показалась гораздо светлее, чем была под крышкой камеры – нежно золотистая, будто она загорала под каким-то неведомым ласковым солнцем.

– Как же она прекрасна, – Преал подошел к камере, – я напишу о ней оду. Оду к мертвому чуду.

– Уга, – сказал Фарот, – ты не хочешь ее потрогать?

– Зачем?

– Чтобы узнать, настоящая она или искусственная.

– Не хочу. Сам трогай.

Фарот присел, вытянул руку и поднес указательный палец к золотистой щеке. Немного поколебавшись, он прикоснулся к ней. Как только палец Фарота тронул щеку, девушка неожиданно открыла глаза. Распахнула темные полукружья ресниц и уставилась в потолок ярко-синими, как камни в золотом ожерелье, глазами. Что-то глухо стукнулось об пол – это упал в обморок Преал.

– Эй, – Тротил склонился над камерой, заглядывая в глаза удивительной по глубине и красоте синевы, – вы меня слышите?

Девушка вполне осмысленно взглянула на Тротила.

– Слышите меня? Кто вы?

Губы девушки дрогнули, и она неуверенно произнесла:

– Слышу…

– Кто вы?

– Я?

– Да.

Девушка замолчала. Она разглядела потолок кабины, Тротила, потом перевела взгляд на сидящего у борта камеры Фарота, стоящего рядом с ним Угу, Преал лежал вне поля ее зрения. Тротил взял ее за запястье и пощупал пульс, он был в абсолютной норме, разве что прохладная кожа еще напоминала о том, что совсем недавно это тело было погружено в ледяной сон. Затем он взял ее на руки и осторожно поднял, вызволяя из камеры. Девушка не сопротивлялась, она лишь смотрела по сторонам широко распахнутыми глазами. На ногах у девушки оказались причудливо плетеные сандалии из тонких кожаных ремешков.

– Кто вы? – повторил вопрос Тротил, усаживая её в кресло пилота. – Откуда?

– Не знаю, – она растерянно улыбнулась.

– Как вас зовут?

Она так глубоко задумалась, что ни у кого и сомнений не осталось – девушка ничего, совершенно ничего не помнит.

– Ну, что ж, – Тротил снова взял ее за запястье, щупая пульс, – если человека заживо заморозить, а потом разморозить и вернуть к жизни, всякие побочные эффекты возможны. Какие будут предложения?

– Надо ей посмотреть на себя в зеркало, – сказал Уга. – Вдруг вспомнит.

– Дельная мысль, – кивнул Тротил. – У кого есть зеркало?

– У Преала, но он вышел из строя.

– Сейчас я его в строй верну.

Фарот склонился над не подающим признаков жизни телу и похлопал Преала по бледным щекам.

– М-м-м-м… – произнесло тело и пошевелилось.

– Давай, вставай, хватит уже! Вставай, нам нужно зеркало.

Преал открыл глаза, посмотрел на Фарота, потом в потолок, затем опять на Фарота.

– Труп… – произнес он дрожащими губами, – ожил…

– Она не труп, она просто заживо замороженная. Вставай же, нам нужно зеркало!

– Зачем? – Преал приподнялся на локтях.

– У девушки потеря памяти, хотим, чтобы она посмотрела на себя, может, вспомнит, кто такая. Долго еще собираешься разлеживаться?

Преал поднялся на ноги и взглянул на сидевшую в кресле у пульта управления рыжеволосую красавицу. Она смотрела на него ясными синими глазами и улыбалась застенчивой улыбкой. Преал глубоко вздохнул и, не найдя, что сказать, поправил кудри и пошел в каюту за зеркалом. Вскоре он вернулся с изящной безделицей в псевдо серебряной рамке с продолговатой гладкой ручкой. Протянув зеркальце девушке, он отошел подальше и принялся хмуро наблюдать за ее действиями. По всей видимости, на творчество Преала больше вдохновляло мертвое чудо, нежели свежеразмороженная муза с потерей памяти. Девушка взяла зеркальце, долго вертела его в руках, с любопытством рассматривая, затем посмотрела в блестящую поверхность. Она рассматривала свое лицо, волосы, трогала украшение на лбу и колье на шее, но каких-то особых чувств, например, узнавания, на ее лице не отразилось. Зеркало не помогло, красавица себя не вспомнила.