Чтение онлайн

— А далеко ехать? — спросил Гундихар.

— Да нет, миль пять к югу, — Пьяный Маг махнул рукой в сторону одного из холмов. — Там встала на ночлег их семья.

— Ну, раз нельзя отказаться, то поехали, — кивнул Олен. — Надеюсь, утром нас отпустят?

— Конечно, — проводник повернулся к оркам и залопотал что-то на их наречии. Степняки заулыбались и принялись разворачивать коней.

— Эй, Согалис, — окликнула Саттия, когда все дружно поскакали на юг, — а ты умеешь читать их татуировки?

— Само собой. Это первое, чему нужно выучиться, если хочешь выжить в степи. Рисунок скажет тебе, кто перед тобой и как себя с ним вести. Вон те завитушки на плечах седого, вон, видишь, торчат из-под безрукавки! Каждая обозначает одного ребенка, на правом — мальчика, на левом — девочку.

— Это всего… — девушка прищурилась. — Шестеро?

— Отличное зрение, — похвалил Пьяный Маг. — Полосы на руках обозначают количество убитых врагов. А вон там на затылке — знаки рода. Видите — пасть волка? Такие же есть и на груди, чтобы видно было с обоих сторон.

— А как их наносят? — полюбопытствовал Гундихар.

— Калят над огнем костяные иглы, мажут их прокипяченным ядом черной гадюки и режут прямо по живому. Этим занимаются особые мастера…

Рассказов у проводника хватило надолго. Замолчал он только в тот момент, когда впереди показались огни становища. Солнце к этому времени зашло, и наступила темнота. Навстречу всадникам с лаем бросились крупные мохнатые собаки, забегали вокруг, рыча и тявкая. Одна, самая наглая, получила удар копытом от Кусаки и, скуля, отскочила в сторону. Другие сосредоточили внимание на Рыжем, но обратились в бегство, едва оцилан щелкнул зубами.

— Вон там — быки, вон там — кони, — комментировала Саттия, для которой ночной мрак не был помехой. — Ух ты, какие огромные повозки! Каждая величиной с дом! Прямо на них раскинуты шатры!

— Их именуют нмана, — сообщил проводник. — При движении они издают скрип, похожий на лебединый крик. Поэтому орков Великой степи иногда называют лебединым народом.

Подъехали ближе, стали различимые колеса в рост человека, поставленные на них дощатые помосты с островерхими шатрами. Сидевшие у костра орки начали оглядываться на топот копыт.

— Слезайте с лошадей медленно, — посоветовал Пьяный Маг, останавливая жеребца. — И больше о них не беспокойтесь. Человека тут обидеть могут, а вот коня — никогда. И не забудьте поклониться акрыну, это вон тот, в меховой шапке.

Он первым слез с седла, за ним последовали остальные. Пошли к стоящему около костра морщинистому орку, на голове которого красовалось нечто высокое, сшитое из кусочков волчьего меха. Шапка эта напоминала поросшую шерстью и ушами помесь ведра и короны.

— Шаб бахир, бадар, [17] — проговорил Согалис, остановившись в нескольких шагах от акрына, после чего наклонил голову.

Старик дождался, пока поклон исполнят все, и только после этого проскрипел что-то и повел рукой в сторону костра. Двое молодых орков расстелили на земле несколько потрепанных ковров.

— Ташаккур, [18] — сказал Пьяный Маг и повернулся к спутникам. — Нас приглашают поужинать и выпить кумыса. Садитесь.

— А что такое кумыс? — подозрительно нахмурился Гундихар.

— Скисшее кобылье молоко. Оно, конечно, не очень похоже на пиво, но пьянит не хуже.

Гном, судя по неодобрительному ворчанию, не поверил. Но когда ему подали чашку с белым пенящимся напитком, выхлебал ее в два глотка и попросил добавки. Саттии кумыс не понравился, в отличие от Олена. Ктари выпил свою порцию молча, Бенеш проглотил с некоторым трудом. Ну а затем орки притащили жалобно блеющую овцу, деловито зарезали ее и принялись свежевать. К ним подобрался Рыжий, уставился немигающими глазами, а получив печенку, с урчанием уволок ее куда-то в сторону.

— Для гостей стараются, — сказал Пьяный Маг, после второй чашки кумыса ставший на диво благодушным. — Эх, сейчас приготовят, пальчики оближешь!

Акрын проговорил что-то, и проводник повернулся к нему. Разговор неожиданно затянулся, старик принялся что-то рассказывать, время от времени завывая, как больной волк.

— Что такое? — спросил Олен, когда беседа закончилась.

— Он осведомился, куда мы едем, — вздохнул Согалис. — Я сказал, что на юго-восток. Тут он меня и подловил, начал рассказывать о каких-то злых развалинах, что находятся в той стороне. Якобы из-за них те места необитаемы, орки опасаются в них заходить. А кто пытался — погиб жуткой смертью.

— И ты об этом не знал?

— Я отлично знаком со степью, лежащей у моря, — в голосе Пьяного Мага прорезалась обида. — Но так далеко на восток забирался всего один раз, пять лет назад!

— Интересно, откуда взялись эти… ну, развалины? — сказал Бенеш. — Насколько я знаю, люди тут не строили крепостей, да. Кто-то из орданов возвел здесь что-то… но когда это было?

Но тут от костра потек запах жареного мяса, и все мысли о древних развалинах были забыты в одно мгновение. Женщины принесли огромное блюдо с лепешками. Жаривший баранину орк начал снимать с вертелов брызжущие жиром куски и класть на блюдо. Потом его с поклоном поднесли гостям. Костер разожгли поярче и начался молчаливый и неспешный пир.

Мяса хватило, чтобы до отвала наелся даже Гундихар. Олен же после еды ощутил такую сонливость, что едва нашел силы завернуться в предложенное хозяевами одеяло из колючей шерсти. Глаза закрылись сами.

Проснувшись, обнаружил, что довольно светло, хотя солнце еще не взошло, и что костер горит вновь.

— Собх бахир, [19] — улыбнулся один из молодых орков, заметив, что гость не спит.

— Собх бахир, — ответил Олен и принялся выпутываться из одеяла.