Сердце Лета
Шрифт:
– А вот касательно нашего корабля я попросил бы не высказываться, – сказал Фарот. – Вполне приличный корабль, полетает еще. Мы могли бы и без крика убраться отсюда, но у нас отказали системы управления. Кстати, раз уж вы тут, скажите, где мы хоть находимся в данный момент?
Дядька прожег его злым взглядом, выхватил откуда-то из-под балахона внушительных размеров связепередатчик и рявкнул в динамик:
– Светорез? Это Гортензий!
Фарот не удержался и хрюкнул со смеху, услышав имя сурового бородатого дядьки.
– Светорез, прямо на правительственную трассу приземлился какой-то глупый корабль! И улететь они не могут! Раскрошились вдребезги!
Трубка в ответ что-то мерзко пролаяла.
– А я что сделаю?! И без тебя знаю, что правительство скоро поедет! Что же мне…
Гортензий собирался продолжить свою речь, но трубка резко гавкнула и отключилась.
– Ну вот… – Гортензий рассеянно посмотрел куда-то в пространство, – и так все было плохо, еще и вы тут объявились. Хотя, если дела плохи, то почему бы им не стать еще хуже? Да, надо с вами что-то срочно делать…
– Хочу вам сказать, – Тротил встал, перекрывая путь к пульту управления и сидящему за ним экипажу, – люди мы миролюбивые, но если нас поставят в ситуацию, мы всем лица перепортим, до кого дотянемся. Надеюсь, вы мою мысль понимаете?
Гортензий окинул туманным взором широкие плечи Тротила и снова включил связепередатчик:
– Светорез! Прямо сейчас убрать корабль с трассы не получится, но возникла идея! Соберём сцену, оденем их в костюмы и сделаем вид, что так и было задумано! Да-да-да! Присылай всё необходимое! Да, прямо сейчас!
Отключившись со связи, Гортензий процедил, обводя недобрым взглядом экипаж:
– Сейчас вы оденетесь в веселые костюмы…
– Ну, да, прямо разбежались уже.
Гортензий со свистом выпустил воздух из ноздрей, секунду подумал и произнес:
– Гостиница, деньги и еда.
– Мы согласны.
– На выход! Быстро!
За бортом стояла прохладная темно-синяя ночь. Не успели друзья осмотреться, как на шоссе приземлилось ядовито-розовое транспортное средство продолговатой формы. Из эллипса посыпались люди в форменной одежде. В считанные минуты они окружили корабль наспех собранной сценой и занавесили «Летатель» яркими бумажными гирляндами и тряпичными плакатами с жирными надписями: «Приветствуем Мутибрата! Лучшего правителя планеты Гармаш! Наш правитель – Мутибрат!»
– … планеты Га-р-ма-ш, – вслух прочитал Фарот. – Теперь мы хотя бы знаем, как эта планета называется. Уга, мы на Гармаше, где это?
– Мы очень далеко, – печально вздохнул Уга, наблюдая, как их корабль быстро превращают в нечто несуразное. – Это странное космическое явление перенесло нас почти за четыре созвездия от прежнего курса.
– Ваши наряды, – с мерзкой улыбкой произнес Гортензий, и пара бодрых молодцев вывалила прямо на трассу ворох пестрых тряпок. Два из четырех костюмов оказались женскими. Фарот разобрал тряпки по комплектам и женские наряды – блестящие платья с корявыми тряпичными коронами швырнул Уге с Преалом.
– Я не надену на себя подобную гнусность! – упёрся Преал.
– Ты только подумай, как глупо будут смотреться в платьях Тротил с Фаротом, – принялся уговаривать его покладистый Уга. – Давай я тебе помогу, наденем это прямо поверх одежды…. Вот, хорошо… и еще шапочку…
Красная ушастая корона, надвинутая глубоко на лоб, испортила Преалу остатки настроения, зато мощно развеселила Фарота.
– Еду-у-у-т! – разнесся над лесом усиленный динамиками голос.
Форменные люди бросились обратно в свой розовый эллипс, и он тотчас взмыл, скрываясь в начавшей светлеть предрассветной вышине.
– Работ-а-ать! – взревел Гортензий, прячась за ближайшим деревом.
Тротил расправил воротник тесной зеленой кофты странного покроя и осторожно ступил на пластиковую сцену, пробуя ее на прочность. На горизонте возник кортеж черных многоколесных авто.
– Никогда еще не чувствовал себя настолько идиотично, – вздохнул Тротил. С удрученным видом он взял под руку Угу, наряженного в синий балахон и желтую ужасную корону, и они запрыгали по сцене, выкрикивая: «Мутибрат! Мутибрат! Лучший наш правитель!» Фарот сломался пополам от смеха и, прихватив рассерженного Преала, присоединился к песням и пляскам. Огибая сцену, кортеж пронесся, не притормаживая.
Когда стих шум и улеглась пыль, друзья избавились от костюмов и спрыгнули со сцены на шоссе.
– Ну и где этот Человек с Фонарем? – огляделся Фарот.
Из лесной чащи неторопливо вылез Гортензий.
– Ну что, у нас всё получилось? – на всякий случай уточнил Тротил, глядя на его недовольную морду.
– Да-а-а… – нехотя протянул он.
– В таком случае, мы хотим наши деньги, гостиницу и еду, – напомнил Фарот.
– Должен вам сказать, что деньги отменяются, остается только гостиница и еда.
– Чего? – угрожающе произнес Тротил.
– Сейчас и этого не будет! – Гортензий на всякий случай отскочил подальше. – Я предупредил! Идите за мной! Ваш нелетающий хлам доставят в ангары гостиницы!
Друзьям оставалось лишь нехотя последовать за ним. Довольно долго пришлось пробираться сквозь лесную чащу, получая ветками по физиономиям, Гортензий же демонстрировал чудеса юркости: он настолько ловко огибал древесные стволы и проныривал сквозь буреломы, что друзья невольно заинтересовались такой демонстрацией физических возможностей.
– Сейчас он заманит нас подальше в чащобу и там сожрет, – прошептал Преал. – Зря мы доверяем первым встречным, тем более таким…
– Прикрой рот, сделай одолжение, – Фарот и сам немного нервничал.
Но, против всех тревожных ожиданий, Гортензий вывел компанию на поляну, где стояло небольшое транспортное средство довольно причудливого вида.
– Никогда не видел ничего подобного, – Фарот смотрел на единственное винтообразное крыло, торчащее вверх под углом. – И что, эта конструкция летает?