Чтение онлайн

— Да как на улицу Горшечников выйдешь — так по правую руку и увидишь. Крыша там еще красной черепицей покрыта. Полдома не мои, золотых дел мастер Газир там живет, а вторую половину я у него откупил пять лет назад за долги. Волею Митры, и другую откуплю со временем… — На лице хозяина появилось мечтательное выражение, даже изуродованное лицо слегка разгладилось. — Так что, добрая госпожа, приходи, буду ждать… — И обеспокоенно добавил, — Надеюсь, Месьор останется доволен моей помощью?

Откуда, интересно, этот проныра узнал, что она связана с Грацианом? Палома не стала спрашивать. Либо у хозяина свои источники информации, и тогда он их, разумеется, не выдаст, либо, что вероятнее, кто-то из Дворца заранее предупредил, что светловолосая чужестранка появится и станет задавать вопросы.

Она все же не удержалась:

— Ты с ним знаком?

— Как можно?! — Тот в испуге замахал руками. — Кто я, и кто — он! Но любой человек в городе будет рад исполнить волю Месьора!

Некоронованный король Коршена… Интересно, вызывает ли у горожан подобные чувства законный правитель?

Распрощавшись с хозяином постоялого двора, она вновь вышла на улицу Горшечников. Дом, крытый красной черепицей, она заметила сразу. Половина окон были темными, там явно не было ни души. Через крохотный садик, огороженный низким каменным забором, к дверям вела дорожка, посыпанная желтым песком. Палома оглянулась на пристройку, где дожидались ее Конан со скульптором, но, поразмыслив, решила не тратить время. Если все обстоит так, как она надеется, то можно будет позвать их позже. Но сперва лучше все проверить самой… И наемница кошачьим осторожным шагом направилась ко входу в дом.

…Нехитрый замок поддался почти сразу: тонкий кинжал сыграл роль отмычки. Палома оказалась в узком полутемном коридоре. И сразу поняла — победа!

Восточные благовония. Этот запах вошел в моду в Бельверусе в прошлом году… Здесь аромат был едва уловимым — но ее тонкое обоняние мгновенно вычленило его из прочих запахов жилища. Похоже, именно тут немедиец позволял себе расслабиться и побыть самим собой…

Наскоро оглядевшись на первом этаже, она устремилась к лестнице, ведущей в верхние покои. Охотничий инстинкт гнал ее вперед, заставив позабыть об осторожности. Удача! Удача, наконец-то! Она летела, как на крыльях.

И… как подстреленная птица, рухнула на пол от чудовищной силы удара, обрушившегося ей на затылок, едва она вбежала в первую же комнату справа от лестницы. Темнота поднялась стеной перед глазами, и в эту стену она впечаталась, как мошка в смолу. И наступила тишина.

— Живая?

— Живая, хвала Крому! Что тут случилось, хотел бы я знать!

— Всеми богами клянусь, благородные месьоры, ничего не знал, не ведал, как же так, несчастье-то какое…

Голоса приближались — словно клинки, вспарывая плотную черную ткань, окутавшую сознание. Знакомые голоса. Встревоженные, испуганные. Чьи-то руки касались ее, трясли за плечи

— Палома, эй, Палома, что с тобой?! Она нашла в себе силы приподняться.

— Затылок… не трогай…

Конан помог ей сесть. Несколько мгновении, зажмурившись, она выжидала, пока комната перестанет вращаться, как бешеная — затем рискнула открыть глаза.

Сперва ей показалось, что вокруг собралась целая толпа. Но, придя окончательно в сейм, осознала, что их всего четверо: Конан, Тальер, хозяин постоялого двора, и еще один незнакомец в воинском облачении — должно быть, напарник северянина.

Охнув, она осторожно поднесла руку к голове. Кто бы это ни огрел ее сзади — сил он явно не пожалел… на пальцах была кровь, но, по счастью, немного. Однако шишка будет порядочная.

— Проклятье!

— Во имя Неба, женщина, зачем ты пошла сюда в одиночку? И что произошло?!

Неудивительно, что Конан так встревожен, ведь он лично отвечает перед Месьором за безопасность пленницы.

— Как вы меня нашли? Северянин пожал плечами.

— Тебя долго не было, я отыскал Парфала, — он указал на хозяина постоялого двора, виновато жмущегося к дверям, — и заставил повторить все то, что рассказал тебе. А Рангерд видел, как ты вошла сюда, в этот дом…

Палома с надеждой обернулась ко второму стражнику:

— Тогда ты должен был видеть, кто вышел отсюда. Человек, что напал на меня…

Однако тот смущенно покачал головой.

— На улице был народ, ездили какие-то повозки, я не следил за ними — только за тобой…

Судя по многозначительному взгляду, который бросил на напарника Конан, дома того ждала хорошенькая головомойка. Что ж, и поделом! Палома вновь застонала, при первой же попытке шевельнуться. Затем, закусив губу, все-таки вставила себя подняться на ноги и осмотреться по сторонам.

Прелестная картина, ничего не скажешь!..

— Вы что, дрались? — спросил ее Тальер, оценив царивший вокруг разгром.

Наемница усмехнулась. Сразу видно, человек ничего не смыслит в ратном деле! Что же это должна была быть за драка, чтобы учинить подобное!

Диван вспорот кинжалом, вся начинка безжалостно выпотрошена. Сундуки с одеждой перевернуты, содержимое вывалено на пол. Не пощадили шелковую обивку стен — содрали клочьями… должно быть, искали тайники в стенах.

Хозяин дома тихонько скулил, оценивая причиненный ущерб.

— До драки дело не дошло, — с сожалением ответила она скульптору. — Меня подловили, как деревенскую дурочку. Сзади. Огрели чем-то по затылку и… вот.

Ваятель задумчиво попинал носком сапога осколки синей вазы со следами крови.

— Тебе еще повезло, фарфор более хрупкий, чем твоя голова. Если бы взяли вот это… — Он указал на бронзовую статуэтку, валявшуюся неподалеку.

— И поделом бы, — без всякой жалости объявил Конан. — Надеюсь, нет нужды перечислять все ошибки, которые ты допустила, Оса? Уж если хочешь носить меч и сражаться как мужчина, то не жди снисхождения своей глупости!

Палома скрежетнула зубами, готовая взорваться. А то она сама не знает, как глупо было кидаться сюда сломя голову, не позаботившись о прикрытии и не думая об осторожности! Но чтобы какой-то варвар вздумал ее учить!.. Однако голова напомнила о себе вспышкой такой резкой боли, что возражать северянину ей сразу расхотелось. Тем более — увы, но он был совершенно прав. Хотя, будь она проклята, если скажет ему об этом!

— Ладно, — процедила наконец девушка. — Полагаю, смысла в этом нет ни малейшего, однако нужно осмотреться здесь, раз уж пришли.