Как сердце просится из плена,Круженья в приторном кругу!Тебя я отроком оденуИ кудри круто подстригу.Кивнет лукаво нам прохожий,Приметив общий наш наряд.Лицом, движеньями мы схожи,Как с младшим братом старший брат.Переплывем в челне озераИ междуречья тихий рай.В тени твоих садов, Бассора,С дворцами, лавками, прощай!Румяна, шарфы и каменья,Надменный выезд — все забудь.Какая радость ширит грудьПри входе в кроткие селенья!Зарей брести за пыльным стадом,Вдувая нежный вздох в свирель.Иль засыпать к полудню рядом,Из мягких трав сплетя постель.Зайдем и к бедным и богатым,Заплатим сказкой за обед.Ты будешь только младшим братомИ отроком в пятнадцать лет.Бежим! С властителем суровымТебя делить я не могу.Все станет сладостным и новым,Лишь эти кудри подстригу.
<1919>
«Кто в даль стремится, чужд в любви удачи…»
Кто в даль стремится, чужд в любви удачи.Кто жив любовью, должен жить как нищий.Взошла вся мудрость мира на кладбище,И зрит слепец, чего не знает зрячий.В чулане тесном роза дышит ядом,Залог влюбленных — срезанная роза.Печален князь, и счастливы стрекозы,Уныние бредет с мечтою рядом.Забудь о роке, лги себе, надейсяИ бороду всю вырви книгочии,Скопцу, педанту: все слова пустые!Живи, живой! Люби, дерись и смейся.
<1927>
МУДРОСТЬ
«Запомни имя мое: Виргиний…»
Запомни имя мое: Виргиний.Я не гость, не хозяин — лишь имя.Смерти жилье покинь без печали.Сладки в полдень прохлада и тень.Солнце — жизнь. Если жаромЖизни пришел сюда обожженный,Легким ступай, меня называя:Радуйся, путник, ты средь живых!
<1924>
Мавзолей
О жизни круг, очерченный умелоРукою живописца на стене!Здесь школьник, наклонен к таблицам, свиткам,Косится на сквозящий солнцем сад.Здесь отрок, он со псами за дичиной,Здесь юноша, он правит бег коней.Вот сам родитель, он — в кругу своих.Там мудрый, слов остря клинки,В венке жасминном на попойке он.Все тает, пусть, но завершать так сладкоВ гармонию случайной жизни круг.
<1924>
ЛАМПАДА ПСИХЕИ
Посещение
Шелест, веянье, касаньеСеребристых прохладных крыл.Сладким был мрак, словно сиянье,Тайный гость тебя осенил.Ты мед густой пила из кубкаПолураскрытых томных уст.Под крышей до зари ворковала голубка,И рдяной розой обагрился куст.Легкий гость на жарком ложе.Нежность линий угадала рука,Замирая в тайной дрожи:Радость чутких касаний легка.Но, жаждой новою томима,Над спящим наклонилась ты.Кто он, волшебный и незримый,Явитесь, Лика четкие черты!Вдруг опрокинулась лампада,Горячим маслом обожжено бедро.С трепетным плеском крыл скрылась отрада,В залог оставив легкое перо.
<1920>
Царевна
Опалы круглых острововНад гладью блекло лиловели.Сливались звонкие свирелиС веселым блеяньем стадов.Царевна руку подняла:Заря прости из вод сияя,Коринфа бухта золотаяИ шелест легкого крылаНа ложе сонном пуховом!Мой путь неверен и опасен,Но друг пленительный прекрасенИ роком робкий дух влеком.Уж портик, лестницы и домНе видны в розовой дали.Покинув заводь, кораблиПодняли парус шаткой воли.Душа, ты странница, не боле,По скорбным прелестям земли.Садов блаженных сизый дымСтекает к сини вод отлого.Пером воздушного залогаТвой путь таинственно храним.Не тронет нежных щек загар,Не сломит тела жар истомой.Плеск крыльев сладостно знакомыйНезримо веет негой чар.
<1920>
Вечер
Долго ты, душа, блуждалаЗа мечтой из края в край.Ноги движутся устало.Вечер ясен, близок рай.Счастья нет, а есть томленьеИ тревога и покой.Слышно сладостное пеньеЗа туманною рекой.Проплывает лодка мимо,Пала на луга роса.Воздух родины любимойОбвевает волоса.
<1956>
НЕДОСТАЮЩЕЕ
Одиссей
Меж звездною синью и сумраком вод,Сияя огнями, плывет пароход.Не слышно машины, притих буйный пляс.Лишь сладостный голос доходит до нас.Сирена гитары коснулась слегка.Над струнами ровно поднялась рука.Люблю я ногтей твоих розовый лакИ взор твой, смущавший бесчинство гуляк.А голос — нежнейшая в мире струна!Но сердце — для всех и ничье, как луна.Цветные подушки, твой смех — не поймешь,Любовь ли, измена ль: все призрак, все ложь!Как призрак проплыли в пространстве огни,И сердцу лишь снятся небывшие дни,И пестрые платья, и бархатный жар,И томные взгляды, и трепет гитар.
<1927>
«Всплыла луна над почерневшей кручей…»
Всплыла луна над почерневшей кручей,Зарей тускнея в тине Флегетона.Сквозя в оливках, не томи, не мучайМагнитной лаской сон Эндимиона!Его не взбудит свора гончих лаем.Любовник бледный тленного сиянья,Он ждет, дивясь, что мир неузнаваем,Дремотно полых, острых струй слиянья.Тупые рыбы в заводи застылиПод рябью золотой изнеможенья.Пустеют вены, шепчет рот: не ты лиБесцветный спектр, лунный луг забвенья?И город наш внизу — потухший слиток,А рокот легкий — прежней жизни эхо.И ты и я — лишь скудный пережитокТого, в чем радости бродил избытокКаскадом игр, звенящих слов и смеха.
<1927>
Гений рода
Очей чудесных блеск случайныйПленил влюбленного ребенка.Прошли года, и дней воронкаВсосала память связи тайной.Мечты о подвигах, о славе…Зияли лунные пещеры.Бойцы рубились за химеры,Лесное озеро кровавя.Напрасной щедрости что выше?Бесцельных битв во имя Дамы,Ненужных песен и затиший,В любви всей прихоти упрямой!А сердце все как у ребенкаО тайной связи душ тоскует,Сквозь сонной одури воронкуОно очей влиянье чует.