Чтение онлайн

— Между прочим, ты так и не сказал почему хочешь помочь Элларе. Она что-то для тебя значит? — неожиданно поинтересовался Данрик.

Мастерс повернулся к нему лицом, и отошёл от окна.

— Тебе рассказывали откуда я? — начал он издалека.

— Из другого мира.

— Правильно. Может это с ним что-то не так, а может со мной, но так уж вышло, что на два мира есть лишь один человек, судьба которого для меня что-то значит. Догадываешься о ком речь? Вижу что догадываешься.

— Я тебе не верю! Если бы моя сестра действительно что-то для тебя значила, то ты не стал бы её так подставлять! — раздражённо бросил Вейлас.

— А мне плевать что ты думаешь обо всём этом и лично обо мне. Ты задал вопрос — я на него ответил, — последовал равнодушный ответ.

Сказав это, Мастерс проследовал к кровати, плюхнулся на неё, и прикрыл глаза. Интуиция подсказывала парню, что этот день будет непростым, и что перед “штурмом” храма следует отдохнуть и набраться сил. С трудом поборов желание скинуть наглеца с кровати, Вейлас уселся за письменный стол, и стал ждать возвращения мальчишки.

Ответ от Малика пришёл через сорок минут. Посланный в храм мальчишка принёс ответное письмо, и получил за это обещанные деньги. Ответ храмовника был коротким и лаконичным: “через час после заката”.

“Подожди ещё немного, Лара. Скорее я тебя освобожу!” — подумал Вейлас, разрывая письмо от Малика на множество маленьких кусочков.

Ни что не предвещало беды, пока кто-то не просунул под дверь её камеры небольшой клочок бумаги. Заинтригованная Эллара напрягла слух, и услышала чьи-то удаляющиеся шаги, и только потом поднялась с кровати. Приблизившись к двери, храмовница подобрала записку, и быстро ознакомилась с её содержимым.

“Ариус что-то затевает, но я не знаю что именно. Не вздумай есть суп — в него добавят сок орилара!” — таков был текст послания.

Пара клякс и некоторая неразборчивость давали понять, что автор письма очень торопился. Несмотря на всё это, Эллара практически сразу же узнала почерк Малика. Понять почему дознаватель не рассказал ей обо всём напрямую, а ограничился коротким письмом, оказалось не трудно. У Малика было очень мало времени, и скорее всего он опасался слежки. Больше всего храмовницу напрягала первая часть сообщения, в котором дознаватель упомянул Ариуса. Магистр собирался что-то сделать. Возможно готовил ловушку. Вряд ли Малик стал бы об этом упоминать, если бы действия не затрагивали непосредственно саму Эллару, либо кого-то, кто был ей близок, а таких людей осталось совсем немного.

Вторая часть послания тоже не предвещала ничего хорошего. Согласно королевскому указу на территории Виндхейма было запрещено продавать орилар, и этот запрет был вполне оправдан. Сок этого растения, в основном, применялся в качестве успокоительного или же снотворного, но исключительно в малых дозах. Стоило хоть немного переборщить с дозой, и выпивший сок орилара человек мог впасть в летаргический сон, или даже умереть. Эллара не могла понять почему Ариус решил так поступить с ней, но решила подыграть магистру.

Когда ей принесли жестяную миску, храмовница не притронулась к супу, мысленно поблагодарив Малика за предупреждение. Вместо этого она вылила содержимое миски на пол, а сама легла рядом с дверью. Для того чтобы всё выглядело убедительно, храмовница вновь воспользовалась медитацией, и вошла в глубокий транс. В этом состоянии узница смогла значительно понизить пульс, и сократить частоту сердцебиения. Подобная предосторожность оказалась не лишней: через десять минут в камеру заглянул храмовник, который и принёс узнице отравленный суп. Элларе ничего не стоило оттолкнуть склонившегося над ней мужчину, и выбежать из камеры, однако храмовница не стала этого делать, предпочтя притвориться спящей. Пощупав пульс, и удостоверившись, что узница действительно спит, а не симулирует, храмовник покинул камеру, закрыв за собой дверь.

Солнце скрылось за горизонтом, и улицы Данмура погрузились во мрак. Покинувшие постоялый двор Дилан и Вейлас направились к храму обходными путями, чтобы удостовериться, что никто за ними не следит. Не обнаружив хвоста, парни беспрепятственно добрались до стены вокруг храма, где их уж ждал Малик. Увидев Мастерса, дознаватель не забыл изобразить удивление, и сделал это вполне достоверно.

— Как же так, Ваша Светлость? Ведь он… — начал блеять храмовник.

— Всё в порядке. Он с нами, — поспешил успокоить его Вейлас.

— Вижу. Но я просил вас о другом. Вы должны были найти адепта тьмы.

— Она присоединится к нам чуть позже, — ответил Дилан за Вейласа.

Во взгляде Малика промелькнула досада.

— Что это значит? — попытался уточнить дознаватель.

— Опусти полог и проведи нас на нижний уровень, — спокойно проговорил герцог.

— Зачем? Мы ведь не сможем…

— Ситуация под контролем, так что не задавай глупых вопросов и делай что тебе говорят! — грубо потребовал Дилан, готовясь в случае отказа отвесить храмовнику пару затрещин для большей сговорчивости.

До рукоприкладства дело не дошло. Не став спорить с Мастерсом, Малик прикрыл глаза, и начал что-то неразборчиво шептать. Стоило открывшему глаза храмовнику дотронуться до каменной стены, как по ней пробежала рябь.

— Готово, — озвучил Малик очевидную вещь, коснулся Дилана и Вейласа, и перенёсся вместе с ними в лимб.

На первый взгляд, никаких изменений не произошло. Та же улица, те же ворота, и тот же храм. Но кое-что всё же изменилось, хотя Дилан обратил на это внимание далеко не сразу, а лишь после того, как Малик напомнил, что у них есть ровно одна минута, чтобы добраться до подземелья.

Когда троица пересекала внешний двор, Мастерс понял что именно его тревожит — абсолютная тишина. Оставшиеся за воротами дома ничуть не изменились, но теперь почему-то казались пришельцу заброшенными. Всё в этом неправильном зазеркалье казалась ему заброшенным и чужеродным, а сам этот мир — пустой оболочкой. Это место будто было пропитано унынием и одиночеством.

“Похоже не только мне здесь неуютно,” — подумал Дилан, заметив волнение во взгляде идущего рядом с ним Вейласа.

Малик же, напротив, буквально излучал спокойствие. Оно и понятно, ведь он был магом, и скорее всего бывал в лимбе не в первый раз, и знал как здесь всё устроено. Оказавшись внутри, трио едва успело добраться до лестницы, ведущей в подземелье. Внезапно рухнувший на одно колено Малик сдавленно застонал.