Чтение онлайн

— Здравствуйте, говорит миссис Джонсон. Тут на моего сына Джастина жаловались, что прогуливает уроки. Вы не могли бы узнать, он сейчас в школе?

Ученица, дежурившая в административном офисе, попросила не класть трубку и через некоторое время ответила:

— Миссис Джонсон? Все в порядке. Не беспокойтесь. Джастин здесь, на занятиях.

Итак, что ты узнала? Джастин Джонсон учится в кливлендской школе. И еще он несовершеннолетний правонарушитель.

Набрала номер сотового телефона Шеридана. Тот ответил со второго гудка.

— Вам покажется странным то, что я расскажу. — Без предисловий девушка поведала детективу о случае на автостоянке и нежданном послании.

— У него есть алиби, — ответил Арчи.

— Вы настолько уверены, что даже не хотите проверить?

— Мы его проверяли. Он находился под арестом. В каждый из трех дней, когда были похищены девочки. С ним все ясно.

— Вам дать номер судебного дела?

— Я в курсе всех его подвигов, — отказался Шеридан.

— Откуда? — удивилась она.

— Сьюзен, я полицейский!

Она не утерпела.

— Вы читали газету?

— Да, ваш очерк мне очень понравился.

Уорд положила трубку и поежилась от удовольствия. Ему понравился очерк! Она бросила конверт на кипу старых газет на кофейном столике. Сейчас без малого десять утра. Занятия в школе продлятся еще часов пять с половиной. К тому времени Сьюзен уже будет там в ожидании Джастина Джонсона. А пока ее больше интересовал Арчи Шеридан. Налила себе еще кофе и во второй раз позвонила по домашнему телефону Дебби Шеридан. Сегодня пятница, а детектив говорил, что в этот день недели его бывшая жена работает дома. И действительно, Дебби сняла трубку.

— Здравствуйте. Это опять Сьюзен Уорд. Вы просили меня перезвонить позже.

— Да-да, здравствуйте.

— Скажите, а сегодня у вас не найдется для меня немного времени? Очень хотелось бы встретиться и поговорить.

Молчание. Наконец Дебби сказала со вздохом:

— Вы можете подъехать прямо сейчас? Пока дети в школе?

Сьюзен расцвела.

— Конечно! Здорово! Где вы живете?

Узнав адрес, она быстро натянула на себя джинсы в обтяжку, футболку с красными и синими полосами, красные ботинки по щиколотку, схватила под мышку черную суконную куртку и бросилась к лифту. Это был замечательный лифт, весь из сверкающего стекла и металла. Сьюзен наблюдала, как переключаются по убывающей светящиеся цифры на подходе к подземному гаражу, но в последний момент ее осенило, и она быстро нажала кнопку с буквой «Л». Створки дверей расползлись в стороны, Сьюзен ступила в лобби и направилась к шикарному административно-коммерческому офису здания. Отлично, Моника на рабочем месте!

Журналистка постаралась придать лицу самое наивное выражение (и это у нее хорошо получилось, несмотря на розовые волосы) и подошла к стойке с верхом из полированного бамбукового ламината, за которой Моника, сосредоточенно насупясь, изучала журнал мод.

— Приве-е-ет! — невинным голоском протянула Сьюзен.

Моника подняла голову. На ее лице автоматически включилась ничего не выражающая улыбка. Моника — вечная платиновая блондинка. Никто и никогда не имел возможности разглядеть естественный цвет даже у корней ее волос. Сьюзен не помнила, чтобы Моника занималась на работе чем-то помимо перелистывания журналов. Похоже, коммерческий отдел администрации здания держал ее в качестве соблазнительной приманки для потенциальных квартиросъемщиков. Наподобие того, как в демонстрационное жилище накачивают воздух со сдобным ароматом. По предположению Сьюзен, Монике было около двадцати пяти, но определить точнее из-за обилия косметики не представлялось возможным. Сьюзен догадывалась, что казалась блондинке неразрешимой головоломкой. Розовые волосы, очевидно, ставили ее в тупик и, наверное, вызывали ассоциации с самоистязанием или садомазохизмом. Однако это не мешало ей вести себя очень любезно.

— Послушай, — Сьюзен доверительно понизила голос, — у меня появился тайный воздыхатель!

Моника заинтересованно выпрямилась.

— Неужели?

— Железно. Он подбросил мне любовную записочку в газету сегодня утром.

— О Господи!

— Вот именно. Знаешь что, давай посмотрим, кто это! Наверняка он записался на пленку камеры, установленной в лобби!

Моника восторженно хлопнула в ладоши и на кресле с колесиками подкатилась к сияющему белому монитору. Наличие охранного видеозаписывающего оборудования придавало некоторый смысл ее присутствию. Она выбрала нужный пульт дистанционного управления, и на черно-белом экране запрыгали картинки в обратном отсчете времени. Несколько минут перед глазами мелькала жильцы и гости, снующие по лобби, пока оно не опустело, а под почтовыми ящиками осталась лежать одинокая стопка газет. Потом через входную дверь спиной вперед вошел мужчина и склонился над газетами.

— Вот он! — воскликнула Сьюзен.

Пленка перемоталась еще немного, и Моника включила воспроизведение. Сначала из лифта появилась женщина с кружкой в руке, пересекла лобби по направлению к выходу и исчезла. На ее месте возник мужчина в темном костюме, подошел к газетам, наклонился и стал перебирать, потом безошибочным движением вложил что-то внутрь. Он явно дожидался снаружи и вошел в дверь, открытую женщиной с кружкой.

— Хорошенький! — пискнула Моника.

— Откуда ты знаешь? — разочарованно возразила Сьюзен. — Лица совсем не видно.

— На нем хороший костюм. Наверное, адвокат! Богатый!

— Ты можешь распечатать мне на память эту картинку?

— Железно! — с готовностью согласилась Моника, стукнула по клавише и подкатилась на кресле к белому принтеру. Дождавшись, когда из него вынырнула распечатка экрана, подала ее Сьюзен. Та посмотрела на картинку с кислой миной. Ничего не разберешь! Но она все же покажет ее Джастину Джонсону, может, разговорится? Сьюзен сложила листок бумаги и спрятала в сумочку.

— Спасибо. — Журналистка повернулась к выходу.

— Знаешь, — остановила ее Моника с доброжелательным выражением на лице, — тебе надо перекраситься в блондинку. С белокурыми волосами ты будешь выглядеть гораздо симпатичнее.

Сьюзен несколько секунд молча смотрела на Монику. Та простодушно улыбалась.

— Я уже думала об этом. Но потом услышала по новостям, что платиновая краска вызвала рак у подопытных котят.

— У подопытных котят? — переспросила Моника, ошеломленно округлив глаза.

Сьюзен пожала плечами:

— Мне надо бежать.

Дебби Шеридан жила в Хиллсборо, пригороде Портленда. От автомагистрали до ее дома, больше похожего на ранчо, езды вышло всего несколько минут. Сама Сьюзен почти всю жизнь прожила в Портленде, и можно по пальцами пересчитать, сколько раз за это время побывала в Хиллсборо — точнее сказать, пересекала по пути на океанское побережье. Этот район даже не ассоциировался у нее с местом, куда можно зачем-то поехать. Сьюзен вообще чувствовала себя не в своей тарелке вне привычной городской обстановки.