Чтение онлайн

Закинув в камин сначала снятую со стены в галерее картину, а вслед за ней и то, что осталось от стула, колдун сел в кресло, и прикрыл глаза. Однако одиночество продлилось недолго. Услышав скрип двери, едва не задремавший колдун тут же открыл глаза, но оборачиваться не стал, так как точно знал кто именно нанёс ему визит.

— Как всё прошло? — осведомился Айзен, глядя на огонь в камине.

— Было не так больно как в прошлый раз, — последовал незамедлительный ответ.

— Рад это слышать.

Зашедшая в покои колдуна Уолда прикрыла за собой дверь, и приблизилась к креслу, на котором сидел Айзен.

— Их было всего двое, но магический дар есть только у одной, — сообщила вампирша своему хозяину.

— Одной? Ариус отправил за мной какую-то девчонку? — уточнил колдун.

— Похоже на то. Что касается парня, то похоже, что он сам по себе. По крайней мере был, пока не встретил её.

Айзен обернулся.

— Почему ты так решила?

— Потому что он не храмовник и даже не маг. Он был странно одет и разговаривал на непонятном языке.

— Алидарец? Или аламарец?

Вампирша покачала головой. Даже человеку, не пересекавшему Золотое Море, было трудно спутать жителя королевства с обитателями соседнего континента, отличавшихся от них как цветом кожи, так и разрезом глаз.

— У него при себе было странное оружие, стреляющее этим, — продолжила доклад Уолда, протягивая Айзену одну из пуль.

Колдун осмотрел её без особого интереса.

— Выглядит не слишком угрожающе, — сказал он после недолгого осмотра.

— Только выглядит. Эта штука летит быстрее стрелы как минимум в несколько раз, и пробивает плоть так же легко, как молот ломает кость.

Айзен кивнул, принимая информацию к сведению, и попросил подручную рассказать о храмовнице. Уолда подробно описала приметы Эллары, не забыв упомянуть про браслет-змейку на её руке. Айзен сразу же понял о ком идёт речь, про себя отметив, что у судьбы хорошее чувство юмора. Эта девчонка должна была погибнуть несколько лет назад вместе со своими родными. От смерти счастливицу спасло только то, что в нужный момент она была не со своей семьёй, а совершенно в другом месте. Айзен собирался довершить начатое, но получив другие указания, оставил Эллару в покое.

Свой доклад Уолда завершила словами, что храмовница талантливый и опытный маг, и что чем скорее Айзен от неё избавится, тем лучше. Эти слова вызвали у колдуна лишь лёгкую усмешку.

— С чего ты взяла, что эта девчонка — опытна и талантлива? — вполне резонно осведомился он.

— Она с лёгкостью прикончила меня, — привела Уолда, как ей показалось самой, весомый аргумент.

— Сомнительное достижение. Сложнее только таракана раздавить, и то ненамного.

Задетая столь нелестным высказыванием в свой адрес Уолда демонстративно отвернулась. До этого момента девушка верила, что услышала достаточно гадостей, и успела привыкнуть ко всем шпилькам в свой адрес. Однако презрительный комментарий Айзена заставил вампиршу вновь почувствовать себя жалкой. Уолда ожидала, что колдун начнёт развивать эту тему, и вновь укажет ей на её никчёмность, однако ничего подобного не произошло.

— Если тебя задели мои слова — извини. Я не хотел тебя обидеть, а лишь указал на очевидный факт. Речь шла ни конкретно о тебе, а о всех твоих собратьях. Вампир намного сильнее и быстрее даже самого натренированного воина, и в одиночку может прикончить ни один десяток противников. Но в бою с магом света, даже не самым талантливым, вампиру ничего не светит, если только его противник не окажется совсем уж бездарным колдуном, либо заторможенным идиотом.

Удивлению Уолды не было предела. На памяти вампирши это был единственный раз, когда ей принесли извинения. И принёс их человек, которого она должна была убить, но к которому поневоле прониклась симпатией. Ничего подобного с ней раньше не случалось.

Маленькая Уолда появилась на свет в семье виндхеймского аристократа — виконта Торена. Вот только родила её не законная супруга виконта, ведь Торен на тот момент ещё не был женат, а кухарка. Разумеется, сам виконт был этому совсем не рад, и не избавился от незаконнорожденной дочери по той простой причине, что тогда бы пришлось вышвырнуть на улицу и её мать. А поскольку у виконта в то время были серьёзные проблемы с деньгами, он не мог себе позволить как выгонять проверенных слуг, так и подыскивать им подходящую замену.

Всё изменилось, когда Уолде исполнилось четырнадцать лет. К тому момент виконт успел обзавестись богатой супругой, а потому в деньгах особо не нуждался. Когда их выставили за дверь, Уолда не особо расстроилась. За эти годы множество “добрых людей” успело поведать девочке о её происхождении, не раз подчеркнув какой это позор. Сам виконт дочери сторонился, а в те редкие моменты, когда их пути пересекались, смотрел на девочку с таким негодованием и предубеждением, будто она была ни человеком, а каким-то паразитом.

Устроившись на новом месте, мать Уолды вышла замуж за человека, который был старше её в два раза, благодаря которому даже смогла открыть небольшую торговую лавку, но спустя четыре года умерла от простуды, не дождавшись целителя, опоздавшего на считанные минуты. Уолда очень горевала по матери, ведь она была единственным близким ей человеком, однако вскоре после похорон виконт Торен навестил свою непризнанную дочь. Таким дружелюбным и радостным Уолда никогда его раньше не видела. Виконт сообщил, что подыскал для своей дочери перспективного богатого жениха, готового взять её в жены даже без приданого. Девушка не заподозрила подвоха, и узнала правду только после того, как уехала от отчима. Болтливый кучер рассказал шокированной Уолде, что никакой свадьбы не будет, и что отец просто-напросто продал её для утех какому-то богатому торговцу.

Однако встретиться с лже-женихом шокированной девушке было не суждено. Когда карета пересекала восточный тракт, на неё напали разбойники. Кучера и приставленных к девушке наёмников (виконт опасался, что девчонка может сбежать) убили сразу, а Уолду утащили в лес. От жестокого надругательства девушку уберегло только то, что не так давно банда лишилась повара, а кухаркина дочь умела хорошо готовить, о чём сообщила своим похитителям до того, как те стащили с неё всю одежду. Удостоверившись, что девчонка не лжёт, главарь банды приказал своим людям оставить Уолду в покое, и даже не пытаться протягивать к ней свои грязные руки. Им руководило отнюдь не благородство, а исключительно логика. Главарь прекрасно понимал, что если новую повариху всё же изнасилуют, девчонка обязательно озлобится, и запросто может угостить всю банду таким ужином, после которого все его ребята будут дергаться в конвульсиях, пуская пену изо рта.