Чтение онлайн

Его раздражение меня воодушевило. Итак, мой удар попал точно в цель. От твоих слов эти самые игры с каждой минутой кажутся мне все более желанными, хотелось мне сказать ему. Комизар словно прочитал мои мысли.

Глаза его налились яростью.

– Повторяю на случай, если ваше королевское высочество глуховаты и ты не поняла с первого раза: положение твое очень шатко.

Я смотрела ему прямо в глаза, думая о том, что скоро увижу, как армия его головорезов похваляется морриганскими мечами, что до конца жизни в ушах у меня будут стоять крики брата и его товарищей – жуткие крики, которые ветер бросал мне прямо в лицо. И все это из-за него, нарушителя границ и многовековых договоров.

– В моем положении нет шаткости, оно вполне определенно, – произнесла я вслух. – На родине меня разыскивают как изменницу, а здесь вы лишили меня свободы, надежд и погубили моего брата. Все, что мне было дорого, исчезло, и доказательством тому эта перевязь моего мертвого брата. Что еще можно у меня отнять?

Комизар охватил мою шею ладонью и медленно провел большим пальцем по впадине на горле. Он надавил сильнее, и я почувствовала биение пульса под его пальцем.

– Поверьте, принцесса, – прошипел он, – всегда найдется, что отнять.

Я сидел за столом прямо напротив Кадена. Впившись в него глазами. Взглядом кромсая его на куски.

Я не знал, почему меня притащили сюда. Возможно, чтобы накормить. Или для того, чтобы я смотрел, как едят они. Руки у меня до сих пор были связаны за спиной. Каден потягивал эль, время от времени поглядывая на меня. Он, как мне показалось, был разъярен не меньше моего. На его глазах Лия меня поцеловала. Эта мысль точила его изнутри, словно червь.

Вокруг толпились наместники, некоторые хлопали меня по плечу и предлагали выпить, а потом оглушительно хохотали над собственной остроумной шуткой. На столе передо мной стояла полная кружка. Но выпить я мог только одним способом, окунув лицо в пену, как свинья в корыто. Такого зрелища им не дождаться – мне не настолько хотелось пить.

– Где она? – повторил я.

Я думал, что Каден снова промолчит в ответ, но вдруг он осклабился.

– А тебе что за дело? Я так понял, она всего-навсего обычный летний романчик.

– Я не настолько бессердечен. Не хочу, чтобы она страдала.

– И я этого не хочу. – Он отвернулся и завел беседу с наместником, стоявшим справа от него.

Обычный летний романчик. Уставившись на брызги пены вокруг кружки, я размышлял о том, как уничижающе посмотрела на меня Лия, услышав это, как изогнула губы в презрительной усмешке. Определенно, она мне подыграла. Этот ее взгляд был нужен для подкрепления моих слов. Она должна была понять, почему я так сказал. Но если она просто подыгрывала, то делала это слишком уж убедительно.

Но не только это мучило меня – было еще кое-что. Я разглядел это в ее глазах, движениях, во вздернутом подбородке, расслышал в звенящем голосе там, в камере, где мы оказались рядом. То была незнакомая мне Лия, она говорила о ножах и смерти. Что сделали с ней эти изверги, через что ей пришлось пройти?

Каден, повернувшись ко мне, снова сверлил меня взглядом. Червь вгрызался все глубже.

– Ты всегда принимаешь так близко к сердцу дела своего принца?

– Только когда это устраивает меня. А ты всегда отплясываешь с девушками, которых собираешься прирезать?

У него на скулах заходили желваки.

– Ты мне никогда не нравился.

– Какое горе.

В стол врезался кто-то из наместников, но устоял на ногах. Поняв, что чуть не упал на Кадена, он захихикал.

– Комизар до сих пор там, с этой принцессой? Видать, голубая кровь в новинку даже ему, – он подмигнул и поковылял прочь.

Я подался вперед.

– Ты оставил ее с ним наедине?

– Заткнись, эмиссар. Ты ничего не знаешь.

Я сел на место. Кандалы нещадно впивались в запястья. В висках огнем бились мысли о долгих неделях пути по Кам-Ланто и обо всем, что пришлось пережить Лии.

– Я знаю достаточно, – процедил я сквозь зубы.

Знаю, что, как только скину наконец эти цепи, я тебя прикончу.

Каланта отвела меня назад, в зал Санктума. При виде моего драного платья-мешка раздались сдавленные смешки. Комизар сорвал с меня пояс из веревки, заявив, что такую роскошь еще надо заслужить. Да, всегда найдется, что отнять. Я не сомневалась – он докопается до всего, чем я дорожу, даже до такого, о чем я и сама пока не догадываюсь, что это мне дорого. Докопается и отберет, одно за другим. Мне надлежит играть ту роль, которую он мне отвел, – жалкой особы королевской крови, получающей по заслугам.

Я поняла, что Комизар добился своей цели – это было видно по выражению окруживших меня рож. Он сделал меня совершенно заурядной в их глазах. Сквозь толпу наместников протиснулся Каден. Мы переглянулись, и сердце мое сжалось еще сильнее. Как мог он так поступить? Ведь понимал, что я стану объектом издевательств, и все же приволок сюда? Неужели преданность стране – любой стране – стоит того, чтобы унижать человека, которому ты клялся в любви? Я подтянула мешковину, пытаясь прикрыть плечи. Вырвав меня из хватки Каланты, Каден отвел меня в сторону от похотливых взоров наместников, в тень за колонной. Я прислонилась к ней, радуясь, что могу опереться на что-то прочное. Каден всматривался в мои глаза, он приоткрыл рот, будто хотел что-то сказать. Беспокойство исказило его лицо. Я поняла, что он совсем не хотел этого, но все случилось как случилось – и произошло это по его вине. Я не хотела снимать с него груз вины. И не стала.

– Так вот, значит, какую жизнь ты мне сулил? Все просто восхитительно, Каден.

Вокруг глаз у него залегли морщины, неизменная выдержка, которой он славился, готова была дать трещину.

– Завтра будет лучше, – прошептал он. – Обещаю тебе.

За нашими спинами сновали прислужники, разнося тяжело груженные подносы с кусками темного жареного мяса. Я слышала, как оживленно переговариваются наместники и голодная братия, как грохотали массивные стулья по камням пола, когда их подтаскивали ближе к столу. Мы с Каденом остались стоять у колонны, будто приросли к ней. В глазах у него я видела раскаяние, а сама ощутила сочувствие – правда, совсем другого рода. Он заплатит за это, как и все остальные, – просто пока он об этом еще не знает.